And The Frog Croaketh

"Это просто трата времени", - думает Дженсен, позволяя Джареду затащить себя на художественную ярмарку, проводящуюся в нескольких кварталов от того места, где они эту неделю проводили съемки. Было красивое воскресное утро, и Дженсен мирно отдыхал в своем трейлере, когда Джаред ворвался в дверь и, задыхаясь, сказал: - Эй, недалеко от нас проводится художественная ярмарка. Думаю, что смогу купить там что-нибудь для Джен. Пойдешь со мной? Дженсен, более удивленный, чем раздраженный внезапным вторжением в его тихое убежище, несколько мгновений смотрел на Джареда, а затем пожал плечами и поднялся из удобного кресла. За неимением ничего лучшего для того, чтобы занять это утро, он ответил да. Через несколько минут он пожалеет о своем согласии на эту экскурсию. В трейлере было прохладно и спокойно. Здесь же нещадно палило солнце и уже ото входа Дженсен увидел, что ярмарка переполнена. Им потребовалось потрудиться, чтобы войти внутрь, пройдя массу людей, пытающихся их раздавить. Отходя от жары, Дженсен чувствует, как по спине стекает вниз капля пота, вызывая невольную дрожь. Он все еще привыкает к смене температуры, когда ощущает прикосновение к плечу и поворачивается к Джареду. - А ты не хочешь тоже купить здесь что-нибудь для Даниэль или Миши? Похоже, здесь много интересного. - Давай сначала посмотрим, есть ли здесь что-то, подходящие для Даниэль. Разумеется, Дженсен замечает, что Джаред упоминает Мишу, как будто это вполне естественно - произносить его имя вместе с именем его жены. Тем не менее, ему не нужно знать, что Дженсен действительно хотел бы купить что-нибудь для Миши. И как много вещей здесь напоминают ему о нем. Совсем не нужно. Джаред просто кивает, прежде чем отправиться к ближайшему лотку, оставляя Дженсена плестись за ним. Дженсен идет к столу, противоположному тому, к которому подошел Джаред. На широкой столешнице, покрытой чем-то, напоминающем крокодилью кожу, лежат множество кожаных изделий. Его взгляд останавливается на одном конкретном аксессуаре. Он протягивает руку и касается кожаного браслета, лежащего на небольшом возвышении среди других изделий. Очарованный сложными линиями и рельефной структурой, он берет его и переворачивает на ладони. С другой стороны находится бусинка идеального синего оттенка, напоминающего ему о... Дженсен возвращает браслет обратно и качает головой. Нет, не думать об этом. Человек у прилавка прочищает горло и Дженсен поднимает на него взгляд. - Вам понравился браслет? - спрашивает продавец. Несмотря на жару, он одет в толстовку и кожаные леггинсы, отчего Дженсен почувствовал себя неуютно. - Это не то, что мне нужно, но он мне нравится, - отвечает Дженсен, снова смотря на браслет. Синий камень смотрит на него, и Дженсена охватывает сильное желание вновь перевернуть его вниз. - Этот камень - единственный в своем роде. Мой отец говорил, что он уникален. Вам следует взять его. - Не думаю, что моей жене понравится, - односложно отвечает Дженсен. Но то, что продавец может видеть в глубине его глаз, это уже совсем другая история: голубые глаза смеются над ним, и их владелец называет его слишком сентиментальным из-за того, что он купил что-то, напоминающие о нем. Разумеется, этот человек не будет так насмехаться в реальности, но никогда не знаешь наверняка. Дженсен вновь смотрит на продавца и видит, как тот хмурится и сцепляет пальцы под подбородком. Он кидает на Дженсена испытывающий взгляд. - Вы смотрели на него с нежностью, прежде чем положить обратно, - вдруг заявляет он, - я подумал, что он для кого-то особенного. Немногие так смотрят на мои товары. Дженсен от неожиданности моргает. Его так легко прочесть? Вздыхая про себя, он улыбается продавцу. - Может, в следующий раз, - бормочет он, отходя и не смотря на браслет. Идя дальше, он находит Джареда, играющего с деревянной лягушкой через несколько лотков от того, где он видел его в последний раз. Он подходит к нему и слегка ударяет по плечу. - Нашел что-нибудь? - спрашивает устало Дженсен. Он чувствует, что что-то грызет его изнутри, и не совсем уверен в причине. Ему нужно отвлечься. Его глаза останавливаются на маленькой лягушке на столе, и он берет ее в руку. Дженсен вынимает палочку, пронизывающую фигурку и ударяет ею по деревянной спинке лягушки, вызывая тихое