Личное

Истории успешных людей всегда в чем-то схожи, это неудачи сугубо индивидуальны. Поэтому Медик RED не видел ничего удивительного в том, что его коллега из конкурирующей организации шел тем же путем, что и он сам, и так же фанатично стремился к освоению Terra Incognita естественных, неестественных и даже, если требовалось, сверхъестественных наук. О внешнем сходстве и говорить было смешно: если ты немец, ученый и уже не очень молод, то выглядеть отлично от точно такого же экземпляра попросту невозможно. Не натягивать же себе на голову стерильную перчатку, чтобы выделиться! Поэтому Медик искренне считал, что может предсказать действия своего коллеги. Оказалось – не совсем. – Also, ты хочешь, чтобы я тебя обучал? – на всякий случай уточнил он, и, когда Медик BLU коротко кивнул, задал логичный вопрос. – Зачем? За этим сухим и скучным вопросом скрывалось безмерное изумление: «Зачем? Мы оба знаем, что нам нет равных, что мы не останавливаемся перед пошлой гуманностью в своих экспериментах, что команда и без того вверяет нам свои переломанные руки и ноги, простреленные кишки и выбитый мозг, которого, правда, и так немного. И что ты, himmeldonnerwetter, задумал?!» Но говорить он этого вслух не стал, нестандартность просьбы и без того лежала на поверхности. В ответ Медик BLU мягко улыбнулся – это он умел, не отнимешь – и сдержанно пояснил: – Как правило вы, RED, играете в обороне. Сейчас, когда мы оба вынуждены оборонять нашу территорию от этой груды консервных банок, твой опыт мне бы пригодился. Эффективные действия в условиях непредсказуемости боевой обстановки – залог победы. Последняя фраза у Разведчика вызвала бы реакцию: «Спасибо, кэп!». Медик просто кивнул и вытащил из кармана разлохмаченную тетрадь, на потертой обложке которой все еще можно было различить слово «Krankenbuch». – Личный дневник? – поинтересовался «студент». Против ожидания, иронии в его голосе не было. – Конспекты и боевые заметки, - сухо ответил Медик. – Я предпочитаю фиксировать значимые факты. Приступим. Он начал свою лекцию довольно скучно, но постепенно проникся ролью наставника и заговорил увлеченно, почти горячо. В мирное время интернов к нему не подпускали и на пушечный выстрел: в своем исследовательском азарте доктор не щадил ни себя, ни пациентов, ни – появись у него такая возможность – преданных учеников. Впрочем, по недосмотру один из них все же достался Медику на долгих две недели. Вспоминая об этом, военный врач странно улыбался, и в такие моменты команда RED предпочитала пользоваться личными аптечками и раздатчиками Инженера. Сейчас Медик всерьез заинтересовался темой. Стерев с маркерной доски матерный стишок, кратко описывающий отношения Инженера и солдатской жопы, он педантично и вдохновенно чертил схемы великих сражений, то и дело переходя на почти родной для него и «студента» hoch-deutsch. Прежде Медику не приходилось испытывать такое захватывающее чувство взаимопонимания: сейчас ему не требовалось даже спрашивать, что из рассказанного усвоил многоуважаемый коллега. По глазам было видно, что все. Неизвестно, сколько бы продолжалась эта странная лекция, если бы оратора грубо не прервали. С грохотом распахнулась дверь, и в комнату влетел Инженер команды BLU, сжимая в крепких объятиях подергивающуюся турель. В коридоре был виден напыжившийся, готовый к взрыву разрушитель турелей. Медик немедленно отреагировал на угрозу. Он затолкал под стол своего коллегу и рванулся следом, но тут под ногами задрожал пол, с потолка посыпалась штукатурка. Сразу после этого в комнате вырубился свет и звук. Головная боль медленно и неотвратимо вернула Медика RED в мир живых. Оказалось, что проверить целостность этого мира сложно, он постоянно расплывался и становился мутноватым. Медик близоруко ощупал пространство рядом с собой в попытках обнаружить очки, но его пальцы сжали только белоснежную, до снежного хруста накрахмаленную ткань. – Я бы рекомендовал тебе успокоиться и подождать пару минут, – миролюбиво произнес коллега и наклонился к Медику. По лбу травмированного военного врача скользнул влажный тампон, пропитанный спиртом. Немец прикрыл глаза и стоически вытерпел обработку длинной ссадины. Затем послышался тихий щелчок тумблера: экс-конкурент отрегулировал мощность лечебной пушки и запустил процесс. Медик поморщился – как и всякий нормальный врач, он откровенно ненавидел лечиться. – Gut, – не слишком одобрительно проворчал он, и затих, устраиваясь поудобнее. Было бы глупо отрицать очевидное: умелые действия Медика BLU вызывали у него одобрение. И все же, когда исцеляющий заряд основательно поправил здоровье доктора, тот не стал поддаваться слабости. Он встал с койки, с трудом нашел очки и немедленно отправился к укреплениям. Коллега возражать не стал, только приветливо помахал рукой на прощание – еще бы, они оба понимали, как губительно сказывается на команде продолжительное отсутствие врача. По всей видимости, основную атаку Медик умудрился пропустить – наемники уже успели устроить себе отдых. Обычно в такие моменты они сбивались в группы по интересам, однако сейчас их сплотило нечто невероятно любопытное. На невозмутимого Пулеметчика RED навалились два совершенно одинаково азартных Подрывника, на краю стола, изящно закинув ногу на ногу, устроился Шпион RED, из-за плеча русского выглядывали Разведчики. Все они увлеченно изучали длинную распечатку, хвост которой змеился под столом и окончательно исчезал только под ногами громко хохочущего Солдата. Медик деликатно откашлялся, и это впервые произвело на его потенциальных пациентов странное действие. Скаут противоположной команды вскинулся, уставился на вошедшего во все глаза, а потом зажал рот рукой и бросился вон из полуразрушенной столовой. Его более стойкий коллега просто присел так, чтобы Пулеметчик окончательно скрыл его своей спиной. «Мсье знает толк в извращениях», - пробормотал Шпион и неожиданно растворился в пыльном воздухе, выдавая явное нежелание продолжать веселье. – Эй, а ты правда об этом мечтаешь? – спросил Солдат и ткнул пальцем в распечатку. – А то тут написано, что ты с тем парнем, и вот тут еще… Ого! Похолодев, Медик резко подошел к наемникам и рванул бумагу на себя. Ему хватило и пары слов, чтобы распознать содержание рукописи. В этот момент он неожиданно пожалел, что рядом нет огнемета. Долго искать виновника разглашения личной информации не пришлось, он так и не ушел из их импровизированной «аудитории». Когда Медик вошел в комнату, окончательно сорвав с петель многострадальную дверь, тот аккуратно протирал спиртовой салфеткой лечебную пушку. – Почему мои записи у них? – отчеканил Медик, уставившись на коллегу так, словно собирался провести ему ректоэктомию взглядом. – Я дал, – будничным тоном отозвался конкурент, приводя в порядок оптику. – Записи были на немецком! – Я перевел. – Записи были зашифрованы! – выкрикнул Медик RED, нащупывая в кармане скальпель. – Я расшифровал. – наконец его «студент» соизволил отвлечься от рутинной работы. Он подошел к своему взбешенному соотечественнику и с неприятной улыбкой посмотрел ему в глаза: – Неужели ты думаешь, что за те две недели, пока я был твоим интерном, мне не удалось выучить твой простенький шифр? – довольно хмыкнул Медик BLU и вышел из комнаты.