Трилогия "Виктор"

      Мы стояли перед дверью в квартиру Валериана, вернее, в нашу с ним — его и Велеса — общую квартиру, где я сам появлялся не так уж часто, предпочитая оставаться у Марины на съемной однушке. Но я не появлялся тут уже больше месяца, это слишком долго, и Валериан может заподозрить неладное. Да и Марина по нему соскучилась.       Я смотрел на дверь квартиры, пока Марина искала ключи в сумке. Крепкая, железная. Родная для того, кто давно уже отправлен на Д-планету, и абсолютно чуждая для меня… Досадно, но приходится признаться самому себе, что я не в восторге от мысли, что сейчас придется притворяться лично, так сказать, лицом к лицу, и притворяться качественно. Брат Велеса иногда чересчур внимателен, и не хотелось бы сейчас прецедентов, если он к чему-то прицепиться в моем виде, жестах или манере разговаривать. Я не боялся, об этом и речи быть не могло, мне нечего бояться обычного человека с планеты закрытого типа, но лишних хлопот тоже не хотелось.       Ключи Марина не нашла, наверное, оставила на нашей квартире еще до отъезда. Я мысленно вздохнул и нажал на дверной звонок. Раздалась какая-то типичная для подобных звонков музыка, через некоторое время за дверью послышались шаги, и, наконец, ее открыли.       На пороге стоял Валериан. С которым, в принципе, я общался всего несколько раз, в основном, еще когда только тренировался заменять Велеслава. Конечно, если я проколюсь, то можно будет просто снова стереть ему память. Но тогда придется менять ее и Марине, как свидетельнице, а это может быть вредно для ребенка, так что не стоит лишний раз…       — Привет, братишка, — улыбнувшись, сказал я, чуть нервничая и переживая за правильность интонаций.       На несколько секунд, наступила тишина. Мне показалось, что он очень внимательно вглядывался в меня. Но потом вполне приветливо улыбнулся и кивнул, пропуская нас внутрь.       Мы зашли, и, пока я по стандарту галантно помогал Марине раздеться, Валериан заговорил.       — Я не один, — как будто осторожничая в словах сказал Валериан. — Ты не против?       — Нет, — нарочито весело ответил я. — И кто эта девушка?       Я сделал самое стандартное предположение, по моему мнению, конечно.       Валериан словно замялся и почти шепотом поправил:       — Это не девушка, это мой друг…       Не удержавшись, я издал какой-то непонятный смешок. Я, конечно, подумал не о том, но тут, на Земле, почти все «нормальные» в плане ориентации. По их меркам нормальные, конечно, не по имперским.       — Ну, парень, так парень, — глотая смешки, произнес я.       Марина тем временем уже прошла в ванную. Она любила мыть руки после улицы. Тем более, скорее всего мы пойдем есть, и по ее мнению, руки следует вымыть сразу, чтобы потом не отвлекаться, бегая в ванну.       — Друг, а не парень, — довольно мягко, но настойчиво поправил меня Валериан.       Я с улыбкой поднял руки, как бы защищаясь от него. Валериан прыснул коротким смешком на меня и добавил:       — Проходите на кухню. Ужин готов.       Кивнув, я прошел на вышеупомянутую кухню, привычно пропустив в дверях Марину.       Даже интересно посмотреть на его друга…       И тут меня пробрало холодком. На небольшой кухне, какие обычно бывают в стандартных пятиэтажках этой части Б-16, сидел и мирно пил чай… Кристиан.       Мой Кристиан, мальчишка, которого я спас от смерти много лет назад.       Юноша, которого я влюбил в себя за много лет близкого общения.       Солдат, который был готов отдать за меня жизнь.       Любимый муж и одно из самых близких существ во вселенных.       Мужчина, которого я прогнал, думая, что так будет лучше…       Сейчас он сидел и смотрел на меня своим пристальным взглядом, словно тоже проверяя, я — это я, или я — это Велеслав.       Но так как Крис не выказал ни малейшего удивления, я понял, что он уже знает, что брат Валериана — мой двойник.       — Слав, это мой друг Крис. Он пока тут живет, — весело сказал Валериан.       Я вяло кивнул и осторожно пожал протянутую Крисом руку.       — Ну, давайте есть, — сказала Марина, расставляя тарелки. — Я очень проголодалась с дороги. Да и вообще из-за нервов в последнее время ем больше, чем нужно.       Я заставил себя улыбнуться.       — Мариш, нормально ты ешь. Я бы тебя еще больше кормил, потому что тебе не помешает чуть прибавить в весе.       Марина чуть раздраженно пфыкнула на меня.       — Ничего, скоро поправлюсь. Стану вот толстой, и ты еще и разлюбить меня успеешь.       Еще одна моя немного вымученная улыбка.       — За столько лет не разлюбил и не разлюблю, не дождешься.       Неожиданно для меня в нашу милую перепалку вмешался Крис.       — Не поймите меня сейчас неправильно…       Марина чуть удивленно посмотрела на него, явно думая, что он может такого сказать, да и мне стало интересно.       — Вы же не один год вместе?       Так как его вопрос был обращен просто в воздух, ответил я, утвердительным кивком.       — Это хорошо, — Крис улыбнулся, надо сказать, для притворщика у него вышло вполне хорошо, только я-то увидел, что ему абсолютно безразлично на то, сколько лет Марина и Велес вместе. Он хотел сказать что-то другое.       — Но люди бросают любимых и после нескольких десятков лет совместной жизни.       Внутренне я немного сжался. Помнит ведь… И я помню все события того дня, в подробностях, особенно его глаза…       — Была у меня одна такая знакомая пара, — голос стал чуть тише и, закончив фразу, он молча продолжил трапезу.       На кухне воцарилась немного неловкая и напряженная тишина, которую, впрочем, вскоре разрядила Марина, рассказав какую-то романтично-смешную историю, про свою подругу с работы и ее мужа. Постепенно разговоры перешли в более легкое и приятное русло, каждый рассказывал какие-то смешные или просто необычно-интересные истории из жизни себя и своих знакомых.       Первое блюдо сменилось вторым и десертом. Порции были небольшие, но к десерту все равно все уже наелись. Зато и наговорились, в общем-то. Мы с Валерианом много обсуждали мою работу и то, как он выполнял оставляемые мной задания. Какие были сложности и курьезы, что ему понравилось и просто его общее впечатление.       Валериан не был любителем поболтать, но разговор поддерживал, и вполне оживленно. А вот мне вести беседу, основанную, по моему мнению, на очень пустяковых разговорах, оказалось довольно сложно. Я то и дело почти неосознанно задерживал свой взгляд на Крисе. Он сильно изменился, взгляд стал еще более жестким и цепким, чем раньше. Черты лица тоже словно заострились, выдавая что-то хищное в нем. Интересно, когда в нем появилась эта хищность? Видимо, я этого не заметил, пропустил эту ступень развития, выгнав его из нашего общего «дома»… Каждое его движение словно пружинило от внутренней силы. Как будто передо мной сидела большая хищная кошка, готовая в любой момент кинуться на врага.       Также от моего взгляда не ускользнула и еще одна очень занимательная вещь, он то и дело бросал слегка обеспокоенный взгляд на Валериана. Что-то это мне напоминало… Заботу и переживание за него. К чему такие эмоции, если человек тебе никто? А ведь Валериан может стать хорошим слабым место Криса… если уже не стал. Кристиан — имперец, и по его поведению я пока ничего особого, что могло бы указывать на наличие у них отношений, не заметил.       Но все равно. Забота… А значит, мальчик чем-то дорог и важен ему.       Его слабое место.       Мысленно я хмыкнул. Когда Крис был подростком, у меня было много неприятностей из-за него, например, пару раз его пытались похитить, чтобы досадить мне. С такими попытками Крис сам легко разбирался. И, несмотря на мою привязанность к нему, он никогда не был моим слабым местом, как считали многие. Этот убийца, выучившийся в Академии, силен, и чтобы через него затронуть меня, нужно очень постараться. Валериан же пока не отличался никакой особой силой или талантом, который помог бы ему справиться с физическим насилием. У него пытливый мозг, но это чаще всего не особо помогает при прямых и неожиданных угрозах.       