"Игра с судьбой" или "Я играю на счастье!"

Bill's pov Я медленно шел по коридору, выстраивая в уме план на проведение вечера. Хотелось заказать себе пиццу, взять банку пива и просто разложить по полочкам все то, что произошло за сегодняшний день. Мысли в голове путались, казалось, что все произошедшее было лишь сном, а Том был просто новым кошмаром. Хотелось забыть все, наслаждаясь уединением и спокойствием. Я так привык к своей каждодневной рабочей рутине, что волнения по поводу встречи со своим прошлым, выхода в свет собственной коллекции, всех этих моделей, просто вывели меня из колеи. Все спуталось и смешалось в один тугой неразвязывающийся комок, который и распутывать-то было страшно. Сейчас, как это ни странно, меня ничто не волновало. Какое-то странное опустошение и апатия захватили меня с головой. Не хотелось ни волноваться, ни размышлять, ни бояться... Единственное желание - просто отдохнуть, насладиться своим же обществом во главе с холодной головой, что было не так часто. Сзади вдруг раздались громкие топающие звуки быстро догоняющего меня человека. Я обернулся и увидел Бэна, который все это время помогал нам с выпуском коллекции, подбором моделей, инсценировкой показа и т.д. Я приветливо улыбнулся, поджидая, когда же он догонит меня. - Уилл, постой! Слушай, может, сходим вечерком в тот бар, помнишь? Выпьем, поговорим... Столько всего сейчас происходит вокруг с этой коллекцией, с вашим дебютом, что хочется просто отдохнуть. Ты не против? - запыхавшись, спросил Бэн. Я задумался: с одной стороны, мне хотелось побыть одному в этот вечер, но, с другой я понимал, что как только окажусь дома, мне станет невероятно тоскливо и одиноко. Выпить и поговорить со знакомым показалось мне не такой уж и плохой идеей. - Да, конечно, я и сам хотел сегодня накидаться, как следует! - засмеялся я и пожал руку парню, который радостно улыбнулся и поспешил дальше. - Тогда сегодня, ближе в девяти, ок? Дорогу не забудь! - крикнул он, оборачиваясь. Я отмахнулся. Забыть дорогу в этот бар? Ни за что. Самый уютный, тихий и скрытый от посторонних глаз бар находился между дворами, на углу, чтобы добраться до него приходилось проехать несколько темных переулков. Опасное, наверное, место... Зато там никогда не было лишних ушей или шумных компаний. Там практически всегда было пусто, но это привлекало меня еще больше. Это место было моим отражением, моим укрытием от внешнего мира. Атмосфера этого бара полностью характеризовала меня - спокойная музыка, приглушенный свет, тихое звяканье стекла, практически полное отсутствие людей и рутина, заполнявшая его каждодневную жизнь. Но это устраивало всех, в том числе и меня. До определенного момента. Tom's pov От ярости у меня так тряслись руки, что сенсорный дисплей телефона никак не хотел набирать нужных цифр. Злость перешла, кажется, все мыслимые границы. Единственным близким человеком для меня являлась Юмико, которая сейчас спала в своей кровати, тревожно ворочаясь во сне и морщась, когда задевала темные синяки. Казалось нереальным, что кто-то мог поднять руку на это хрупкое создание. При взгляде на сине-зеленые пятна на светлой коже девушки внутри меня словно проснулось нечто разрушительное и ревущее, готовое разорвать все на своем пути. Это было очень похоже на зверя, который дремал до сих пор, а сейчас раздирал когтистыми лапами внутренности, не имея сил больше терпеть такое спокойствие и бездействие со стороны моего разума. - Алло, Майки? - я постарался придать голосу как можно большей приветливости и сексуальности, чтобы усыпить