Златовласка

В гостиной Слизерина, куда Паркинсон вернулась после своего ночного путешествия, было непривычно жарко натоплено. Пэнси заметила Малфоя, сидящего на кресле в углу, укутанного в большой фиолетовый плед. Рядом на столике стояла чашка горячего шоколада. - Мерлин мой, Драко!.. - всплеснула руками Пэнси. - Ты что же это? Замёрз?.. - Ну как тебе сказать, - замялся парень. - В какой-то степени. Просто хочется уюта. В последнее время у нас в подземельях холодно до неприличия. Тем более, что нет никого, кто мог бы тебя согреть. - Малфой! Ты меня пугаешь!.. - улыбнулась слизеринка, покачав головой. - Что-то с тобой явно не так. Говори давай, что там у тебя. - Да что говорить... - Малфой зевнул. - Скука и внутренняя пустота. Чего-то важного не хватает. Я как будто что-то потерял. И день ото дня я ощущаю это всё отчётливей. У тебя не возникало такого ощущения?.. - У меня? - Пэнси задумалась. - Ну разве что когда меня парень бросил... Было, конечно, неприятно, было больно, было ударом по самолюбию... Я не привыкла к такому. Но пережила. Хотя, конечно, казалось, что мир прахом пошёл. Но всё же я сумела извлечь из этого необходимые уроки. Думается мне, что с линькой светлых гениев мир не прекращает вращаться вокруг Солнца и своей оси и дарить нам радостные моменты жизни в качестве компенсации за все страдания... А тебя что, тоже кто-то кинул?.. - Да нет... Просто думаю о жизни. Какая-то она у меня не такая. Всё не так, всё какую-то струйку пессимизма питаю. Хотя вроде всё нормально. Ну, ты знаешь, какая истинная причина. Что мне её утаивать. Кстати, как прошла ваша встреча? - Едва не напоролась на кошку Филча. Она как всегда разгуливает по замку и выныривает из-за угла в самую неподходящую минуту, всё вынюхивает что-то... Терпеть её не могу. Хоть бы сдохла она, что ли, поскорее... - Да будет тебе... Что Алиса сказала?.. - Могу тебя обрадовать, - подмигнула парню Пэнси. - Всё просто замечательно. Она, быть может, снизойдёт до того, чтобы послать тебе весточку. Хотя обещать не могу. Но наша общая занкомая весьма многозначительно сказала, что подумает касательно того, о чём я её просила. Малфой просиял. - Пэнси, я тебя обожаю... Вот, возьми, - он достал из складок мантии небольшой и, по-видимости, очень дорогой браслет с изумрудными вставками. Украшение было необычайно изящно, и у Пэнси подскочило сердце, когда она взглянула сначала на браслет, а потом перевела взгляд на парня. Девушка всё ещё помнила прежние дни, всё ещё надеялась, хотя, конечно, понимала, что её и Драко разделяет даже большее, чем просто дружба. - Вообще я хотел подарить его маме. Долго выбирал... Однако решил, что для тебя эта вещица будет памятней. Храни её, пожалуйста, как память обо всём, что мы прошли - и в благодарность о той бесценной услуге, что ты мне оказала. Помнишь: "Храни меня, мой талисман, храни меня во дни гонений... Ты в день печали был мне дан". - Да, в этом дне есть что-то от дня печали, - вздохнула Пэнси. - В каждом нашем дне, наполненном суетой сует, есть доля какой-то неотмирной грусти, и она прекрасна по-своему. "Печаль моя светла, печаль моя полна тобою..." - девушка залюбовалась на подарок, который ровно мерцал своими серебряными гранями в свете свечей. - Будем же смотреть на жизнь с оптимизмом, - улыбнулся Драко. - Я и не думал, что всё пройдёт так хорошо... Вообще это большое достижение... Достижение дипломатии, поскольку, как я думаю, ты и так понимаешь, что это более чем странно, что ты подбила Алису на встречу со мной... Узнай про это Амбридж, она от нас всех пустого места не оставила