Я присмотрелся к Крису повнимательней. Имперская выправка, волосы собраны в хвост… Я разглядывал его и чувствовал, что ему не по себе. Явно не только мне было неприятно смотреть на Криса и делать вид, что я ему никто, но и ему приходилось напоминать себе, что перед ним сидит всего лишь двойник, копия, генетическая насмешка, чужой для него человек — неважно, что у меня внешность его любовника, любимого и мужа. Крис, скорее всего, тоже испытывает в душе гамму эмоций, но не показывать же ее, да и не поймут. Тут, на этой кухне, его никто не поймет, кроме меня, а так как сейчас я — это не я, то просто никто не поймет.       Краем глаза я заметил, что Крис по-прежнему неправильно держит вилку. Забавно, я ведь его с детства учил, как правильно держать столовые приборы. И я учил, и специальные воспитатели. И если с ложкой мы кое-как разобрались, то вот с вилкой дела обстояли хуже, и даже спустя десятилетия он так и не привык правильно ее держать. Впрочем, на Земле этому уделяли куда меньше внимания, чем на постоянных приемах в Империи, на которых Крис иногда присутствовал.       Неожиданно остро захотелось снова, как в старые времена, поправить Криса или, может, просто сделать ему замечание, чтобы сам вспоминал, как правильно держать этот кусочек смешанного металла, но это означало полностью раскрыться.       Может, и стоит подумать над этим, сделать себе маленькую радость? Кристиан, как бы он сейчас меня ни ненавидел, ничего не скажет Империи. Скорее предпочтет сам убить.       Где-то через час Марина зевнула, культурно прикрыв рот ладонью, и чуть извиняющимся тоном сказала:       — Вы меня простите, но что-то мне спать очень хочется. Я пойду, наверное.       — Милая, — мягко сказал я, — тут не за что извиняться. Ты устала с дороги. Конечно, тебе лучше поспать.       Я поймал ее руку в свою и легонько поцеловал. Краем глаза я уловил, как Крис, как бы невзначай, отвернулся от нас. Тяжело смотреть, как я целую руку какой-то женщине, ведь я так на «него» похож, правда, Крис?..       Марина нежно улыбнулась мне и вышла с кухни. Как я и думал, где ее — наша с ней, вернее, — комната, она уже и так знала, не первый раз тут. После ее ухода Валериан начал убирать со стола, а Крис чуть торопливо решил доесть остатки десерта.       И снова неправильно взял вилку. Так почему нет?..       — Крис, сколько раз говорил тебе, держи вилку правильно. — Я улыбнулся, внимательно наблюдая за его лицом.       Мир замер. Мы с Крисом посмотрели друг на друга. В его глазах почти молниеносно промелькнуло удивление, потом капелька страха. Злоба и тревога… Не за себя, конечно.       Потом Крис резко вскочил, опрокинув стул, и крикнул Валериану:       — Быстро отсюда! — его голос словно звенел от напряжения       Значит, он и впрямь тебе очень дорог, раз ты решил его убрать подальше от меня. Словно я его так потом не найду, если понадобится.       — Что? — мальчик в свою очередь, кажется, был немного удивлен.       — Беги из дома, все потом объясню!       Валериан на секунду замешкался, словно раздумывая, а в своем ли уме Крис. Но потом просто выбежал из комнаты, через несколько секунд я услышал щелчок двери.       Все, сбежал твой мальчишка, Крис. Что же дальше? Я улыбнулся. Ну давай поиграем, Крис? Я, продолжая сидеть на стуле, раскинул руки в приглашающем жесте.       Кристиан тут же — ожидаемо — ударил меня чуть ниже ребер, выбивая из легких воздух. Потом схватил за шиворот и зло прошептал почти мне в лицо:       — Какого черта ты здесь делаешь?! И где Велеслав?       Я опять улыбнулся.       — Велес на Д отдыхает. А я здесь по своим делам.       