Когда магия ошибается.

*** Тишина, повисшая после слов Тинк, постепенно стала рассеиваться. Средь гостей начались ненавязчивые перешептывания. Сложно было разобрать о чем они были. То ли о черном роке, тяготевшем над судьбой свадьбы Белоснежки и Прекрасного, то ли об очередных кознях Злой Королевы, а может и о том, что юная фея, посмевшая сделать такое заявление, попросту перебрала с шампанским. Дальше перешептываний дело не шло, сказать что-то вслух никто не решался. Регина, стоящая на сцене, не сразу поняла смысл сказанного. Вынужденная участвовать в этом малоприятном и сомнительным, на ее взгляд, мероприятии, она была не готова к еще большему бреду. А то, что слова Тинк были полнейшим бредом, она знала абсолютно точно. Белоснежка - ее судьба? Это было еще хуже неотесанного лесника, предложенного ей ранее. Она медленно обвела взглядом беседку, ловя на себе взгляды полные сочувствия и сожаления. Регина поморщилась. Вся ситуация была пропитана каким-то вселенским абсурдом, и она, мэр города, была в ее эпицентре. - Что у тебя с моей матерью? - услышала она едва различимый гневный шепот, стоявшей рядом Эммы. - Что? - удивленно обернулась она, встречаясь с недоуменным взглядом "своей судьбы". - Ты и она? У вас что? Что-то было? - слегка заикаясь, продолжила Эмма. Слова Тинк подвергли ее в состояние глубокого шока, который медленно пуская свои корни, превращался в какую-то обиду перемешанную со злостью. Непонятно на кого именно она злилась больше, на свою мать, или на Регину. И отчего обида, с болезненно горьким и неприятным привкусом, так сильно ощущалась ею от всего этого. - Хм, - иронично ухмыльнулась Регина. До нее внезапно дошло, что Эмма так раздосадована из-за своей матери. Конечно, уму непостижимо, "белая и пушистая" Белоснежка и Злая Королева. Понятно, что ее так задело. Эта ухмылка неожиданно еще больше разозлила Эмму. Она схватила Регину за руку, буквально оттаскивая в сторону и прожигая потемневшими от гнева глазами. - Отвечай! - Ты в своем уме? - резко одернула руку Регина, с вызовом глядя на свою несостоявшуюся жену. - Отвечай! - подойдя почти вплотную, прошипела Эмма. - Хватит уже! - разозлилась Регина, - И прекращай уже считать Белоснежку какой-то там святошей. - Значит, это правда? - с какой-то безысходностью выдохнула Эмма, - Ты и она. Ее гнев мгновенно улетучился, уступая место отчаянью, что тут же отразилось на ее лице. Она и сама не до конца понимала, что именно ее так расстроило. В горле будто бы образовался комок, мешающий спокойно дышать, а тело сковало какой-то неподъемной тяжестью. Эмма растерянно замерла, медленно осознавая навалившуюся на нее информацию. - Нет, - словно откуда-то издалека донесся до нее голос Регины. - Что? - тихо переспросила она. - Разумеется, это не правда, - покачала головой Регина, глядя на поникшую девушку, - Свон, ты вообще, можешь себе такое представить? - устало продолжила она. Ей начинал надоедать весь это фарс. - Я и твоя мать? Я вот не могу! А у меня все хорошо с фантазией, уж поверь! - усмехнулась Миллс. Эмма молча кивнула ей, почувствовав огромное облегчение. Конечно, она не стала говорить, что за последние минуты уже несколько раз представила себе это. Во всех красках и подробностях. И уж, конечно, уточнять, что ей не доставило это никакой радости, и в особенности "почему", она тоже не стала. Мэри Маргарет, радуясь, что в этот раз юбилею ничто не помешает, с блаженством пила шампанское, не сводя глаз со сцены. Когда раздались ошеломляющие слова Тинк, она тоже не сразу уловила смысл. И чуть не поперхнулась, когда до нее дошло, что имела в виду юная фея. - Что ты несешь? - резко подскочила она со своего места, недоуменно глядя на Тинк. - Извини, Эмма, - пробормотала девушка, - Но судьба Регина - не ты, а твоя мать, - выдохнула она, - Тебе нужно с этим смириться! Несмотря на внезапно возникшее чувство вины перед Спасителем, Тинк была горда собой. Наконец-то она сделала что-то правильно. С судьбой не спорят, и очень скоро все еще будут благодарны ей за это. Конечно, не сейчас, но со временем все поймут, что она была права. И Эмма Свон тем более, ведь на кону счастье ее матери. А это куда важнее, каких-то там поцелуйчиков и обнимашек. Пусть и с Королевой. - Что за