Память все хранит...

Рев мотора, шелест шин, ветер в лицо и непередаваемое ощущение от быстрой езды подобны нирване. Не так давно я стал замечать за собой, что лишь когда еду, могу привести все мысли и чувства в порядок. Как только завожу мотор, я словно отключаюсь от всего мира. Для меня существует лишь дорога. Я вынырнул из мыслей и обратил внимание на трассу. Высокие зелёные гиганты окружали её, навевая что-то смутно знакомое. Запах листвы и звук дождя... Я встряхнул головой, отгоняя смутные образы. Уже не помню, сколько часов я ехал по этому краю лесов и дождей. Но окончательно вернутся в реальность мне помогли громкий хлопок и мгновенно «севшая» машина, которые возвещали о том , что колесо проколото. - Твою ж…превосходно… Выйдя из машины, я подошел к проколотому колесу и просто на него посмотрел, в надежде на то, что это все-таки был камень на дороге, а не лопнувшая шина. Я не знал на кого сердиться: то ли на себя, потому что решил ехать по этой глуши, то ли на Джаспера, который мне так много про здешние места рассказывал. Особенно про здешнее озеро. Не понимаю, что ему там понравилось: озеро как озеро. И все бы ничего, но на пути с Аляски я уже использовал две запаски, взятые с собой. Со мной никогда не происходило подобного. Я не раз проезжал от Нью-Йорка до Лос-Анджелеса без замены шин, а тут третий прокол. Вдруг я почувствовал, что-то странное. Складывалось ощущение, будто я здесь уже бывал. Хотя сколько себя помню, мы никогда не жили на севере, я вырос в Лос-Анджелесе. Даже на Аляске у друзей семьи бывал очень редко, но там воздух совсем не такой, как здесь. Словно родной. Вдыхая этот запах, я неожиданно почувствовал радость, и теперь я всё отчетливее чувствовал, что мне знакомы этот лес, деревья, даже звук дождя и тучи над головой. Но откуда? Никто из моей не семьи никогда не упоминал об этих местах. Вдоволь надышавшись и насмотревшись, я вынул из кармана сотовый. Мне повезло: был приём. Я смог вызвать эвакуатор из ближайшего ко мне городка – Форкса. Чтобы доехать до меня, ему потребовался час. К своему удивлению, я даже не заметил, как пролетело это время. Я просто сидел на капоте и любовался деревьями в окрестности. В других штатах я за 15 минут ожидания был готов убить работника эвакуатора, и моя злость ощущалась на расстоянии. А здесь ни злости, ни раздражения… Вскоре, сидя в кабине эвакуатора, везущего меня и мою машину в автосервис, я заметил, что водитель разглядывает меня. Вообще-то я к этому привык: эффектная внешность и фигура производили впечатление на всех, но этот водила смотрел по-другому. В его взгляде не было похоти или зависти… - Что-то не так? – сухим тоном поинтересовался я. - Нет-нет, что вы, – дернувшись, торопливо ответил он. - Просто вы кажетесь мне знакомым. Ваши родители никогда не жили здесь? Или же родственники? В здешних местах люди с такой внешностью просто редкость. Но все же жила здесь одна семья, которая сильно выделялась среди остальных горожан. - Насколько мне известно, никогда, – холодно ответил я. Его вопрос поставил меня в тупик. С чего он взял, что мои родители здесь жили? Да и про семейку какую-то начал рассказывать. Дальнейший путь мы проделали молча, и всё это время я рассматривал пейзаж за окном. Было в нем нечто близкое мне, что-то вызывающее прилив положительных эмоций. А когда мы въехали в городок, на меня накатило настоящее дежавю. Я дал себе слово, сразу после приезда тщательно расспросить родителей, даже не смотря на тот скандал, что мне устроила мать перед моим отъездом с Аляски. Я совершенно не понимал, почему она так взъелась тогда: потребовала, чтобы я немедленно прилетел к ней, бросил машину, которую «потом доставят». И все только из-за того что я хотел ехать в Сан-Франциско на машине. Меня это так взбесило, что я назло ей поехал долгим путём, отключив мобильник. Я часто его отключал в последнее время, у меня был второй для общения НЕ с родственниками. К счастью, мои способности