Вот так отпраздновали!

      Энди пригласил на свой день рождения кучу народу, но при этом мечтал остаться наедине только с одним единственным гостем. Это было очень странным решением — пригласить Оливера на вечеринку. Ребята из группы были просто в недоумении, но тактично промолчали.       Эшли первый позвонил в его двери в столь ранний час, чтобы поздравить друга. Бирсак лениво слез с подоконника, на котором он проводил время с очередной сигаретой. Настроения не было, видеть никого не хотелось. Открыв дверь, он пустил басиста в свою обитель. Эш сморщил нос, не желая вдыхать дым. — Хоть бы проветрил, — с укором произнес Пёрди, но тут же сменил гнев на милость. — С днем рождения! Это тебе, — он вручил подарочек согруппнику. — Не открывай, все потом. Так, а где все?       Эшли что-то тараторил без умолку. Энди утомляла эта живость, веселье, радостная энергетика, исходящая от парня. Бирсак, словно черная дыра, поглощал и уничтожал весь позитив, который шел от друга. А всему виной была несчастная любовь. Возможно, в этом плане ему стоило бы быть посмелее. Но Энди боялся потерять даже ту тонкую, практически невидимую ниточку, что связывала его с Оливером. Они стали общаться без конфликтов и противоречий лишь тогда, когда BVB и BMTH решили записать совместный альбом. Однако ребята по-прежнему не доверяли друг другу, лишь работа могла на время стереть эти границы. Но Энди боялся разрушить то, что с таким трудом собиралось по крупицам длительное время, складывалось из кусочков пестрой, как татуировки музыкантов, мозаики. И его признание могло все испортить. Им еще долго предстоит работать вместе. Ради группы Бирсак хранил втайне свои чувства. Но парни уже начинали что-то подозревать. Да и как было не заметить смущенные взгляды Энди на Оливера, когда они записывали песню, которая должна стать синглом? Только вот сам влюбленный наивно считал, что никто ничего не знает и не узнает никогда. Наверное, лишь сам объект симпатии и не предполагал, что является таковым.       Как только слышался звонок в двери, Энди со всех ног кидался к дверям и спешил их открыть. Уже почти все были в сборе, а Оли, как только мысленно мог позволить себе его называть Бирсак, все не приходил. Парень начинал нервничать. — Давайте уже выпьем, — стал командовать Эшли. Ему не терпелось погрузиться в атмосферу праздника, и для него было уже не столь важно, что самому имениннику не до веселья. — Еще не все собрались, — Энди силой отнял у басиста бутылку, к которой тот так хотел припасть. — Не придет твой ненаглядный, — не выдержал Эш. — Что ты вообще такое несешь?! — обиделся Энди. — Позвонить не судьба? — усмехнулся Пёрди. — Кому звонить? — Ди продолжал прикидываться, что ничего не понимает. — Оливеру твоему. Ну, хочешь, я позвоню, если ты у нас мистер стеснительность, — не дожидаясь ответа, парень достал из кармана телефон и набрал номер Сайкса. — Алло, ты где? Едешь? Сколько ждать? Так, если тебя тут через пятнадцать минут не будет, мы начнем бухать без тебя, понял меня? Все, давай, Оли, мы ждем.       Энди был потрясен тем, с какой легкостью и непринужденностью Эшли разговаривал с тем, в чью сторону Бирсак боялся даже дышать. Вот что значит человек не обременен никакой любовью и прочими надуманными страданиями. В какой-то степени Ди даже завидовал другу, свободному во всех отношениях.       Пятнадцать минут показались Энди вечностью. Когда, наконец, в незапертые кем-то то из гостей двери влетел запыхавшийся Оливер, счастью Бирсака просто не было предела! Он хотел подбежать к парню, обнять его, но это были лишь его мечты. Здесь было слишком много любопытных глаз. Все гости пялились на Сайкса, кажется, совсем позабыв об имениннике. — С днем рождения. К сожалению, у меня нет с собой подарка, — произнес Оли и хлопнул Энди по плечу. — Так, что тут у нас есть выпить и пожрать? — быстро пройдя к большому накрытому столу, наглый парень схватил бутерброд и стал его есть. Тем временем Эшли отошел подальше от Энди и прильнул к бутылке вместе с Крисом. Скучающий Джинкс предложил включить музыку. — А давайте я спою? — оживился Оливер. — Может, не надо? — взмолился уже в стельку пьяный Кристиан. — А ну, тихо всем! — заорал Сайкс во всю мощь своего голоса. — Микрофон мне, живо.       Энди подал Оливеру свой микрофон, и парень начал петь. Бирсак вернулся на свое место и стал вглядываться в каждое его движение и вслушиваться в каждый звук. Никогда еще он не был так близко к нему и одновременно так далеко… Ди засмотрелся на притягивающего к себе все внимание татуированного парня, не замечая, как уже почти ничего не соображающий Эшли, в которого выпивка уже не лезла, подливал ему рюмку за рюмкой. Перед глазами стало все расплываться, Оливер стал размытой пестрою картинкой.       К концу вечеринки Энди лежал под столом и спал, как убитый. Нетрезвые гости стали расходиться. Кристиана и Эшли тащили к выходу еще способные стоять на ногах Джейк и Джинкс, разбредались по домам все друзья и знакомые. И только Оливер никуда не торопился. Положив голову на стол, он засыпал. Никому уже не было дела до Сайкса, а он сам не горел желанием идти домой. Так прошел двадцать третий день рождения Энди Бирсака.