бдительность мальчишки и узнать все, что мне требуется без всяких проблем. - Том? Это ты? - в трубке послышался ошарашенный голос Майки. Я раздраженно закатил глаза, не имея никаких сил объясняться сейчас с влюбленным мальчишкой, но натянуто улыбнулся. - А кого ты хотел услышать? - Да я... - начал парнишка, но я не стал дослушивать и перешел к волнующим меня темам. - Майки, мне срочно требуется твоя помощь! Только ты можешь мне помочь. Ты ведь сейчас на работе? - спросил я, зная, что Фэйт не отпустит новенького без хорошей нервотрепки. - Да, а что? - немного нервно осведомился Майки. Я просто интуитивно чувствовал его слабую надежду на свидание. - Не знаешь, Бэн еще там? - А, ага... - Узнай, пожалуйста, как он собирается провести вечер, а? Аккуратненько так, чтобы он не знал, ради кого ты все это... Ок? - сладко пропел я, надеясь, что все-таки не переоценил чувства мальчика. - Я слышал, что он хочет отдохнуть в баре с кем-то... Адрес бара нужен? Я обязательно узнаю и отправлю тебе смс-кой, - должен сказать, что его услужливость меня поистине восхитила. Можно было представить, как Майки по-солдатски выпрямляет спину, дабы выполнить мою просьбу как можно лучше. - Малыш, ты гений! Спасибо! Я буду ждать твою смс... - Хорошо... - смущенно прошептал мальчишка, наверное, от того, что я назвал его "малышом". Я лукаво улыбнулся, подставив трубку еще ближе к уху. - Но я надеюсь, ты не собрался бросать трубку, да? Это еще не все... Я хочу встретиться с тобой. Как тебе идея? - в честь благодарности проговорил я, слушая сбившееся дыхание Майки. - Я... Да, хорошо, конечно... Я только сам, хорошо? Я сам, сам позвоню. Завтра... - сбивчиво ответил парнишка и отключился. Я самодовольно глянул в зеркало и принялся ждать адрес бара, в котором мне сегодня придется встретить Бэна... Сидя в машине среди каких-то дворов, я недоверчиво оглядывал практически неосвещенную местность. Здесь было почти пусто, не считая черной спортивной машинки, которая, скорее всего, принадлежала знакомому Бэна. Иначе я и не думал: таких дорогостоящих автомобилей в этом районе появиться просто не могло. Казалось, человек, работающий в сфере моды, должен побаиваться таких темных и опасных районов, обходя их за километры. Но выбор местности очень походил на выбор человека с суицидальными или депрессивными наклонностями. Я хмыкнул, не сумев представить себе Бэна с грустным задумчивым лицом. Что же, место встречи отобрал явно не он. Скорее, его собутыльник или собутыльница. На какой-то миг мне даже стало интересно, с кем и ради чего он здесь встречается, но уже в следующую секунду я увидел остановившуюся рядом со мной серую ауди. Из нее гордо вышел Бэн, преподнося черным стенам самодовольную улыбку. Я сжал челюсти, отдаленно отметив, что такими темпами раскрошу себе зубы. - Здравствуй, Бэнни... - приветливо улыбаясь, громко произнес я и вышел из машины. Парень подскочил от неожиданности и обернулся на мой голос, приложив ладонь к груди. Я скривил губы. - Том? Это ты? Что ты здесь делаешь? - удивленно спросил он, словно не замечая моего "доброжелательного" взгляда. - Справедливость восстанавливаю... - ухмыльнулся я и подошел к Бэну вплотную, положив руку на плечо. Тот хотел было отстраниться, но я успел удержать парня и пнуть его коленом в пах. Он охнул, сжав колени вместе и расширив глаза. Я улыбнулся, чувствуя садистское удовлетворение от его боли. Не дожидаясь, пока Бэн разогнется и сможет ответить, я подарил его лицу возможность встретиться с моим кулаком, который так долго ждал этого момента. Но