хорошо защищали меня от способностей отца, и он не мог рыться в моих мыслях. - Ну, вот и приехали. Сейчас вашу машину быстро поставят на ноги, – водитель усмехнулся, выходя из машины. Я вышел следом. - Эй, мистер, вам срочно или подождёте до завтра? Если срочно, то плюс двадцатка к стоимости и через полчаса уже будете ехать дальше. - Срочно, – всё так же сухо и холодно бросил я. – И две шины в багажник закиньте тоже. - Ок. Сейчас сделаем, – ответил мастер, не смотря на меня ,вынимая из багажника пробитые колёса и унося их внутрь помещения сервисного обслуживания . Я же отошел и облокотился на широкие перила лестницы небольшого придорожного кафе стоящего впритык к сервису. Есть я не хотел совершенно, да и не мешало проследить за этими мастерами, в такой глуши могут и спереть что-нибудь из дорогой тачки, надеясь, что хозяин не сразу заметит. В зеркальных окнах кафе отражался сидящий на перилах очень привлекательный худощавый молодой парень лет 20-22. Его светлые волосы гармонировали с серыми глазами и гладкой молочно-белой кожей. Светлые брюки с белоснежной рубашкой дополняли облик. Но острый и холодно-презрительный взгляд держал на расстоянии всех, кто хотел познакомиться поближе. Вся его фигура излучала силу и опасность, так что никто из посетителей кафе не рискнул подойти. Несмотря на это, девушки находили в нем что-то загадочное и привлекательное. Иногда это доставляло проблемы. Усмехнувшись своим мыслям, я вернулся к созерцанию работы сервиса. Но и тут не было ничего примечательного: пожилой мастер, принявший мой заказ, и двое его помощников, один из которых сейчас возился с моими колёсами. Второй работал лежа под старым фордом. Несмотря на то, в какой глуши я находился, оборудование в мастерской было вполне современным, а работали мастера быстро и слаженно. Я перевёл взгляд на лес и снова попытался вспомнить, откуда же мне так знакомы эти места. Звук выкатывающейся тележки отвлек меня, и я снова перевел взгляд на мастеров. И чуть не упал с перил, все тело пронзил разряд как от молнии. Сердце пропустило удар и тут же начало биться как ненормальное, дыхание ускорилось. Этот мастер, молодой парень лет 25. Я смотрел на него и просто не мог отвести взгляд. Я пожирал его глазами, его смуглую кожу, черные растрепанные волосы, великолепную фигуру и круглую татуировку на плече.… А когда я увидел его взгляд, тоскливо-обречённый, брошенный в сторону леса, моё сердце снова сбилось с ритма. Мне до жути захотелось подойти к нему. Сердце и разум спорили между собой: сердце твердило одно, а разум - другое. Совершенно не понимая, что со мной происходит, я перескочил через перила и вошел в кафе. Вот теперь мне требовалось выпить. Мне буквально трясло от эмоций. Я совершенно не почувствовал вкуса принесенного мне кофе, пытаясь успокоиться. Происходящее мне нравилось все меньше и меньше. Сначала я вдруг узнал эти места, потом меня «узнал» местный водитель. А теперь еще этот парень, от которого просто сердце не на месте, хотя увидел его впервые в жизни!!! Да что со мной такое??? Моя вампирская половина ничего мне не говорила, а человеческую я не очень-то хорошо умел слушать. После 10 минут и трёх чашек кофе, отвратного, кстати, я более-менее успокоился и смог выйти из кафе. Ремонт моей машины подходил к концу. Того парня, к счастью не было, и я решил быстрее убраться отсюда, пока он не вышел. Я чувствовал, что могу просто не удержать своих эмоций. Я впервые переживал что-то подобное. - Ну вот и все, мистер. Шины залатаны, колеса поставлены, гайки закручены, – произнес старший мастер, вставая и протирая руки какой-то тряпкой. Не желая здесь более задерживаться я не глядя в бумажник, вытащил деньги и протянул ему. - Сдачи не нужно, – ответил я, садясь в машину. Уже закрывая дверь я услышал изумленный голос помощника мастера. - Эй, Джейкоб. Иди сюда, скорее! Ты только посмотри!!! Заинтересованный этими возгласом, я бросил взгляд на хозяина мастерской. Он провожал