чушь! Судьба Белоснежки - Прекрасный! - Я понимаю, что ты сейчас раздосадована, но тебе придется это принять! И найти себе кого-нибудь другого, - безапелляционно заявила юная фея. - Что за бред здесь творится? - растерянно пробормотала Мэри Маргарет, оборачиваясь к Дэвиду в поисках поддержки. И вздрогнула встречаясь с недобрым взглядом карих глаз. - Есть что-то, чего я не знаю? - прошептал Дэвид, грубо хватая девушку за руку и наклоняясь к ней ближе. - Ты о чем? - непонимающе моргнула она. - О тебе и Королеве? - Дэвид, ты с ума сошел? - Поэтому, ты так шустро бросилась меня целовать в кафе, не смотря на то, как я сейчас выгляжу? - зло прошипел он в самое ухо девушки, - Не в первый раз, да? - Да, что ты несешь? - шокировано воскликнула Мэри Маргарет, изумленно глядя на своего супруга. - Теперь-то понятно, почему ты не дала мне убить ее тогда в Зачарованном Лесу! Это началось еще там, да? Или раньше? Во дворце твоего папочки? Встречались с ней за его спиной? Пока он...,- он не договорил, так как Белоснежка с размаху залепила ему звонкую пощечину. Все обернулись, понимающе глядя на Спасителя. Они не слышали самого разговора между женщинами, но после случившегося было итак все понятно. Конечно, узнать, что твоя возлюбленная тайно встречается с твоей матерью, было не простым испытанием. Даже для героя. Тем более, для Эммы, не отличающейся спокойным нравом. - Какая свадьба без драки?! - обрадовался уже изрядно принявший Лерой, неуклюже пытаясь забраться на столик, на котором стоял праздничный торт. "Сверху должно быть все лучше видно", - рассуждал он, реализую свою не самую лучшую идею. И так, возможно, бы и было, если бы не столб, как назло, загораживающий именно спорящих женщин. Но гномы ведь так просто не отступают. Мужчина, не сдаваясь, уверенно пододвинулся влево. Так то было намного лучше. Но его радость от открывшего обзора продлилась всего долю секунды. Стол, не рассчитанный на подобные манипуляции покосился вниз и Лерой, не сразу осознавший, что произошло, с грохотом съехал на землю, распластавшись на спине. А сверху на него, не менее удивленно, рухнул и торт. Бабушка Лукас только и успела, что схватить на ходу понравившиеся ей фигурки. Но немного подумав, она незаметно выкинула фигурку Белоснежки, оставив у себя только Принца и бережно прижимая того к груди. Кто знает, может уже очень скоро, эта фигурка украсит праздничный торт на свадьбе ее внучки. Кто знает. Крюк, как и многие другие ставший свидетелем пощечины, быстро подлетел к двум женщинам. - Свон, пойдем отсюда! - уверено произнес он, пытаясь увести Эмму подальше от Регины. - Исчезни, Крюк! - раздался властный голос Королевы, - Не видишь, мы разговариваем! - А мне кажется, что девушка ясно дала понять, что не хочет с тобой разговаривать, - огрызнулся он. Выпитое им шампанское придало мужчине смелости, к тому же, он не думал, что Королева при всех что-нибудь с ним сделает. - Кому и что дала девушка, мы еще разберемся позже, - зло воскликнула Регина, переводя недобрый взгляд на Эмму, - А сейчас, исчезни! - она махнула рукой в сторону незадачливого пирата. Конечно, будь это настоящая Регина, Крюк бы именно так и сделал. Исчез. Но Прекрасный не обладал магией, а потому, взмах руки ничего не изменил. - Может, пусть решит Эмма? - окончательно осмелев, не сдавался он. - Она хочет остаться! - А чего она сама этого не скажет? - Скажет! Эмма? - Эмма? Они обернулись на Эмму, ожидая от нее ответа. - Да, скажет! Пошли бы вы оба! - в сердцах воскликнула девушка, не желающая видеть ни Крюка, ни своего супруга, больше сейчас напоминающего, и правда, Злую Королеву. Она резко развернулась, быстрыми шагами удаляясь от них. - Как вариант, - пробурчал Крюк, удручающе смотря ей вслед, - Но попробовать стоило. Регина ничего не сказала, переведя взгляд на сцену и внимательно ища там кого-то глазами. - Кажется, мы все таки опоздали, - раздался голос, подошедшего Голда, - Что здесь произошло? - задумчиво пробормотал мужчина. Держа под руку Белль, он удивленно озирался по сторонам. Встретившаяся им ранее, и чуть не сбившая их с ног, Эмма со слезами на глазах, не предвещала ничего хорошего. И сейчас, глядя на происходящее, Голд понимал, что что-то случилось. Что-то не очень хорошее. ***