кваканье. Звук резонирует по маленькому помещению. - Миша. - Что? - Дженсен так резко поднимает голову, что чувствует, как протестует шея, и чуть не роняет лягушку, - где? Джаред смеется в ответ. - Я имел в виду эту лягушку. Тебе стоит купить ее для Миши. Думаю, ему бы понравилось. Дженсен кладет статуэтку обратно на стол с несколько большей силой, чем следует, отчего получает озабоченный взгляд Джареда. - Дженсен, ты в порядке? - Да. Да, просто жарко. Думаю... думаю, мне нужно выйти. Дженсен натянуто улыбается, поворачивается и случайно натыкается на проходящего мимо человека. Тот роняет пакет, который держал, и Дженсен поспешно приседает, чтобы помочь ему собрать рассыпавшееся содержимое. - Простите, я не заметил... - Что я здесь? - заканчивает тот за него. Дженсен смотрит на обладателя знакомого голоса и встречается с синими глазами, смотрящими на него. Это вновь напоминает ему, как прекрасно подошел бы к ним браслет. Дыхание застревает в горле. Он должен купить этот браслет, в конце концов. - Миша... Миша, что ты здесь делаешь? - спрашивает Дженсен, стараясь игнорировать бешеный стук сердца. Он пытается выглядеть невозмутимо, но губы против воли растягиваются в улыбке. Миша встает и протягивает ему руку. Дженсен берет ее, надеясь, что его ладонь не очень липкая от пота. - Воскресная ярмарка, - отвечает Миша. Его глаза все еще удерживают взгляд Дженсена, - у меня друг работает здесь. Так что я решил посмотреть, что он может предложить. Кожаные изделия, насколько я знаю. - Хорошо, - слышит Дженсен собственный голос, и прежде чем может себя остановить, спрашивает, - ты пришел один? - А что, Джен, хотел бы придти со мной, если бы знал? - спрашивает игриво Миша, понизив голос. Он не наклоняется ближе к Дженсену, а тот вовсе не сглатывает, смотря на его губы. Или ему хочется на это надеяться. Он быстро напоминает себе о том, где они находятся, когда слышит умышленное покашливание позади себя. Джаред вернул лягушку на ее законное место и сейчас, чуть прищурившись, смотрит на Мишу и Дженсена, похожий на Сэма в те минуты, когда тот сталкивается с чем-то, в чем не уверен, но что очень хочет разгадать. - Ты все еще собираешься уходить, Дженсен? - и это вопрос не застает Дженсена врасплох, совсем нет, - потому что я хочу еще посмотреть. А Миша, похоже, уже все купил. Ребят, вы можете вернуться вместе. - Да, я... я немного устал, - неубедительно оправдывается Дженсен. Джаред кивает ему, затем Мише, и уходит, намереваясь осмотреть изделия на другом конце ярмарки, оставляя друзей одних. Дженсен тем временем делает шаг в сторону, но останавливается, когда Миша придерживает его за предплечье. Дженсен осознает, что пожирает глазами лицо Миши уже второй раз за утро. Он чувствует, как румянец заливает шею и лицо, и проклинает его. - Миша? - Дженсен не затаил дыхание, а если все же затаил, то будет это отрицать. - Тебе нравятся лягушки? *** В конце дня Дженсен слышит стук в дверь своего трейлера. Он быстро прячет кожаный браслет (да, он все же вернулся за ним) в один из ящиков стола, а затем пересекает комнату, чтобы впустить посетителя. Когда он открывает дверь, за ней оказывается Миша Коллинз. - Привет, - Дженсен прячет руки в карманы и отходит в сторону, давая ему пройти. - И тебе. Я принес кое-что, - Миша падает на диван, как на свой собственный, и кладет коричневый бумажный пакет на журнальный столик. Он наклоняется и достает его содержимое: сначала маленькую белую упаковку с сырной кесадильей и тако, а затем сверток, обернутый коричневой бумагой. - Это на ланч, а это тебе, - говорит Миша, толкая еду и сверток Дженсену, севшему на стул напротив него. - С ярмарки? - спрашивает Дженсен, - ты не должен был, Миш, - и мысленно пинает себя за использование сокращенного имени. В ответ Миша лишь бросает на него короткий взгляд. - Ничего особенного. Я лишь подумал, что это будет напоминать обо мне, когда я буду далеко. Дженсен видит, что Миша приподнимает брови, но не слышит в его голосе сарказма. Он предпочитает не задумываться об этом, пока распаковывает подарок. Когда он убирает последний слой бумаги, то находит лягушку, с которой играл, когда Джаред произнес имя Миши. - Тебе нравится? - спрашивает Миша. Дженсену хочется думать, что ему не показались застенчивые нотки в голосе Миши, когда он задавал