меня потрясенным взглядом, держа в руке явно более пятисот долларов. Как я потом выяснил, пересчитав оставшиеся деньги, я отдал за пятидесяти долларовый ремонт восемьсот баксов! Но в тот момент у меня в голове были только два состояния: паническое, которое велело мне скорее уехать, чтобы не увидеть его, и спокойно-умиротворенное, быстро забившее паническое. Его зовут Джейкоб, Джейк. Как только я мысленно произнес это имя, на меня накатили невероятные чувства: счастье, радость, тепло. Эти чувства были настолько сильны, что все, что я раньше считал ими, превратилось в жалкие тени. Что-то внутри меня проснулось, что-то из моего прошлого. Теперь я понимал это отчетливо: разум, забывший какие-то моменты, не сравнится с сердцем, которое помнит абсолютно все. *** Мой путь лежал на юг: в Сан-Франциско, где у меня были дела. Благодаря моему особому происхождению, я не был связан солнцем и мог спокойно находиться среди людей в любую погоду. Чем я и воспользовался, как только вырвался из-под родительской опеки. У нашей семьи не было проблем с деньгами, но мне было скучно просто жить в вечной тени. Я основал собственное дело и теперь успешно его развивал. Своя компания давала мне невероятное чувство свободы. Никто из моей семьи не мог лезть в мои дела, только Эллис иногда давала мне советы, исходя из своих видений. Так что теперь мне не стоило задерживаться. Но чем дальше я уезжал, тем сильнее хотелось вернуться. Снова увидеть того парня, просто увидеть. Но я держался, а заодно усиленно терзал свою память, по крупицам выуживая из неё информацию о своем, похоже, самом раннем детстве. Я хорошо помнил события, случившиеся через две недели после рождения. Это был наш приезд в Лос-Анжелес и обустройство там. СТОП. А откуда мы приехали??? Вот и первая зацепка. Никогда, в семье никто не говорил о том, где они жили до моего рождения. Зато я часто слышал что Лос-Анжелес - одно из наихудших мест для проживания вампиров, и что Аляска подошла бы гораздо лучше. При этом родители, особенно мать, начинали злиться. Я продолжил рыться в памяти и тут мне вспомнился странный случай, как раз из самого раннего возраста. Точнее одно из первых моих воспоминаний. Мать держит меня на руках и, улыбаясь, говорит: - Николас. Да Николас, мой маленький Николас, – произнесла она и прижала меня к себе. Я всегда помнил этот момент, но только сейчас он показался мне странным, она как будто выбирала мне имя… Почему тогда, когда я уже осознавал себя? Это была вторая зацепка, которую я смог выудить из своей памяти, а вместе с ней нашлась и третья. Дядюшка Джаспер. Он никогда не называл меня ни Николас, ни даже сокращенным Нико, как я разрешал называть себя только близким друзьям, соединив первые буквы имени и фамилии. Мне никогда не нравилось мое имя. И вообще он всегда ко мне странно относился, не так как остальные. И именно он упоминал озеро «Кресент», причем было это как раз перед поездкой на Аляску и когда никого рядом не было. Тогда я с отцом поругался, и уехал, больше не сказав им ни слова. Вот тут мне и вспомнился скандал из-за моего возвращения с Аляски. Мать взбесилась именно тогда, когда услышала, что я поеду в Сан-Франциско с Аляски на машине. Ехал же я туда из Канадского Эдмонтона, куда на машине приехал из Чикаго по делам моей компании. До этого я на Аляску всегда летал. Мне пришлось остановить машину и выйти на дорогу. Открывшаяся моему внутреннему взору картина меня потрясла. По неизвестной мне пока причине меня держали как можно дальше от этих мест. Сразу же вспомнилось, как в мой первый приезд на Аляску мать просто глаз с меня не спускала. Она явно нервничала первое время. Тайны, сплошные тайны. Проклятие, так может меня и зовут совсем не Николас. И ведь спросить не у кого. Джаспер не слишком-то разговорчив. Слегка приведя мысли в порядок, я снова продолжил путь, но теперь, чем дольше я уезжал, тем хуже чувствовал себя. Было что-то в этом парне . От одной мысли о нем внутри