один удар не принес никакого облегчения. И я бил его снова и снова, наблюдая за тем, как кровь брызжет из сломанного носа и разбитой губы, заливая все лицо. Следующие удары по почкам, в живот, я наносил ногами, слушая странные булькающие звуки, вылетающие из окровавленного рта ублюдка. Он вдруг перестал закрываться и, замолчав, распластался по асфальту. Я опустился рядом на корточки. - Страшно? Больно тебе, Бэнни? - тихо прошептал , глядя на его окровавленное лицо. Он судорожно пытался втянуть воздух и со страхом и непониманием смотрел на меня. - Ей тоже было больно и страшно. Ей и сейчас страшно. Неужели ты думал, что тебе все позволено, раз твой отец - важная шишка? Я вот могу тебя сейчас убить... а папочка не узнает! Но я не буду этого делать. Бэн прикрыл глаза и с булькающим звуком выдохнул. В уголке рта лопнул кровавый пузырек. Я брезгливо схватил его за подбородок, поморщившись. - Смотри на меня, с*ка! Я сейчас уезжаю, а ты лежишь и ждешь помощи, забываешь, что видел меня сегодня и кто тебя бил, понял? Ты ведь понимаешь, что Дэн прикроет меня и ему ничего за это не будет, с его-то деньгами и связями... А вот, если все узнают о твоем изнасиловании несчастной девушки, то шаткому сейчас бизнесу твоего отца придет полный п*здец. - Том, ты уже встал? - хрипло спросила Мика, зайдя на кухню. Она куталась в махровый халат, зябко поеживаясь. Я поставил перед ней чашку кофе и улыбнулся. - Ага, я сегодня рано! Чего хрипишь? - Плакала много вчера... - отхлебывая, ответила девушка. Я понимающе кивнул и поспешил перевести тему. - А я вчера с Биллом встретился, представляешь? Как будто только вчера все произошло... - проведя рукой по лицу, проговорил я. Мика проследила за моей рукой и поджала губы, увидев рассеченные костяшки пальцев. - Том... - Я знаю все, что ты мне сейчас скажешь. Но уже поздно, так что давай поговорим о другом. Все будет хорошо, я уверен. У его отца сейчас проблемы в бизнесе, мне Майки сказал, так что он рыпаться не станет. Ок? Все. - резко произнес я. Девушка опустила глаза и прошептала: - Я... хорошо. Так... какой Билл? - Тройман... - теперь настала моя очередь отводить взгляд. Юмико округлила глаза и даже оживилась, вперяясь в меня ненакрашенными карими глазками. - Где? То есть... Откуда? И как? - Никак... Сначала, конечно, разволновался, но потом вдруг так пусто стало. Знаешь, все это время, все четыре года я лелеял какие-то детские обиды, вспоминал что-то... А зачем? Это было, это прошло. Сейчас мы уже другие, все изменилось. Раньше это была детская привязанность, гормоны, а сейчас - человек, которого я не видел четыре года, старый знакомый. Вот теперь думаю, какой же я был идиот все это время, а? - радостно улыбнулся я, отхлебнув горячего кофе. Мика улыбнулась и промолчала, как-то слишком понимающе посмотрев на меня. Наступило задумчивое молчание. Я разглядывал маленькие цветочки на чашке и кусал губы. Мика не отводила от меня глаз. - Ты за меня только не волнуйся, сегодня Ким придет. Работай, хорошо? - спустя несколько минут обеспокоенно попросила девушка. Я послушно кивнул. - Да, мисс... - Или лучше - устрой наконец свою личную жизнь! - Кстати! Насчет личной жизни! По-моему, я нашел неплохой вариант для постоянных отношений! - вспомнил я, радостно улыбнувшись, и, отпустив наконец многострадальную чашку, начал рассказ о новом мальчишке, который так помог мне вчера. Bill's pov Зайдя в пустую квартиру, я устало положил на пол пакет с фруктами и сливочными йогуртами. Какая-то легкая досада заполнила мысли и я грустно взглянул на мой