Крис зло встряхнул меня, а я по-прежнему не выказывал ни малейшего сопротивления. Зачем, он же пока не собирается меня убивать.       — По каким еще делам? — голос Криса по-прежнему звенел, словно тот находился на войне и допрашивал пленного.       — Какая тебе разница, Кристиан? — я старался говорить спокойно, у меня не стояло целью вывести его из себя или спровоцировать серьезную драку. Это может осложнить мне задачу на Земле. — Только не вздумай мне мешать. Пожалуйста, — последнее я сказал вполне искренне, мне не хотелось снова делать Крису больно.       — А то что? — прорычал он. У меня возникло ощущение, что Крис сейчас просто вцепится мне в горло… зубами. — Убьешь?       — Да, — суховато ответил я. — Только не тебя, а щенка твоего. Ты ведь к нему привязался?       Крис оттолкнул меня, так что я чуть не упал на пол.       — Не твое дело, Вик! — голос Криса стал чуть громче, и я предусмотрительно накинул на кухню звукоизоляцию.       Марине незачем слушать все это. Пусть лучше спокойно спит и видит прекрасные сны.       — Может и не мое, — я спокойно встал со стула и подошел к Крису, который так безалаберно повернулся ко мне спиной, опершись рукой на холодильник. — Но он и правда твое хорошее слабое место, — я прошептал это ему на ухо, ожидая, что он как минимум вздрогнет.       И мои ожидания оправдались: он вздрогнул и резко развернулся, оказавшись почти вплотную ко мне.       — Не трогай его! — теперь его голос еще больше походил на шипение, но не кошки, а кого-то поопаснее, может, змеи. — Не подходи к нему вообще, а то я…       Тут я не смог не перебить его.       — Что — ты? Что, Крис? Ты ничего не сможешь сделать, кроме того, что будешь устраивать мне мелкие помехи. Не убьешь же ты Сэлл, к примеру? Тебе нечем меня шантажировать.       — Нет, своих я не трону, калечить близких тебе можешь только ты, Вик.       В его голосе проскользнуло презрение — такое чистое и незамутненное, что я отшатнулся от него. Это… это все не так. Я не так все видел, нашу встречу и разговоры спустя столько лет разлуки… стольких лет, которые изначально появились из-за меня.       Все не так…       Не так…       С тяжелым сердцем я отвернулся от Криса. Вся эта игра резко надоела. Она неожиданно показалась мне злой и жестокой, и не понять, над кем издевались больше — надо мной или над Крисом.       — Крис. Не мешай мне работать, — нарочито вяло отмахнулся я от него, пытаясь закруглить этот тяжелый и неприятный разговор. И, чтобы он точно закончился, я чуть ехидно добавил: — И еще. Запомни, если Император что-то пронюхает про меня, то я убью Валериана и вышлю его тебе по частям, ясно?       Крис ничего мне не ответил, и я был вынужден повернуться, чтобы хотя бы понять, где он. Хотя шагов я не слышал и возмущений пространства тоже не ощутил, так что, скорее всего, он все еще стоял около холодильника.       Так и оказалось. Крис стоял, скрестив руки на груди.       Я молча смотрел на него, чуть нервничая в ожидании ответа, хотя умом я понимал, что мой муж сейчас просто просчитывает варианты развития событий. Я не буду мешать ему в этом. Пусть просчитает и подумает. В итоге у меня пока все еще более выгодное положение, чем у него.       Через минуту Крис кивнул:       — Ясно. От меня он ничего не узнает.       Я улыбнулся чуть шире.       — Да, и еще: забери этого щенка в Империю и воспитай из него что-нибудь достойное. Может даже, полюбишь его полноценно, привяжешься и будешь счастлив.       Я не сдержал язвительности в своем голосе, возможно, просто пытаясь этим прикрыть свое беспокойство, что так на самом деле и будет. Или есть? Может, Крис уже давно забыл меня и искал просто так, по привычке, или от злости за мой поступок, а эмоций уже никаких и нет? Подобные мысли не придавали задора или хорошего настроения, скорее, наоборот: убивали любое желание что-то делать.       