все переворачивалось. Хотелось просто прикоснуться к нему, провести пальцами по татуировке, повторяя узор, прижаться к горячей груди, слушая, как ровно и сильно бьётся его сердце. Едва я вспоминал его взгляд, в мое сердце как будто нож вонзался. Желание обнять и защитить накатывало с такой силой, что вскоре я не выдержал. Я давно придумал себе способ избавиться от переполнявших меня мыслей и эмоций. Обычно это были негативные эмоции после скандалов с родителями. Изложить все на бумаге, четко и по возможности формально. Отлично помогало успокоить себя. В процессе написания у меня возникла совершенно безумная идея. Если он так потряс меня, но я боюсь поговорить с ним, я могу ему написать. Обычное бумажное письмо. Имя знаю, где он работает тоже. В этот момент мне голову закралась странная мысль :а с какого перепугу я решил написать какому-то пусть и очень привлекательному парню-индейцу из такой глуши. Я! Объехавший полмира, видевший красивейшие места планеты, общавшийся со знаменитыми людьми. Я, перед которым открыты двери домов многих известных и влиятельных людей страны. Я, чьё появление в лучших клубах города ангелов вызывало бешеный ажиотаж. Стоило мне только пожелать, и десятки красавцев на любой вкус лежали бы у моих ног. Хотя раньше я никогда не обращал внимания на них. Да и на девушек тоже, пусть они и вешались на меня. Секс с ними вызывал у меня лишь раздражение, которое я тщательно скрывал, делая вид что просто в восторге, опять таки из-за матери. Я как будто ждал кого-то всё это время. Вот тут я себя остановил. Я влюбился в парня? Не может быть, хотя я и признал, что эмоции во мне он вызвал сильнейшие. Так что написать письмо мне показалось хорошей идеей. Сбросить туда эти эмоции и чувства и плевать, что он будет думать, если вдруг решит прочесть письмо неизвестно от кого. *** «Здравствуй невероятный парень. Я никогда не думал, что кто-то сможет произвести на меня такое впечатление. Но ты! Когда я увидел тебя… Мое сердце сбилось с ритма. Я объездил полмира, но нигде не видел никого, кто мог бы сравниться с тобой. В тебе столько силы и уверенности. И сейчас, будучи уже далеко и уезжая все дальше от тебя, я решил написать тебе. Когда я увидел твой взгляд, брошенный на лес… В нём было столько тоски и обреченности. Я не знаю тебя, но поверь, ты достоин всего самого лучшего, не меньше и даже больше остальных. Не сдавайся!» Облегчив, как мне казалось, таким образом свою душу, я бросил письмо в почтовый ящик около придорожного мотеля и продолжил путь. *** - Джейк, тебе письмо. - Чего? – взлохмаченная голова высунулась из-под машины. - Я говорю, тебе письмо, без обратного адреса. - Что? Какое еще письмо? – короткий треск разрываемой бумаги свидетельствовал о том, что конверт вскрыт. – Что за бред??? – удивление в голосе было неподдельным. *** Доехав до Абердина, я остановился на отдых. Хотя я и полукровка, иногда отдых требуется и мне. Последний раз я спал еще в Канаде. Я могу подолгу обходиться без сна, но я уже убедился, что именно сон помогает найти лучшие решения для сложных задач. Да и сильные эмоции пожирают силы, а их у меня хватало. Я снял лучший номер в местной гостинице, оказавшейся совсем не такой плохой, как я поначалу подозревал, и до самого вечера боролся с искушением включить «домашний» мобильник и позвонить Джасперу. Даже работа не помогала. Я не мог сосредоточиться, и через пару часов бросил попытки. В памяти раз за разом всплывал образ этого парня. Пытаясь работать, я отгонял эти мысли, но теперь, улегшись на широкой кровати, я решил сделать наоборот. И принялся вспоминать его. Его образ, внешность, даже то, как он двигался: ловко и спокойно, уверенно. Ни одного лишнего движения. И как перекатывались мышцы рук при этом. Такой сильный… и такой беззащитный. Этот его взгляд не шел у меня из головы. Каждый раз мне было больно, когда я вспоминал это. Хотелось бросить всё! Обнять, прижать к себе, только бы он не страдал. И не