Это как в зоопарк сходить

— Не дергайся, а? — не выдержала Такира, когда Хидан в очередной раз утробно рыкнул от удовольствия. То, что она делала, восприниматься могло абсолютно по-разному — как акт милосердия или же с точностью до наоборот. Дело было в том, что пристрастие седовласого к боли волновало красноволосую девушку с большими и выразительными... глазами... в последнюю очередь. Если есть рана, она должна быть продезинфицирована. А нравится это кому или нет — дело, собственно, его. — М-м-м... — в очередной раз не сдержался акацука, когда острый ноготок невзначай скользнул по самому краю рваной раны на спине. Красивая рана на красивой спине. — А все прелестные девушки помогают своим врагам, или ты исключение, черт возьми?! — молчать нукенин точно не собирался. — Ну, во-первых, ты мне не враг, а, во-вторых, подкат не засчитан. Белые слои бинта наконец-то были наложены, и Хидан рискнул повернуться лицом к своей «спасительнице», которую он совершенно не просил его спасать. — С чего же ты тогда, мать твою, напала? Тем более, из засады! Это просто подло! Такира встала, разминая широкие плечи и покачала головой, чтобы привести всю затекшую мускулатуру в норму. На вопрос она, естественно, не ответила. — Блядь, ты меня игнорировать будешь?! Не забывай, кто я! Я могу прикончить тебя лишь за то, что ты видела меня! — его сейчас больше всего бесило то, что эта девушка собирается вот так просто уйти. Живой, невредимой и, что самое главное, чувствующей свое превосходство. Оно буквально в воздухе висело, как духота перед грозовым ливнем. Такая плотная, что хоть пальцами щупай. Это так оставить было нельзя. Хидан сделал еще одну попытку привлечь ее внимание: — Тебе говорили, что ты, блядь, чертовски сексуальная? Девушка посмотрела на него, как смотрят на ребенка, который только что наступил в лужу и теперь довольно полощет в ней руки. Даже, пожалуй, еще более возмущенно. — Да бывало, правда, такие шутники плохо кончали по обыкновению. — Ого, — присвистнул жрец, — да ты, выходит, и правда горячая штучка! — Просто ложь не выношу, только и всего. А ты, видимо, впервые с таким столкнулся. Ну, что ж, — она закинула катану за спину и отряхнула штаны, — не скажу, что было приятно познакомиться, но... это было увлекательно. Как в зоопарк сходить. — Э-э-э! — Хидан подорвался, полный справедливой ярости — его сравнили со зверушкой! — а ну извиняйся! Такира медленно двинулась в темноту леса, на ходу периодически поправляя задирающуюся жилетку, а Хидан сжимал кулаки до обожаемой боли и позволял себе смотреть ей вслед ровно столько, сколько мог терпеть. Потом рванул как пружина, вовремя отпущенная из-под пальца, настиг за десять секунд и... глупо перегородил дорогу. Девушка смотрела на него удивленно... Что могло заставить проигравшего ей бой нукенина побежать за ней? Может, потребует реванша? Что ж, она в состоянии ему его дать. Вот только его рана... Такира прикусила губу. Она несколько минут назад лечила его, движимая состраданием, и теперь разве она способна нанести ему еще ряд ран? «Скорее, нет, чем да» ответила девушка сама себе и вопросительно уставилась в малиновые глаза. Акацука молчал. Просто молчал и пялился на нее. — Ну, что? Словарный запас матерных слов иссяк? — А-а-а... Что? — жрец клацнул зубами и подошел вплотную. — Говоришь, не переносишь обман? Он сейчас был уверен в своих действиях как никогда. Такира пожала плечами, мол, я ведь говорила уже, и двинулась дальше, с каждым шагом все больше сомневаясь в том, что нужно продолжать идти. — А что, если я скажу тебе то, что заставит тебя остаться? — это было целое предложение без единого нецензурного словечка и даже не вызывающим тоном. Если бы Хидану показали себя, он бы страшно разочаровался. Такира промолчала, как делала почти всегда, но остановилась, чтобы в следующий миг услышать на ухо горячее «Я так хочу трахнуть тебя». Через десять минут к разодранной ране на спине прибавилось еще с десяток небольших, но характерных царапин, при каждом движении доставляющих владельцу дискомфорт. Все, как он любит. Вот только сейчас он об этом не думал, и двигаться не хотелось. Они оба и не двигались — силы копятся после такого не слишком быстро. Даже у шиноби. Даже у таких крутых как Хидан. Он чувствовал, что не пошевелится, даже если через секунду объявят войну. Вообще пофиг... — Такира... — девушка сбоку поёжилась и постаралась поплотнее завернуться в плащ — остывающее тело на ветру это не самое приятное, что может быть в такую минуту, — почему ты сказала, что я не враг? Ведь напала... Я не понимаю, черт возьми. Говорить совершенно не хотелось, но губы Такира все же разлепила: — А разве враг? — Блядь! Тогда нахуй набросилась-то? — Хидан внутренне ухмыльнулся — он возвращается в привычное состояние. — Ты не враг мне, ты враг деревни и вообще всего мира шиноби. Что непонятного? — Да все непонятно! Напала, потому что враг, а сейчас я не враг?! Такира устало вздохнула. Она точно намучается с ним. И на всякий случай заснула, впервые не зная, где проснется, но уверенная, что рядом с ним.