гостинец, который я собирался отнести Бэну. Прождав его вчера около часа и опустошив две огромные кружки пива, я вышел из бара и увидел окровавленного знакомого на земле. Врачи скорой помощи запретили мне поехать с ними и заставили уйти домой. А сегодня так же бессовестно не дали навестить несчастного парня по той причине, что я пришел слишком поздно. Мне стало стыдно, что я не смог отпроситься с работы и узнать, как он себя чувствует. - Ну и ладно... - выдохнул я, отправившись в душ. И только под теплыми струями воды, стекающими по худому телу, я вспомнил о договоре с Томом. Озабоченный служебными проблемами и трагедией, случившейся со знакомым, я совсем забыл о нашей встрече. Он должен был позвонить мне... Легкой догадкой мелькнула мысль о том, что Том "забыл" об этом совсем не случайно. Наверное, ему и видеть меня не хочется. - Да и есть ли в этом смысл? - вслух произнес я, обращаясь к своему отражению в зеркале. Действительно, к чему приведет эта встреча? Сейчас мы настолько изменились, что нам и поговорить будет не о чем. "Неловкая пауза", которая всегда наступает в книжках при встрече бывших друзей или любовников спустя годы разлук, похоже, стала бы нашим единственным сходством. Сейчас я вращаюсь в совершенно других кругах, нежели в прошлом. Эти люди никогда не проявляют своих истинных эмоций, никогда не говорят человеку в лицо то, что думают. Если раньше я мог крикнуть или ударить ненавистного мне человека, то сейчас я только улыбаюсь и делаю все это мысленно. Здесь не принято быть настоящим, а я уже привык к этому настолько, что забыл, какого это. А Том... Я понятия не имею, насколько он изменился. Я могу лишь предположить это, вспоминая его глаза, его ироничный тон и спокойные движения. Раньше он таким не был. Только сейчас я понял, что между нами уже ничего не будет. Судьба предоставила мне возможность один раз, но я упустил его. Теперь - слишком поздно. - Неудачник... - прошептал я своему мокрому и взлохмаченному отражению. Оно ответило мне тем же. Я вгляделся в его круги под глазами, вялую улыбку и отвернулся, не сдержав презрительной усмешки. Пора заняться своим здоровьем и перестать думать о глупостях. Все, подростковые мечты в прошлом. Я вздрогнул от неожиданной трели мобильного. Подскочив к телефону и взяв его трясущимися от испуга руками, я застыл, не веря дисплею. - Том?.. Да, слушаю вас... - как можно более равнодушно проговорил я, приложив трубку к уху. Главное - сохранять спокойствие, я все решил. Больше никакого эгоизма - нужно отпустить парня и не мешать ему жить, да и самому изменить свою - пора заняться здоровьем, забыть об алкоголе и беспорядочных связях с молоденькими моделями - нужно завести нормальные полноценные отношения. - Привет, это - Том. Можно я не буду называть тебя Уиллом? - тут же спросил Каулитц. Губы невольно растянулись в улыбке, а в горле вдруг резко пересохло. - Да, конечно. Мне и самому, если честно, уже порядком поднадоело это имя... - усмехнулся я. Том коротко хохотнул. Я жадно вслушивался в его голос, сравнивая и запоминая. Раньше у него был высокий и мягкий, еще не "сломавшийся" до конца детский голос. Он заставлял умиленно улыбаться. Сейчас же он был глубоким и хрипловатым. Этот голос казался мне таким сексуальным... Я нахмурился, подойдя к зеркалу в спальне: "О чем ты думаешь, Билл?". - Так что? Мы сегодня встречаемся? - проговорил он. На заднем плане тихо заурчал мотор. Том втянул воздух, как, если бы он сладко затянулся сигаретой. Я даже почувствовал запах хорошего табака. - Сейчас? Тебе не кажется, что уже