Реанимация

      Из ОВД «Мневники» Карпов возвращался, глубоко погружённый в раздумья. Он не заметил, как буквально надрывался от звонков его сотовый телефон, лежащий на пассажирском сидении по правую руку Стаса. А когда он всё же обратил своё внимание на телефон, звонки вдруг прекратились. Взглянув на экран, Станислав понял, что что-то успело произойти, так как звонки были от Зиминой, что хорошо встряхнуло его и заставило заволноваться. Он набрал её номер: - Стас, - взволнованно проговорила женщина, - Приезжай. - Что случилось? Ириш, что произошло? - Забери нас с дочкой. Я не могу здесь находиться, - ответила Ирина, - Нам разрешили ехать домой. - Фух, - выдохнул Станислав, - Я приеду, минут сорок и я буду, мне ещё заехать в отдел нужно. - Мы ждём тебя.       Через обещанные сорок минут Карпов стоял возле дверей в палату жены. Он всё ещё не понимал, к чему такая срочность. Открыл дверь и увидел Зимину, державшую на руках их дочь. - Ирк, - с порога начал Станислав, - Зачем ты так пугаешь-то? - Не сердись, вон сумка, - она указала взглядом на сумку и мило улыбнулась мужу, - И говори тише, Юлечка только уснула. - Я понял, - уже тише проговорил Карпов, - Поехали. Правда, дома не так уж и чисто… - Я позвонила Сашке, - проговорила Ирина, когда они спускались по лестнице, - И если он не уберёт всё, ему мало не покажется. - Ирина Сергеевна возвращается, - усмехнулся мужчина, - Хотя бы дома будь собой, Ириш.       Зимина промолчала вплоть до дома, а Карпов и не предпринимал попыток поговорить, понимая, что так нужно. Нужно помолчать осмыслить всё, не всегда же обниматься и целоваться, нужно и поругаться, помолчать, подуться. Александр выполнил обещание, данное маме, и полностью убрал квартиру. Ирина нисколько не удивилась, ведь её слово было для него законом, и мать он всё же боялся. Он радостно перехватил с рук мамы маленький свёрток и убежал в спальню родителей, где стояла кроватка.       У взрослых образовалось время поговорить, но Ирина молча ушла в ванную и не выходила оттуда около часа. Карпов сидел на кровати в комнате и всматривался в личико маленького чуда, так похожего на маму. «Ох, если и характер её будет…» - подумал он, - «Трудно нам придётся…».       Вода дала полное расслабление, Зимина после душа укуталась в махровый халат и прошла в спальню. Саша к тому времени убежал гулять с друзьями, предупредив Стаса о том, что придёт поздно и что волноваться за него нет смысла. Юлиана ещё спала, мило бормоча что-то. Она невольно улыбнулась, когда увидела Стаса, наблюдавшего за дочкой, лицо его было расслабленным, а глаза сосредоточенными. - Стас, - Ира пришла к выводу, что не права и решила поговорить, - Я настоящая с вами. Знаешь же, что работа накладывает свой отпечаток. Ты вон тоже скучаешь по оперативной работе, ко мне в отдел несколько раз приезжал, думал, что я не знаю. Наивный такой, не только ты всё и обо всех знаешь, - усмехнулась она, - Ты же вёл несколько допросов, понимаю, чтобы я не переживала лишний раз, но и для себя тоже. Это для тебя вроде расслабления, выбрасывания всего негатива. А я люблю командовать, и да, я получаю от этого кайф, когда меня боятся ослушаться, сказать что-то вопреки, выполняют приказы и поручения.       Станислав слушал женщину и отмечал, что она права в каждом сказанном слове. Потом встал с кровати и молча обнял её, зарывшись носом во влажные волосы, пахнувшие миндалём. Ирина расслабилась и обняла поясницу мужа, поцеловав его шею. Они просто стояли, обнявшись, позабыв обо всём, пока тишину не нарушил громкий детский плач, оповещавший родителей, что наступило время ужина.       Ирина сразу подбежала к дочери и взяла её на ручки, зашептав: - Юленька, миленькая, хватит кричать, сейчас будем кушать. Солнышко моё, сейчас, - развязывая халат, проговорила она и посмотрела на Стаса, попытавшись понять его эмоции.       Стас улыбнулся и подмигнул Ире, показав, что в плаче нет ничего страшного, он привыкнет к этому и всё будет хорошо, хотя раньше всё было спокойно. Станислав привык жить в тишине, один. Потом появилась Ира, за несколько месяцев он привык к ней настолько, что теперь не представлял жизни одному. А теперь ещё и дочь, которая не даст родителям спать по ночам…       «Справимся...» - решил Карпов, взглянув на своих дам.