бы. Пэнси хохотнула. - Вот уж не думала, что когда-нибудь буду так нагло нарушать правила. Обычно я весьма законопослушна. Если, конечно, дело не касается какого-нибудь запрещённого зелья. Я их варю в огромном количестве. Алиса, кстати, говорила мне недавно, что открыло одно необычное свойство того варева, которое Снейп пытается научить нас создавать последние три пары зельеварения. Алиса, разумеется, по своему обыкновению исследовала все самые глубинные свойства изучаемого предмета, и... В общем, она создала снадобье для быстрого роста волос. И если об этом станет известно всем тем несчастным представительницам прекрасного пола, которым Амбридж велела состричь свои шевелюры... Тогда держись! - Алиса молодец... - задумчиво проговорил Малфой. - Кто бы сомневался, что она как-то улучшит нашу жизнь... - А тебе чем жизнь насолила? - спросила Пэнси. - Ну... Как тебе сказать... Эта утомительно-гнетущая атмосфера, которая царит в замке с тех самых пор, как к власти пришёл Генеральный Инспектор, утомляет даже меня, её верного служителя. Не всегда хочется ходить под начальством... сварливой мегеры, которая тщательно маскирует свой комплекс неполноценности. - У Долорес было трудное детство, - так же задумчиво ответила Пэнси. - Её можно понять. К тому же мы пока на её стороне. И она нас не обижает. Даже наоборот. - Отчего-то мне кажется, что это только до поры до времени. Амбридж, кажется мне, особа из разряда тех, что может подсидеть в самый неподходящий момент. - Ух... Ты прям прочитал мои мысли!.. - Да. Так вот, - Малфой сделал большой глоток горячего шоколада. - Дай я тоже попробую, - Пэнси потянулась за кубком. - В коридорах холодно, и я устала. Пожалуй, я пойду. Надо выспаться завтра перед парой. - Иди, - кивнул Малфой. - А мне надо поразмышлять... У меня много вопросов, на которые надо найти ответы. - Желаю тебе удачи в этом вечном поиске истины, - улыбнулась Пэнси. - Если что, зови... Свечку подержу с удовольствием. Да, да, свечку держат не только в известных случаях, - Пэнси укоризненно покачала головой, глядя на то, какая по-детски лукавая улыбка мелькнула на устах парня. - Спокойной ночи!.. Класс, куда пришёл Драко, был заставлен старинной мебелью, партами и учебными принадлежностями. Надо сказать, что в Хогвартсе вообще довольно много всяких нежилых помещений. Но это было в особенности красивым. Раньше здесь преподавали трансфигурацию, три века подряд, начиная с XIII, и напоминанием о тех прекрасных днях, которые так любят романтизировать поэты, служили большие гобелены с изображением схваток дуэлянтов и трансформации различных объектов и веществ. Полотна заполняли собой почти всё пространство класса и создавали очень сильный эффект присутствия. В воздухе витал слабый аромат ладана, и парень вдохнул этот столь любимый им с детства запах. В нём чувствовалась примесь бензоя, фимиама и чего-то ещё, очень знакомого, что вызывало чувство неясной, щемящей тоски по бесконечному. Атмосфера весьма располагала к интимной беседе, на которую парень очень надеялся. Алиса опоздала совсем ненадолго. Гриффиндорка вообще не любила опаздывать, но в этот раз её оставила после пар Стеббль, и Алиса еле увильнула и от того ещё, чтобы помогать ей перебирать древние горшки с магнолиями, которых Помона хотела использовать в качестве наглядного пособия. - Привет, - коротко поздоровалась девушка с Малфоем. - Здравствуй, - ответил парень. Его голос показался ему непохожим на привычный, тот, с каким он обычно обращался к близким и дорогим ему людям. - Я очень рад, что ты пришла. Оба помолчали с полминуты. - Ты