Реанимация

      «На Вадима они просто так завели дело, если, конечно, он не врёт… Но смысл ему врать? Ведь я могу уволить его в любой момент, и мне это труда особого не составит. Ладно, завтра утром к Ире поеду, а после в «Мневники» поеду, Журова навещу. Давно я с ним не пересекался, в последний раз мы сильно поругались, будет трудно наладить контакт.       А если хотели меня скинуть с должности? Так можно же легче, хотя в наше время лёгких путей не ищут, тем более я - генерал и начальник управления, подставить меня не так просто. За мной не числится ни один косяк, а за начальниками ОВД таких косяков уйма» - размышлял Карпов, смотря в одну точку, чуть левее телевизора. - Дядя Стас, - позвал его Александр, выведя из транса, - Я пойду, провожу Риту, хорошо? - Окей, - ответил Карпов, скорее машинально, чем на вопрос, - Иди.       Александр, держа Маргариту за руку, вышел из подъезда своего дома. Они перепрели пальцы и увлечённо разговаривали про семью Саши, а после переключились на семью Риты. Выяснилось, что у девушки отец – хирург, а мама работает его ассистентом.       Зимин проводил девушку до подъезда её дома, поцеловал приоткрытые губы и обнял её за талию. Маргарита охотно ответила на поцелуй и, проведя рукой по щеке парня, произнесла: - Пока, Саш, до завтра. - Пока, Ритусь.       Саша, радостный, буквально за десять минут добрался до дома и вошёл в квартиру. Карпова он обнаружил всё так же сидящим на диване. Передача, которая шла по телевизору, уже сменилась другой. А Станислав смотрел в одну точку, погрузившись в свои размышления. - Дядя Стас, я вернулся. Ты был у мамы? - спросил Александр, сев рядом с мужчиной. - Был, ещё в обед, - ответил Стас, вернувшись в реальность, - Завтра опять поеду. Ты со мной? - Да, я хочу Юльку увидеть. - Сань, давай Юлей её называть, договорились, она - не Юлька, - поправил Карпов, - Я тоже хочу её увидеть, - Стас посмотрел на часы и проговорил, - Саш, давай спать. Завтра рано вставать, мне ещё к обеду на работу нужно будет.       Дом Карповых-Зиминых погрузился в сон уже через десять минут. Ночь была спокойной и долгой, такой, что мужчины выспались. Утром, после сытного завтрака, который они приготовили совместно, на «Инфинити» Карпова они поехали в больницу к своим дамам, заехав в цветочный магазин.       В палату вошли вместе, Зимин держал в руках букет красных роз. Ирина повернула голову и улыбнулась, увидев своего сына и мужа. Саша подбежал к маме и обнял её, поцеловав в щёку. - Спасибо, родной, - принимая цветы, сказала Ира, - Вон Юлечка наша, - она указала на кровать, где Карпов уже целовал щёчку девочки. - Юля, привет, сестрёнка, - Александр занялся девочкой, трогая её маленькие пальчики и что-то говоря ей.       Карпов, наконец-то, смог подойти к жене и обнять её, зарывшись носом в рыжие кудри жены, поглаживая спину, которую Ирина сразу же изогнула от ласк мужчины. - Ириш, как себя чувствуешь? - спросил он, целуя мягкие губы женщины, не обращая внимания на детей, что были в палате. - Спала хорошо, но всё равно не то, тебя рядом не хватает, - прошептала Зимина, - Юлиану ночью приносят - единственная радость. Здесь, в больнице. Уже домой хочу скорее. Хотя тебе вряд ли понравится то, что Юлиана плачет громко. А дома так всегда будет… - Ирк, - сказал Карпов, взяв жену за подбородок и смотря в её глаза цвета янтаря, - Всё будет хорошо. Она же дочка, ей можно, - улыбнулся он, - Я вон тоже ночью плакал, когда маленьким был и ты такая же. Не волнуйся, переживём.       Ирина промычала что-то в ответ и спросила: - Как у тебя на работе? Тебе же вчера звонили, что случилось? - Пока не знаю, там дела завели на начальников ОВД: Климова и Журова. Теперь вот буду разбираться, мне предупреждение сделали, могу должности лишиться, - спокойно сказал Карпов, наблюдая за тем, как Саша развлекал сестру, - Сань, ты там Юлиану сильно не утомляй, она же маленькая ещё. - Стас, как так? - расстроенно проговорила Зимина, - Как ты можешь быть таким спокойным? Это же… - Ир, я справлюсь и всё разрешу, ты только сама никуда не лезь, договорились? - предупредил Стас, - Ни о чём не думай, тебя должна волновать лишь наша дочь, - сказал он и поцеловал Иру за ушком.