***
- Простите, - незнакомый голос останавливает по пути на тренировку. – Касамацу Юкио, верно? – голос девушки хрипит, и в нем слышна одышка. – Томое Харука, журналист ежемесячного издания о баскетболе. Капитан автоматически пожимает протянутую руку, пока глаза осматривают хрупкую фигуру, а мозг пытается до конца осознать ситуацию. Она молода для журналиста, думает Юкио про себя. Однако в следующую секунду глаза незнакомки в смущении опускаются, и он понимает, что сказал это вслух. Краска тут же приливает к щекам, а язык пытается произнести хоть одно внятное извинение. - Ничего. Все в порядке, - после пятой попытки перебивает его Харука. – На самом деле, я стажер, - неловко перебирая края рукавов, поясняет она, при этом продолжая избегать прямого зрительного контакта. Хотя Юкио сам не понимает почему, но его расстраивает этот факт. Может, из-за сказанных слов? – Мне нужны хорошие рекомендации и практика для поступления в университет. Одногодки? Он удивлен. Она выглядит старше своего возраста. - Но это неважно! – внезапно ее голос повышается на несколько децибелов, и из смущенного становится бодрым. От таких резких перемен Касамацу невольно вздрогнул. – Я пришла взять у вас интервью. - У меня тренировка, - возражение выходит настолько вялым, что он сам не верит в него. Но это неважно, потому что у девушки находится контраргумент. - Я поговорила с вашим тренером, он дал разрешение, - она вытаскивает диктофон и без лишних слов крепко цепляется за его руку (боится, что убежит), при этом оглядываясь по сторонам, видимо ищет подходящее место для разговора. – Это не займет много времени, - и тянет в сторону кафетерия. Юкио теряется и смущается такого напора, таких прикосновений, хотя это обычные ощущения кожи на своей руке. Но по какой-то необъяснимой причине (он позабыл про свою робость при девушках) ему было неловко. А еще он заметил, что ему приятны ее прикосновения, и она сама ему довольно симпатична. Не только внешне, но и своим характером. - Итак! – Юкио удивленно моргает. Он не заметил, как они добрались до кафетерия, и как перед ним оказался стакан с водой. Поднимая глаза, он увидел лежащий посредине диктофон и блокнот, записи в котором увлеченно рассматривает Томое. – Начнем со стандартных вопросов. Вы не против? Он внимательно на нее смотрит. Обычная девушка с обычной внешностью, таких миллион в их школе. Но почему-то в груди появляется легкость и непонятное чувство радости именно тогда, когда он смотрит на нее. «Когда-нибудь ты найдешь свою половинку», - вспоминаются ему слова Мари, когда она обнимала его на прощание. Юкио улыбается этому воспоминанию. А потом согласно кивает, готовый отвечать на вопросы. Касамацу готов начать все с чистого листа.№4. Касамацу Юкио. Интервью
12 декабря 2016 г., 22:51
Касамацу ему завидовал.
У Реты никогда не было проблем в общении с противоположным полом. Девушки бегали за ним толпами еще со средней школы. И опыт у него большой, чего не скажешь о самом капитане. Хотя он тоже не испытывал затруднений в поиске своей половинки. Затруднения возникали при общении. И это смешно, на самом деле. Имея столько плюсов, являясь капитаном команды, он чувствовал себя неуверенно рядом с девушками.
Касамацу радовался за него.
Впервые в жизни Рета был кем-то увлечен настолько сильно, чтобы поставить его в один ряд с баскетболом. И этим «кем-то» оказалась Накамура Мари.
Обычная девушка, из обычной семьи. С необычным прошлым. И имеющая чарующую красоту. В ее внешности не было ничего необычного. Однако именно с первого взгляда Мари могла зацепить любого представителя противоположного пола так, что он не мог отвести взгляд. Светлые волосы, синие глаза, фигура модели (хотя она и есть модель), сдержанность аристократки. Накамура была идеалом. Идеалом, о котором мечтают, желают, но не влюбляются по-настоящему и надолго.
А Рета влюбился. Как последний мальчишка. И Юкио был рад за него.
Касамацу ненавидел.
Ненавидел самого себя за то, что влюбился в девушку лучшего друга.
Он видел, как Мари постепенно менялась рядом с Кисе. Из вечно молчаливой и безразличной к окружающему миру, она превращалась в улыбчивую, интересную собеседницу. Словно кто-то разрушил заклинание, а если быть точнее, растопил холодное сердце.
Юкио ненавидел себя, потому что невольно сравнивал, думал, представлял себя на месте Реты. Навязчивая мысль преследовала его: смог бы он растопить этот лед, была бы она рядом с ним такой? Ответ: нет. Юкио ненавидел себя и за это.
Но Касамацу продолжал любить.
Потому что сердцу невозможно приказать. Сердце невозможно вырвать из груди. Однако ему можно дать поблажку. Чуть дольше положенного рассматривать профиль. Чуть дольше положенного держать в объятиях, чтобы получить понимающий взгляд голубых глаз и извиняющуюся улыбку (при всем желании она не сможет ответить на его чувства). Подарить такую же улыбку в ответ, убеждая ее и самого себя, что все в порядке. Что это пройдет.
Он верит в это, потому что видит в синеве глаз то, что каждый день отражает зеркало напротив. Только эти глаза смотрят не на него, а на лучшего друга.