немного поздновато? - сохраняя ровный тон, спросил я. Том усмехнулся, а я почувствовал, что мое спокойствие выводит его из себя. Нет, я буду сохранять спокойствие и равнодушие: решение уже принято, отступать нельзя. Я отодвинул дверцу шкафа-купе и заглянул на полку с футболками, передернув голыми плечами от холода. - Я, конечно, понимаю, что детское время кончилось, но свободного времени у нас больше и не будет. У нас у обоих слишком много работы, чтобы успевать встречаться днем. Или ты так не хочешь меня видеть? - в его голосе послышались подозрительные нотки раздражения. Я тихо выдохнул, сминая кулаком белоснежную майку. - Нет, не в этом дело... Тогда приезжай ко мне. У меня нет никаких сил ходить куда-либо. Хорошо? - примирительно произнес я, не желая ссориться с парнем. - Говори адрес, - сосредоточенно проговорил он, - ... Хорошо, я здесь недалеко, минут через десять буду. Я встретил его молча, открыв дверь и пропустив парня в звенящую тишиной квартиру. Он с детским интересом огляделся, осматривая все и явно подмечая какие-то важные вещи для себя. Я исподтишка разглядывал его, отметив перезаплетенные косички и новую сережку в губе: в прошлый раз пирсинг был черным, сейчас это была серебристая подковка. Я остановил на ней взгляд, вспоминая, как впервые увидел Тома - такого непосредственного, улыбчивого и нахального подростка, который хотел, чтобы его заметили и оценили, хотя бы за оригинальный стиль, за этот пирсинг... - Ты всегда хранишь пакеты с йогуртом в прихожей? - улыбнувшись, спросил парень и самостоятельно прошел на кухню. - Конечно... - хихикнул я и подобрал несчастный пакет, иронично добавив: - А ты располагайся, не стесняйся, будь, как у себя дома... - Ой, извини. Я и забыл о приличиях. Просто есть хочется... - засмеялся Том. Напряжения, которое присутствовало при телефонном разговоре, почему-то не было. Каулитц был настроено доброжелательно. - У меня только пицца! Фрукты и сливочные йогурты еще. - скривив губы в извиняющейся улыбке, промямлил я. - Прекрасно! Давай! - ...Только она лесбиянка, встречается сейчас с одной девушкой. И, похоже, у них все серьезно. Только есть там один урод... В общем, не так важно. Ну Мика - не единственная, кто обо мне так печется. Есть еще Фэйт. "Папочка", блин... - усмехнулся Том и замолчал. Я задумался, вперившись взглядом в столешницу. - А зачем тебе столько йогуртов? И фрукты... Лучше бы, что посытнее взял. Или у тебя диета такая? - разорвав образовавшуюся тишину, неожиданно спросил Каулитц. Я очнулся и перевел на него взгляд. - Что? Да нет, конечно... Какие диеты, я так коньки отброшу совсем. Это я хотел знакомого одного навестить, он вчера в больницу попал. Его избили сильно... - Том заметно напрягся и недоверчиво посмотрел мне в глаза. - Какой еще? - резко спросил он. Я опешил, не понимая таких резких перепадов настроения. Взгляд парня выражал крайнюю неприязнь. - Бэн. Он помогает с... - начал я, но не успел договорить. Том резко встал со своего стула и схватился за голову. - Твою мать... Твою мать! - выкрикнул он, повернувшись ко мне. Я невольно отпрянул от него, встав и отойдя ближе к окну. - Том, что ты... - Билл, ответь мне. Почему ты всегда вращаешься среди тех людей, которых я придушить готов без всякого сожаления? Почему? Черт, я думал, что ты, может, изменился. Но нет - ты такая же с*ка, какой и был. И общаешься с такими же уродами! Зачем я вообще сюда приперся, какого хр*на? Идиот... - он выкрикнул мне это в лицо, вышагнув за порог и схватив по дороге скинутую раннее жилетку. Я подорвался, все