хотел меня видеть? - Алиса присела на столешницу старой парты. - Ну да, хотел... - Малфой потупил взгляд. - Мне очень нужно поговорить с тобой. Пэнси, наверное, сказала, о чём именно. - Нет, не совсем, - отозвалась Алиса. - Не знаю, если честно. Хотя догадываюсь. - Об этом сложно не догадаться, - тихо сказал Малфой. - Я очень нуждаюсь в тебе. Очень скучаю по тебе. Ты для меня очень важна. Они снова помолчали. - По-моему, мы давно исчерпали эту тему, - тихо сказала Алиса. - К чему лишние слова?.. - Не знаю... Может быть, потому, что моя душа дала определённую клятву задолго до её воплощения в этом мире... И теперь она не в силах освободиться от этого обещания... - Это очень поэтично. Только к чему это?.. - Ты прекрасно понимаешь, просто молчишь. Твоё молчание говорит красноречивей слов. - Да, иногда... Да нет, почти всегда молчание важнее слов. "Я часто раскаивался в том, что говорил, но редко сожалел о том, что молчал", - так выражался Фома Аквинский. - Ну да... Помню... Но мне важно сейчас не совсем это. Мне очень хотелось бы знать - просто знать, Алиса, не таишь ли ты на меня зла, которое помешало бы тебе хранить добрую память обо мне в своём сердце? - Да как сказать, - насмешливо отозвалась девушка. - За твои поступки тебя мало повесить. - И всё же... Есть вещи, над которыми не властны времена и убеждения... - Сильное различие убеждений как раз-таки часто служит определяющим фактором. Платон мне друг, но истина дороже, Драко. - Думай как хочешь, конечно. Только, очень тебя прошу: знай, у меня нет к тебе ни личной неприязни, ни чего-то, что могло бы исказить священный облик нашего общего прошлого. Оно для меня неприкосновенно, и хранится, тайно оберегаемое от посторонних взоров, в самых потаённых уголках моей всё ещё живой души. - Ты красноречив, Малфой, как всегда, - Алиса продолжала улыбаться так же ровно. - Можешь смеяться сколько хочешь... Чувства остаются чувствами, сильными и чистыми, и, думается мне, когда-нибудь ты оценишь то, что я тебе сказал сегодня, в один из дней непростого времени, когда свет и тьма как никогда прежде так не расходились. - Да, друг мой, Трелони бы отмерила тебе изрядное количество баллов, выражайся ты так витиевато у неё на уроках. - Повторяю: смейся сколько хочешь. Но если в тебе есть хоть капля жалости ко мне... Думаю, такая найдётся в твоей душе, ведь ты никогда не страдала отсутствием великодушия, ты всегда была истинной гриффиндоркой... Если эта капля найдётся в тебе, ты поймёшь и простишь меня, какой бы безнадёжной не казалась ситуация. Иногда у нас не бывает выхода. А ты не знаешь, каково это - сохранять в себе веру, когда все вокруг превращаются во врагов, и нет другого выхода. - Мне ли этого не знать... - вздохунла Алиса. - Даже не знаю, что тебе ответить, Драко. И зачем ты меня сюда позвал? Для чего? Зачем мне знать твои печали, зачем ты жалуешся мне?.. - А как ты думаешь... Кому ещё я могу поверить эти тайны?.. - Да кому угодно... Ты парень популярный, так что, как мне кажется, можешь обольстить кого угодно. Паркинсон по тебе сохнет. Даже не скажу, что это секрет: она этого никогда не скрывала. - Пэнси... Она, конечно, хорошая... Но я не могу любить её так, как тебя... Это совсем другое. Пэнси - подруга. Отличная подруга. Очень жаль мне её, конечно. Но я не любвеобилен, чтобы дарить счастье сразу нескольким. Это не моё. Моя любовь - это нечто очень личное. А Пэнси ещё найдёт своё счастье. Она всегда в вечном поиске, а это похвально. Ищущий всегда найдёт то, что ищет. - Если бы всё было так просто... - Да. Именно поэтому я и попросил