Крис снова дернулся, но потом достойно парировал:       — Полюблю? Разве ты знаешь, что такое любовь?! — лицо его на секунду исказилось злобой, а потом он добавил, не менее ехидно, чем я: — Может, я его уже люблю?       К своему разочарованию и даже стыду, я вздрогнул, тем самым показав свою реакцию на его слова. Крис не мог не заметить этого — но пока промолчал.       Я не нашелся, что ему ответить, да еще и после этой нелепой выдачи своих эмоций, и просто стоял и смотрел на него, такого злого и немного жестокого. Такого родного в прошлом — или не только в прошлом? Я так привык врать себе и ограничивать свои мысли и чувства… Но сейчас мне очень захотелось обнять его и наплевать на все. Империя. Власть. Идеи. Цели. Достижения. В очередной раз захотелось спросить: а зачем мне все это?..       Крис тем временем все же решил продолжить:       — Ты ничего не знаешь о любви. Ты…       Неожиданно для себя я вскочил и схватил Криса за воротник.       — Заткнись, Кристиан! Ты так ничего и не понял? Не понял, зачем я тебя прогнал?! Ты знаешь, как мне плохо без тебя?! Конечно, нет, я ведь тварь! — я встряхнул его, в глазах неожиданно скопились слезы. — Я не умею чувствовать?! Конечно, да! — я снова грубо встряхнул его и продолжил орать, даже не скрывая слез в глазах. Я устал… — Первые десять лет после расставания с тобой я каждую ночь просыпался и искал тебя! Каждую, сука, гребаную ночь! А они там были длинные и темные, мерзко темные и пустые, Крис!       Он немного удивленно смотрел на меня, потом просто очень аккуратно и даже бережно обнял меня за плечи, прижимая к себе. Я же не мог остановиться, просто продолжал кричать на него или уже не на него, а, скорее, просто в пустоту.       — Я бродил по лагерю, пугая часовых, но потом вспоминал, что выгнал тебя, и шел обратно! И так каждую ночь!       Вся эта яростная тирада словно лишила меня всех сил разом, и я почти упал. Крис помог сесть мне на стул, а сам опустился рядом на колени и ткнулся головой мне в бедро.       Мне нечего было больше сказать. Я и так позволил себе намного больше, чем положено.       — Иди отсюда, — тихо сказал я.       — Вик? — голос Криса был тихий и почти робкий.       — Что? — обессилено спросил я.       — Когда мы увидимся?       На секунду мне показалось, что не было тех многих лет вдали друг от друга. Что сейчас рядом со мной мой Кристиан, мой любимый человек…       Я погладил его по волосам и ответил довольно мягко, позволяя себе еще немного больше, чем положено.       — Не знаю. Но в любом случае скоро все закончится.       Крис встал и чуть резковато отвернулся от меня, сделал пару шагов к выходу. Я лишь беспомощно протянул руку вслед за ним, словно пытаясь в последний раз прикоснуться к его телу, но тут же опустил. Это бессмысленно, я давно уже уничтожил «нас»…       Неожиданно он обернулся и внимательно посмотрел на меня.       — Знаешь что, Вик?       Я молчал в ответ. Крис сунул руку за пазуху и вынул оттуда медальон. Я вздрогнул.       — В моем отношении к тебе почти ничего не изменилось, — сухо сказал он.       Этот медальон я подарил ему на свадьбу. На нем написано «Ты мой». Он позволяет, немного, правда, но чувствовать смертельную опасность, которая угрожает любимому. Но действует это только при сильной эмоциональной привязке.       — И к чему ты мне это говоришь? — как можно более прохладно спросил я, надо было заканчивать это все, пока я окончательно не потерял над собой контроль.       — Я все еще готов умереть за тебя, несмотря на все твои старания уничтожить во мне подобные желания.       Я снова вздрогнул. Ну зачем, Крис? Ведь столько лет прошло...       — Не мели чепуху, Кристиан. Ты тут ни при…       Он оборвал мою речь, так и не дав договорить до конца:       — Я тебе все сказал.       После чего просто развернулся и вышел с кухни. После щелчка закрываемой двери в доме повисла тишина. Я остался один на один со своими мыслями и воспоминаниями…