Ты... Удочеришь меня?

Звонкой и довольно неприятной трелью телефон, лежащий на прикроватной тумбе, сообщил о полностью заряженном аккумуляторе. Прекрасно. Глаза открывать не хотелось, ведь у меня ещё была перспектива провалиться обратно в сон. Вообще, диван, на котором я благополучно спала уже больше двух недель, утром обладал чудесным свойством становиться гораздо мягче и в разы уютнее. А тёплое одеяло грело, что в такую погоду было, конечно же, замечательно. А проснуться всё же пришлось, потому, как телефон не угомонился, всё пищал, пока я не сняла его с зарядки. Поправив рукой чёлку, которая щекотала щёку и лезла в глаза, я открыла веки и спустила ноги на ещё холодный линолеум. Спутанная чёлка снова упала на лоб. «Обкорнать бы, — заправив прядь за ухо, я глянула на часы. — Восемь». На кухне царил завсегдатай хаос, который разобрать за всё время проживания я так и не удосужилась. Вымыв одну из чашек, я налила заварку и вскипятила чайник. Только вот, открыв холодильник, я обнаружила, что продуктов, кроме яиц и небольшого куска масла, не осталось. Если честно, осень совершенно не шла Магнолии. Некогда яркие тона поменялись на неприятные и однообразные бурые, вперемешку с серыми, оттенки. Толпа неспешно направлялась к центру города. Осень кардинально изменила город. Даже люди, разодетые некогда в совершенно разную одежду, стали самыми обычными и заурядными обывателями. Все натянули куртки примерно одинаковых цветов. Даже машины, проезжающие по шоссе, особой цветовой гаммой не выделялись: чёрные, белые, да серые. Народ неспешно стекался к парку. Выходной ведь. Лавочка, на которой некогда я любовалась небом, была свободна. Напротив, в ряд, расположены были невысокие многоквартирные дома. Зданий, выше пяти этажей, в Магнолии не встретишь. Зато они были довольно аккуратные, на балкончиках, выходивших на сторону парка, были высажены цветы, а фасады украшены незатейливыми узорами. А за ними открывался прекрасный вид на небо. Угрюмое, затянутое свинцовыми тучами. Сквозь небольшие бреши всё же пробивались тусклые лучи утреннего солнца. Там же, вдали, сверкали разряды зарницы. Раскатов грома, конечно, было не слышно ещё, однако вскоре она доберётся и до этого города. Трава за скамейкой была всё ещё мокрой, то ли ещё от дождя не высохла, то ли из-за свежей утренней росы. В наушниках заиграла новая мелодия. Пакеты с покупками я всё ещё сжимала одной рукой. Я откинулась на спинку скамейки и запрокинула голову, закрыв веки. — Доброе утро, — услышала я, когда начался проигрыш. Глаза я тут же открыла и встретилась взглядом с Фернандесом. Музыку пришлось выключить. Не любила я эти внезапные встречи. — Доброе, — кивнула я. Он обошёл скамейку и теперь оказался прямо передо мной. — Присяду? — я снова кивнула в знак согласия. — Что-то случилось? — обеспокоенно поинтересовалась я, на меня тут же перевели укоризненный взгляд. — Нет, почему? — удивлённо спросил Жерар. — В такую рань прогуливаетесь… — протянула я. — Может, на «ты»? — я снова согласилась и он продолжил. — Это моветон, ты сейчас тоже не дома. — Я в магазин вышла, в холодильнике практически ничего съестного не нашла. А потом как-то само вышло, люблю проводить время в парке, слушая музыку. Вообще, у меня с этим местом хорошие воспоминания есть. — Какие же? — как-то нагло поинтересовался Фернандес. И я рассказала. О маме с папой, о командировках, даже о том, как началась моя жизнь в приюте. Только вот, промолчала о дружбе с Нацу. Не знаю, почему, но именно сейчас хотелось поделиться всем. — Я и теперь частенько хожу в приют. Игрушки свои детские дарю, одежду. А сейчас ещё и с Люси познакомилась, — он всё внимательно