тебя прийти. - Что же. Я пришла, - Алиса улыбнулась. - И, честно говоря, некоторое из сказанного тобой звучит более чем странно. - Ну... Иначе я не могу говорить... Есть вещи, которые не выразить словами, хотя я себе на беду похвалялся, что могу выразить невыразимое. Прости меня, Алиса. Прости и не забывай, что есть в этой холодной вселенной человек, который продолжает тебя любить. Наверное, это прекрасно, когда есть кто-то, кто тебя любит. Это стоит многого, если не всего. Ведь для любви в этом мире так мало места в наши дни... Я всё сказал. Больше не буду утомлять тебя. Прости, если не получилось выразить лучше. Очень надеюсь на твоё понимание. - Я поняла тебя... - снова тихо ответила Алиса. - Мне самой сейчас надо разобраться со своими чувствами. Что-то я как-то странно ощущаю себя сейчас. Ты смутил меня, Драко, и лучше было бы, наверное, если бы мы не встретились здесь. Вообще не встретились. Да, это было бы лучше для нас обоих... Иногда лучше не знать, чем знать и мучиться. - Это удел слабаков, а ты всегда была смелой, Алиса, - Драко через силу улыбнулся. - А что это у тебя? - спросил вдруг Малфой. - Ты о чём? - вопросительно подняла бровь Алиса. - То, что у тебя на пальце... Красивая вещица, откуда она у тебя? - Ах, это... - рассмеялась Алиса. - Весьма к нашей теме разговора. - Ну правда, интересно... Впервые вижу такую прелесть. Такое где попало не продаётся. Наверняка приобретено ценой старшного преступления... - Очень романтично, вполне в духе Возрождения, - улыбнулась девушка. - Ну да... Так оно обычно и бывает. Особенно в наших кругах, особенно в наше время. - Мне его подарили. Это, действительно, очень ценная вещь. И магическая к тому же. Но больше я тебе ничего не скажу. Меньше знаешь - крепче спишь. - А кто тебе её подарил? - не унимался слизеринец. - Да кто, кто... Тебе скажи... Снейп подарил. - Да ну? - Малфой, казалось, был очень удивлён. - Вот уж никогда бы не подумал... - Почему это? - удивилась Алиса. - Ну, как сказать... Снейп вообще не особо щедр. Это не в его правилах. Так что для того, чтобы он расщедрился, должна сложиться совершенно особенная ситуация. - Что ж ты его таким занудой и скрягой выставляешь, - поморщилась Алиса. - Уж не такой он и скопидом. Не думаю, что больший, чем многие из ваших слизеринских снобов. - Ах-ха... Ты задела меня за живое... - Я, наверное, пойду. Если тебе нечего сказать больше, - Алиса встала с парты. - Да нет, я всё сказал... Хотя, конечно, хотелось сказать больше. Если ты отречёшься от трона своего понимания, то ты сможешь начать воспринимать всё, что я пытаюсь тебе сказать... - Мне надо разобраться... Прости, Малфой, мне надо идти, - Алиса схватила сумку и поторопилась выйти из класса. - Голубки ворковали, ворковали, да недовыворковали! - гадко посмеялась ей вслед волшебница с огромной бородавкой на носу с картины, прикрывающей вход в кабинет. Уже идя по коридору, Алиса внимательно рассмотрела кольцо в свете факелов. Девушка заметила очень интересную деталь. Когда гриффиндорка вынула кольцо из конверта, оно казалось ей смутным и тусклым, поблекшим от налёта времени. Теперь же реликвия сияла девственной чистотой, как если бы над ним только что закончил работать лучший ювелир. Алиса покачала головой. Истинно, магические предметы обладают многими удивительными способностями... И эта была ещё одной, которую неплохо было бы изучить на досуге. "Как много в мире тайн!" - подумала девушка. - За всю жизнь не разгадать и сотой доли их, этой магии, которая, будучи положена в основу всего, всегда до конца не открывает своих секретов.