еще не понимая, о чем он говорит. - Том, постой! Я не понимаю, о чем ты? С Бэном-то что не так? Что он сделал? И при чем тут вообще я? - я развернул его, схватив за плечо. Но Том вырвал мою руку и прижал к стене, больно сдавив плечи. Я шикнул. - Это я избил его. Я. Потому что эта мразь вчера избил Юмико, потому что эта мразь не понимает нормальных человеческих слов! Да я убил его, если бы не побоялся закона! Таким, как он, вообще жить запрещено. С*ка... - яростно проговорил Том, стреляя обезумевшими глазами. В одном он явно остался таким же, как раньше - в своих безудержных эмоциях. - Не тебе решать, кому жить, а кому - нет. Ей нужно было обратиться в полицию... - начал я, пытаясь образумить парня. Он вдруг резко пихнул меня и отпустил, гневно прожигая глазами. - А кому? Может, тебе? Как это ты сделал когда-то. Со своими дружками. А что, вам можно было портить жизнь тупому подростку, правильно? Тебе можно было решать мою жизнь, мои чувства... А теперь Бэну(кстати, тоже твоему дружку!) можно портить жизнь ей. Так, Билл? Так? Ответь, с*ка! - Том вдруг замахнулся, я зажмурил глаза. Но удара не последовало. Я поднял веки и увидел, как парень отошел к другой стене, безотрывно глядя на меня. - Я не хотел этого. Я не хотел, чтобы все было так... - прошептал я. Том ядовито усмехнулся. Хотелось сказать хоть что-то в свое оправдание, объяснить ему... Но что я мог в этот момент? Стало жаль самого себя. Обидно до глубины души, потому что он имеет полное право так разговаривать со мной. И плевать на мои чувства. - Не хотел... Да, конечно. Да ты хоть знаешь, что со мной было тогда? Я думал, что мне легче сдохнуть, чем терпеть все это. Да весь город знал о том, что я - чертов малолетний п*дик! На меня каждый проходящий смотрел на ВИЧ-зараженного: и жалко, и противно! Ты хоть понимаешь, что я тогда к тебе чувствовал? Ты же меня просто растоптал тогда! У меня никого не было, никого. Я только тебе и верил. Но вам было весело разводить не секс малолетнего идиота, да? А что, подтвердить свою сексуальность - так круто... А теперь ты говоришь, что не хотел этого. Так? Хотел, еще как хотел... Да пошел ты на хр*н, Тройман! Иди к своему Бэну, насилуйте еще кого-нибудь! - кричал Том. Я прикрыл глаза, продолжая терпеть и молча сжимать кулаки. Каулитц вдруг замолчал, тяжело дыша. - Какая же ты с*ка, Билл... - тихо закончил Том. Но именно это и стало последней каплей моего терпения. Я взорвался. Хватит, столько д*рьма на меня еще давно никто не выливал. - Заткнись. Хватит, меня это достало! Прекрати обвинять меня во всех смертных грехах! Я не виноват в этом, не меньше и не больше других! Мне тоже было нелегко! Не прошло и дня с тех пор, чтобы я тебя не вспомнил! Каждый день, каждый чертов день я помнил об этом! Я изводил себя мыслями о тебе, о том, как все могло быть на самом деле... Я любил тебя, черт возьми! Ты не имеешь права сейчас говорить мне все это! Не имеешь никакого права! Если я и был виноват в чем-то, то свою вину я уже давно искупил! Хватит! Мне уже было больно, хватит! За все эти четыре года у меня даже отношений нормальных не было, потому что я продолжал любить тебя. Тебя, слышишь? - выкрикнул я ему в лицо, подойдя вплотную. Но Том с такой силой оттолкнул меня, что я не удержался на ногах и упал. Не в силах сдержать обиды, я пнул его под колено. Каулитц рухнул рядом, тут же схватив мои руки, уберегаясь от последующих ударов. Я забрыкался, пытаясь оттолкнуть его от меня, снять его пальцы со своих запястьев. - Хватит! Мне больно! - закричал я, вырывая руки из его захвата