***

      Утро встретило парней яркими, раздражающими лучами солнца, бьющего прямо в глаза. Энди открыл глаза и не сразу понял, что находился под столом. Наконец, он догадался, что можно просто оттуда вылезти и осмотреться. Поднявшись, Бирсак заметил фигуру у окна. Это был Оливер. Он напряженно всматривался в безоблачное небо, думая о чем-то своем. Ди не смог справиться с собой на этот раз и бесшумно приблизился к Оли и осторожно положил руки на его плечи. Парень повернулся в недоумении и уставился на Энди. — Доброе утро. Хотя, какое утро, день уже, наверное, — посмотрев на часы, Сайкс убедился в том, что время приближалось к полудню. — Я пойду, наверное. — Не уходи, — как завороженный, прошептал Энди. — Нам надо поговорить. Я хочу тебе сказать кое-что важное. Только пообещай, что не пошлешь меня, и мы запишем альбом, как и планировали. — Да черт с ним, говори, что хотел, — не выдержал Оливер. — Ну? Мне долго ждать?       Энди вновь почувствовал, как на него накатывало оцепенение. Вместо того, чтобы произнести три слова, такие простые в своем звучании, но слишком сложные, чтобы быть сказанными, Бирсак приблизился к губам Оливера, легко и невесомо коснулся их. Он был готов к чему угодно — к звонкой пощечине, к удару, к проклятиям, но не был готов только к одному. К ответу на его робкий поцелуй. Оливер прижал к себе дрожащего от волнения Энди, целуя его более напористо и настойчиво, иногда отрываясь, чтобы сделать вдох. Ди потянул парня за край футболки, вцепившись в нее тонкими пальцами. Понимая все без лишних слов, Оливер отошел от окна и проследовал за Бирсаком в его спальню. Перехватив на себя инициативу, Оли толкнул Энди на кровать и всем телом придавил его к постели, продолжая целовать горьковатые от привкуса алкоголя губы. Руки парня заскользили под тонкую майку Ди, поглаживая кожу. От этих прикосновений его било мелкой дрожью, а желание все разгоралось в его крови…       Оливер избавил Энди от мешающейся вещи, отбрасывая ее в сторону, прикоснулся губами к набухшей бусинке соска, а затем ухватил ее зубами и слегка потянул. Бирсак дернулся. Но ему определенно нравились эти действия, нравилось испытывать эту сладкую боль, благодаря которой можно по-настоящему чувствовать. А пока чувствуешь — живешь. И Энди проживал каждую секунду, питаясь болью и умея получать из нее наслаждение. Драйв, риск — что еще нужно молодому парню? Энди был нужен Оливер для полного счастья. Но сейчас, когда объект симпатии медленно, но верно оставлял Бирсака без одежды, на парня накатывала волна смущения. Ди даже покраснел, когда Сайкс стянул вниз его брюки, а вслед за ними и белье. — Не смущайся, ты такой красивый, — шепнул Оливер, медленно проведя кончиками пальцев по твердому достоинству Энди, заставляя его судорожно простонать. Оли растер капельки выступающей смазки по головке и убрал руку. Бирсак был не в силах терпеть. Он сам накинулся на парня, срывая с него одежду, царапая ноготками тело, испещренное множеством татуировок. Ди считал Оливера не просто красивым парнем, он считал его особенным. В нем было что-то такое, что притягивало не только взгляд, но и душу. С ним хотелось сблизиться. Почувствовать. Принять.       