слушал, не отрывая от меня взгляда. Сейчас, когда я начала говорить о Хартфелии, он почему-то нахмурился. — Слышал, вы родственники, — процедил Жерар, и вопросительно глянул на меня. — Да, дальние. Я сама недавно узнала. Теперь хочу её удочерить, только вот, в нашем городе это сделать довольно проблематично. — Тебе всего лишь нужна справка о родстве. Flashback В дверь кто-то постучался. — Войдите, — тут же откликнулась я, откладывая в сторону книжку. Я любила читать, только достать книги здесь, в приюте, было очень трудно. Иногда люди из разных фондов дарили нам разные вещи, в том числе и книги. Аккуратно прикрыв дверь, внутрь вошёл Драгнил. — Привет, — кивнул он и сел рядом. — Читаешь? — Да, — повисло молчание. Нацу выглядел каким-то понурым, уставшим, что ли? Он внимательно изучал пол, в то время как я снова тянулась к книжке. — Меня из приюта забрать хотят, — выдохнул он. Я и не понимала, почему он так расстроен. Новая семья, новая жизнь, далеко за пределами уже порядком осточертевшего приюта. — Тогда чего ты такой невесёлый? — я положила руку ему на плечо, а Нацу поник ещё сильнее. — А как же ты? У тебя, кроме меня, нет друзей, — он смотрел на меня исподлобья. — А как же Мира, Эльфман и Лис? — вдохновлёно говорила я. — А ты новых заведёшь. — Старый друг лучше новых двух, — Драгнил зло зыркнул на меня, а потом добавил. — А ты, я смотрю, рада избавиться от меня! — теперь друг скрестил руки на груди и отвернулся от меня. Но уходить не спешил, видимо, ожидая извинений. — Ты что? Я буду скучать по тебе очень-очень! Я рада, что у тебя, наконец, семья появится. И тебя любить будут, — я мило улыбнулась, чтобы ободрить Нацу. И снова провал. Он обхватил руками голову и снова принялся изучать пол. — Когда Игнил уходил, оставлял меня с ней, — я сперва не поняла, о ком идёт речь. — Мамина сестра, двоюродная, кажется. Она меня ненавидела. Запирала в комнате и… — он явно не хотел вспоминать прошлое. — А отца не было больше обычного. Она сдала меня сюда. А сейчас, кажется, она предъявила какую-то справку о родстве. Я не хочу… А ведь я и представить себе не могла такой участи. Всегда казалось, что дети, которых забрали в новую семью, счастливы. А на следующий день под окнами приюта уже стояла машина. Полицейская. Я наблюдала из окна на лестничном пролёте. Следователь о чём-то разговаривал с Нацу, присев, для удобства. Тётка погибла в автокатастрофе. End Flashback Точно, ведь я уже слышала об этой справке. — Какая всё-таки отвратительная погода. Да и выглядят все так похоже, — послышался голос рядом. Фернандес откинулся на спинку скамейки и тоже смотрел небо. Тучи стали ещё темнее, заполонив теперь весь небесный простор над Магнолией. Ни единого солнечного луча не проникало, да и раскаты грозы были уже отчётливо слышно. — Мне она тоже не нравится. Хотя я и устала от летнего зноя, — я встала со скамьи. — Что ж, сейчас, наверное, дождь пойдёт, а я ещё я и дом не закрыла, — он тоже встал. — Может, проводить? Сумки-то, тяжелые, небось, — предложил Жерар. — Не стоит, мне не далеко идти. До встречи, — я махнула рукой на прощание. — До встречи, Эльза, — он улыбнулся. Я снова слилась с серой толпой. Наверное, нет места, где можно почувствовать себя более одиноким, чем в толпе. Люди здесь как бы и неотъемлемая часть процессии, но, в то же время, все порознь. Никому нет дела до остальных, все думают лишь о своей серой и скучной жизни. Когда я вышла за пределы центра, стало совсем пусто. За спиной лишь раздавались грозные раскаты грома, предвещая долгий дождь. Вот уже виден мой дом. «Свет? — в гостиной почему-то неярко горела одинокая лампа. — Неужели, выключить забыла?» Я ускорила шаг.