и продолжая извиваться, чтобы скинуть его с себя. - А мне, по-твоему, не было больно, да? Хр*нов эгоист! С*ка! - зашипел Том, приложив меня о пол. Я вскрикнул от боли и с силой толкнул его, опрокидывая парня на спину и усаживаясь на нем верхом. Он попытался скинуть меня, ударив куда-то в бок. Мы дергались и извивались, как сумасшедшие, одаривая друг друга хаотичными ударами. У меня уже ломило тело: у Тома была тяжелая рука, удары которой отдавались во всем теле, посылая болезненные импульсы по всему телу. Я вдруг изловчился и влепил Каулитцу хлесткую пощечину. Том задохнулся от возмущения и неожиданности и застыл, неверяще посмотрев на меня. Спустя секунду я уже лежал на полу, схватившись за копчик. - Ты даже дерешься, как баба! - выплюнул парень, стоя и глядя на меня теперь сверху вниз. Я обиженно отвернулся и встал, охнув от глухой боли во всем теле. - Ты мне все ребра переломал, ублюдок! - рявкнул я, не бросив на него даже взгляда и отправившись в гостиную. Упав на мягкий диван, я громко ругнулся и схватился за бок. - Идиот... - тихо произнес Том и сел на кресло, устало выдохнув. Я нахмурился. - Вали отсюда. - И не подумаю, - нагло заявил парень. Я возмущенно вскочил с дивана. - Ты что, охр*нел? Вали из моего дома, я сказал! Иди, верши правосудие над низшими существами, о благороднейший! С*чке пора отдыхать от тяжелых ударов! - гневно прокричал я. Том спокойно обратил на меня свой взор. - Я не уйду, пока ты не успокоишься. И пока я не удостоверюсь, что ты не пострадал. - спокойно оповестил меня парень. Я сел на диван, скрестив руки. На затылке грозился выскочить огромный синяк от удара головой о пол. - Не пострадал. Вали теперь. - упрямо заявил я. Том засмеялся, прикрыв глаза рукой и поставив локоть на подлокотник. - Хватит, Билл. Мы ведем себя, как дети. Вроде, взрослые уже давно, а все еще идиоты. Давай уже нормально решим что-нибудь? Это глупо. Идиотизм просто. - взглянув на меня, произнес он. Я вздохнул. Он был прав, как никогда. Глупо - продолжать играть в песочнице, когда пора заканчивать школу. - Давай. Давай просто закончим это. Все, что было - прошло. Нужно начинать новую жизнь, нужно менять что-то. Здесь я с тобой согласен... - я многозначительно кивнул, не глядя на него, - Уже пора определяться со своей жизнью. Пора, хоть так и не хочется. - Но мы можем общаться? - спросил Том. Я посмотрел ему в глаза. - Конечно, если понадобится моя помощь - звони. Все-таки завести друзей в модном мире слишком трудно. А у меня есть кое-какие связи, если что, я могу помочь с некоторыми проблемами. Tom's pov Одно я знал точно - я никогда ему не позвоню: связей в этом бизнесе у Фэйта хватает. Думаю, Билл тоже прекрасно понимал это. Я выходил из его дома, точно зная, что теперь все действительно в прошлом. Мы выговорились друг другу, выпустили наружу пар и то, что мешало жить все это время. Теперь не было никаких недомолвок, на душе не было тяжелого веса вины и старых обид. Теперь начинается новая взрослая жизнь. Bill's pov Едва за Томом захлопнулась дверь, я тихо всхлипнул и пролил свою первую порцию слез, зарываясь лицом в диванную подушку. Мягкая ворсистая ткань тут же впитала в себя влагу. Казалось нереальным, что я только что собственноручно разрушил последние мечты и надежды на счастливое будущее, где бы я был не один. Совершенно спокойно, даже хладнокровно, словно меня это не касалось, я забил гвоздь в гроб с этими отношениями - единственными нормальными отношениями, когда я мог чувствовать себя по-настоящему счастливым. Зачем? Что я мог еще сделать...