Отбросив в сторону одежду Оливера, Энди вновь оказался под ним. Горячие тела соприкасались друг с другом. Оли не мог больше ждать. — У тебя смазка есть? — он спросил этот таким сексуальным голосом, что Бирсак был готов отдаться ему и без этого. Но несмотря на свой грубый и порою совсем невыносимый характер, Сайкс не хотел причинять боль парню. — Да, в тумбочке, — отозвался Энди, тяжело дыша. Оливер поднялся с постели, демонстрируя свое тело в движении, быстро открыл дверцу и взял с полочки тюбик. Ди умоляюще смотрел на парня, желая поскорее почувствовать его в себе. Но Сайкс не торопился.       Открутив крышечку, Оливер выдавил немного геля на свою руку. Почувствовав, как прохладные от смазки пальцы медленно проникают в него, Энди весь сжался. Нет, он не чувствовал страха, но инстинктивно расслабиться у него не получалось. — Не бойся, — ласково произнес Оли, успокаивая Бирсака. Энди прикрыл глаза, чтобы лучше чувствовать его прикосновения. Оливер медленно растягивал его, так что Ди почти не чувствовал боли. Наслаждение захлестнуло его, когда парень надавил на нужную точку. Он делал это так умело, что Бирсак не мог сдержать своих стонов. — Оли… я прошу тебя… возьми меня, — хрипло попросил Энди. Оливер выполнил его просьбу, медленно входя в Бирсака, но долго сдерживаться он не смог и одним рывком проник в податливое тело.       Энди вскрикнул не столько от боли, сколько от неожиданности. Обвив руками шею парня, он прижался к нему, чувствуя тепло его тела и глядя в его серые глаза. Оливер полностью был в нем, Ди чувствовал его каждой клеткой своего тела, задыхаясь от удовольствия. Он наслаждался им, отдаваясь без остатка.       Уверенные движения Оли, его учащенное дыхание и стоны, срывающиеся с его губ, сводили Энди с ума. Он хотел только одного — чтобы это никогда не заканчивалось. Каждый рывок приносил новую порцию наслаждения, каждое движение заставляло вскрикивать, закатывая глаза в экстазе. — Ах, Оли, еще, — просил Энди, и Сайкс, ни на миг не останавливаясь, продолжал открывать для него новые горизонты наслаждения.       Парни еще долго наслаждались друг другом. Окружающая действительность перестала существовать для них: все, что они видели — взгляды друг друга. Все, что они слышали — вздохи, стоны и крики. Эти звуки для них были намного важнее, чем настойчивый стук в двери, который не прекращался уже длительное время.       Оливер громко закричал, изливаясь в Энди. Обхватив рукой достоинство Бирсака, Сайкс стал быстро водить рукой по нему, доводя парня до оргазма. Утомленный, но довольный Ди уткнулся в плечо Оли и прикрыл глаза.       И в этот момент распахнулась дверь в спальню. — Простите, что мешаю. Но я вчера забыл свой телефон. Вы его не видели? — Эшли не смущал вид голых парней, лежащих друг с другом в обнимку после бурного секса. Он еще и не такое в этой жизни видел. — А, вот же он! — Эш поднял свой мобильник, валяющийся на полу. — Кстати, ребят, в следующий раз входную дверь запирайте, это вам мой совет на будущее. — Исчезни, а? — Оливер прижал к себе Энди и нежно поцеловал его.       Когда Эшли скрылся за дверью, Бирсак задумчиво сказал: — Теперь он всем расскажет, и они нас достанут. — Это мы их еще достанем. Ведь вместе мы — сила!       Вместе. Это слово значило для Энди очень многое. — Ты ведь что-то хотел мне сказать? — вспомнил вдруг Сайкс. — Да, хотел. Я люблю тебя, Оливер. Спасибо тебе за лучший день рождения в моей жизни, — Энди улыбнулся. — Теперь у тебя каждый день будет праздником, — пообещал Оли.       Сегодня в этом мире стало на два счастливых человека больше.