вопрос. - Я на самом деле хотел взять ее для... гхм. У меня нет ничего для тебя, хотя... подожди секунду. Дженсен кладет деревянный сувенир в ящик, куда ранее спрятал купленный браслет. Касаясь пальцами кожаного аксессуара, он задумывается, уместно ли дарить такую интимную вещь коллеге по съемкам... или мужчине, в которого влюблен. Ну что ж, черт возьми. В любом случае, он сам виноват. Он закрывает ящик и идет обратно к Мише. Он садится рядом с ним и раскрывает ладонь, показывая браслет. Мягкий свет ламп отбрасывает на бусине блики. Миша проводит пальцами по кожаному изделию, задевая ногтем ладонь Дженсена. И это вовсе не вызывает у него дрожь. Миша берет пальцами браслет. Он медленно кладет его себе на запястье и закрепляет так, чтобы он плотно обхватывал руку. Дженсен молча смотрит, как Миша раскатывает рукава, чтобы прикрыть новое украшение. - Так тебе нравится... Дженсен не заканчивает фразу, так как пальцы Мишиной правой руки - той, на которую он надел браслет - прикасаются к его губам. Он невольно прикрывает глаза, чувствуя, как сильно бьется сердце. Когда Дженсен открывает их, то видит синие глаза всего в нескольких сантиметрах от его и чувствует давление, большее, чем просто от прикосновения пальцев к губам. Пальцы остаются, как барьер, поставленные Мишей на случай, если его действия нежелательны, но к ним присоединяется прикосновение губ. Дженсен может чувствовать дыхание Миши, а тот продолжает молча смотреть на него сквозь полуопущенные ресницы. Прежде чем Дженсен отстраняет неприлично красивые, но так мешающие сейчас пальцы, Миша отодвигается с дразнящей улыбкой, освещающей его лицо. - Ммм, да, мне понравилось. На самом деле больше, чем понравилось, - отвечает Миша, опираясь на подлокотник дивана, увеличивая расстояние между ними, оставляя его открытым и уязвимым, чуть наклонив голову набок, отчего напоминает своего персонажа Кастиэля. Мягкая улыбка играет на его губах, когда он продолжает всматриваться в Дженсена, как будто он - самое важное, что есть в мире в этот момент. И этот пристальный взгляд губит Дженсена.Он разбивает что-то в нем на миллион крошечных частей и освобождает что-то еще. В любом случае, Дженсен делает то, на что не решался в течении шести лет, с тех пор как начал работать с Мишей. Он клялся себе, что никогда этого не сделает, с тех пор, как понял, что его тянет к Мише, и загнал эту мысль в самые темные уголки своего сознания, потому что это было неправильно. И Миша ничего не замечал. Он пытался подавить и игнорировать свои чувства, не обращая на них внимания. И Господь знает, Дженсен действительно старался. Он не чувствовал ничего, кроме тоски и боли, скрывая свои чувства к Мише. Они не ушли, стали неотъемлемой его частью на многие годы, пока не стали настолько сильными, что он уже не мог больше сдерживаться. Поэтому Дженсен отпускает себя, преодолевает барьер, наплевав на последствия. Осознание накрывает его так резко, что ему кажется, что его огрели наковальней. Да, он признает, что любит Мишу, и, Иисусе, Миша любит его. - Мне тоже. Тоже больше, чем просто понравилось. Дженсен тянется, чтобы сплести свои пальцы с Мишиными. Он протягивает руку, чтобы притянуть его тело к своему и касается своими губами его. Это неправильно, но так приятно. Он не знает, сможет ли когда-нибудь простить себе этот эгоистичный шаг, но отбрасывает эту мысль. Он сосредотачивается на ощущении сильного тела, прижатого к нему, на Мише, красивом, уникальном Мише, который в настоящее время находится под ним, стонет и поддается навстречу, хочет его. Он чувствует, как Миша поднимает свободную руку и зарывается ею в его волосы, в то время, как другая крепко его обнимает. Миша притягивает его еще ближе, как будто не хочет ничего, кроме как чувствовать тело Дженсена, приникнуть к нему так сильно, как это только возможно и даже невозможно, соединить их тела в одно. Дженсен понимает, что они оба слетают с катушек - в них говорит страсть, многие годы сдерживания и боли. Боли и страха, что их чувства будут безответны. Дженсен не знает, сколько проходит времени: минуты, часы, года, но когда он вонзается зубами в шею Миши, чувствуя, как тот расслабляется в его руках, он закрывает глаза и впервые за долгое время может дышать спокойно. Потому что это не было ошибкой, и он чувствует себя дома.