важно, что его плечи вдвое шире, чем мои. Эти чувства были настолько новы для меня, что в итоге я проворочался полночи и заснул только под утро. Но и сон не дал мне облегчения. «Крики, и злобное шипение матери, покачивание машины и чувство недовольства. И стук дождя». Проснувшись, я долго лежал, пытаясь понять ,что это было: сон или явь, подсознание или память. В итоге я решил, что все же память, но что за событие это было и куда мы ехали, я понять не смог. И чем были недовольны родители… Черт, ну почему я так мало общался с остальными членами семьи? Из-за постоянных разногласий, а в последнее время и скандалов с родителями я старался общаться с ними как можно меньше. И переносил эту антипатию на всех членов семьи. Хотя те же Элис и Джаспер никогда мне ничего не говорили. Да и Карлайл с Эсмэ тоже всегда очень ровно ко мне относились и не навязывались. Ну а Эммет, добродушный здоровяк меня обычно просто не замечал, у нас не было общих интересов и мы не пересекались, что меня вполне устраивало. Но несмотря на всё ссоры, мать все равно держала меня при себе. Мне запретили покидать семейное гнездо, после того как я попытался уйти из дома и укрыться на другом континенте, но уже через неделю предки и Розали стояли передо мной. Грёбанные ищейки. То, что они тогда мне устроили, вспоминать противно. Так что по приезде мне еще предстоит услышать о себе массу «нового». Впрочем, все как всегда. Неожиданно в голову закралась мысль – а как там он? Я аж вздрогнул. Это уже была просто мания какая-то. Этот Джейкоб просто завладел всеми моими мыслями. Особенно когда я зашёл в душ. Но даже ледяные струи воды не помогали, когда в голове проносились образы его тела, и фантазии о нём в душе. О том как мягко движутся его руки намыливая грудь и плечи, как струи воды смешиваясь с пеной медленно скользят по его телу, как сверкают капельки воды на смуглой коже… Не выдержав, я сомкнул ладонь на своем каменном стояке, другой рукой водя по груди… Да уж, такого сильного и продолжительного оргазма я не ожидал. В головке члена как будто звезда взорвалась. Отчаянно держась за ровную стену, я содрогался, выстреливая семя, и вода стекала по мне, медленно унося все следы и холодя разгоряченное тело. Отдышавшись и уже нормально помывшись, я вышел и сразу сел за стол. Меня настолько тянуло к этому парню, что единственным способом успокоить эмоции было снова написать ему. Я чувствовал, что это поможет, хотя и не понимал, почему. Возможно, это был как бы заменитель общения. « Здравствуй Джейкоб. Похоже, теперь у тебя появился поклонник. Я не только не забыл тебя, напротив, ты все больше занимаешь мои мысли. Ты невероятный. Как так могло получиться, что из всех парней в этой стране, именно ты, скромный индеец, из глухой провинции, так запал в мое сердце? Я искренне надеюсь на то, что даже если сейчас ты одинок, ты найдешь для себя достойную пару, кто бы это ни был. Того, кто сможет утешить тебя и поддержать. Как жаль, что это буду не я. Хотя я же парень, о чем я вообще говорю. Прости, если обидел, я совсем не хотел этого. Просто… спасибо тебе, ты открыл для меня любовь, настоящую любовь. Я никогда не забуду тебя…» Запечатав конверт и повторив адрес, я не стал отдавать его в почту, а оплатил курьера. Я хотел быть уверен в том, что письмо будет доставлено немедленно. После этого я рванул дальше – меня ждал Сан-Франциско. *** - Простите, мне нужен Джейкоб, – произнес человек в форме работника курьерской службы. - Я Джейкоб. - У меня для вас письмо. - Еще одно? От кого? – в голосе говорившего чувствовалась ярость. - Прошу, не злитесь, я всего лишь курьер. Мое дело доставить, а не задавать вопросы. - Ладно, давай сюда, и можешь катиться дальше, – сквозь звук отъезжающей машины раздался треск разрываемо бумаги. - Суки!!! Это или Пол или Сэм. Решили поиздеваться… - голос говорившего был полон ледяной ярости. – Шеф, похоже, меня завтра не будет. Нужно кое-что выяснить и видимо кое-кого убить.