Свое чужое Счастье

Люсьена сидела в своей комнате и уже где-то полчаса бессмысленно тыкала иголкой в вышиваемый ею платочек. Над ее родным городом, пределов которого принцесса никогда не покидала, светило яркое солнце, а в душе девушки ходили стройными рядами хмурые тучи. И причиной тому, как обычно, был ее царственный отец. На этот раз король объявил, что принцессе пора замуж. Для Люси (предпочитавшей, кстати, именно короткий вариант своего имени) это звучало как приговор. Она не питала надежд, что к ней явится Принц на белом коне или отважный рыцарь, без памяти в нее влюбленный с самого детства, но не осмеливавшийся подойти, - отец бы все равно этого не позволил. Король Джудо Хартфилий не был плохим человеком и дочь свою он любил, но предпочитал все держать под контролем и следовать Правилам. Другой вопрос, что из-за огромного объема работы, на искренние чувства и развлечения, так необходимые любому человеку, даже королю, у него совершенно не оставалось времени. Особенно сейчас, когда в связи с несколькими годами засухи, в королевстве начались проблемы. Люси не винила отца, что он решил поправить экономическое положение страны, фактически «продав» ее, но… то, что она понимала сознанием, она не могла принять сердцем. Отвлек принцессу от невеселых мыслей о своей горькой предрешенной судьбе стук в дверь, которая, не заставив себя ждать, отворилась и девушка услышала звонкий голос вошедшей: -- Здравствуй, крестница. -- Здравствуй… Крестная? Поднявшись с места и разворачивая чтобы поздороваться, Люси ожидала увидеть женщину средних лет, но никак не миниатюрную голубоволосую девчушку, кажется даже младше ее. Отец, а точнее присланный им слуга, сказал, что к ней приехала Фея Крестная, но не могла же это быть она! -- Да, именно она. – Опровергла все ее сомнения вошедшая. - Не удивляйся так сильно, дорогая, крестила тебя действительно не я, - моя мать. Но сейчас, после ее смерти, обеспечить твое счастье – моя задача. Не волнуйся, все будет замечательно – все сделаем по Правилам. Мне не впервой, недовольных не было. Ну что, может ты предложишь мне сесть и мы начнем? -- К-конечно. – Медленно отходя от шока кивнула Люсьена, жестом предлагая Фее занять место за столом напротив нее. -- Дорогая, ты молода, красива, не пора ли подумать о замужестве? – Задала похоже «дежурный» вопрос волшебница. -- Да, Фея Крестная. – Покорно ответила принцесса, вцепившись взглядом в свое, так и не выпушенное из рук, вышивание. -- Замечательно. Тогда вот, посмотри какие замечательные Принцы только и мечтают составить твое Счастье. Крестная протянула ей папку, открыв которую принцесса обнаружила подробные анкеты предполагаемых женихов с прилагающимися портретами. Люси знала, что когда-то это должно было произойти. Это было неизбежно. Ей в этой жизни мог быть уготован только династический брак. Но она даже и не предполагала, что это «когда-то» может наступить так скоро. Все чувства принцессы разом взбрыкнули против подобного развития событий, даже несмотря на то, что она отчаянно пыталась держать их в узде. Собственно как обычно: молодой девушке семнадцати лет постоянно приходилось держать бушующие чувства в себе, - она уже не ребенок, а жизнь принцессы – вещь публичная, допустить же какого-либо «неподобающего поведения» нельзя. Даже если очень хочется, ведь Правила девушка просто терпеть не могла. По банальнейшей причине того, что Принцессе, согласно этим Правилам, казалось, просто нельзя ничем интересоваться! Люсьена принялась нарочито медленно, всячески изображая внимательность, просматривать папку крестной. Она знала, что ответ «мне никто из них не нравится» отца не устроит. От цепкого взгляда девушки не укрылось и что экономические показатели у всех «ухажеров» были как на подбор, а значит король уже видел эту папочку и отсеял всех «лишних». По всему выходило, что Люси придется выбрать кого-то из этой папки. Проблема была лишь в том, что никто и кандидатов в мужья принцессе даже отдаленно не нравился. Не представляла она как сможет прожить всю жизнь с кем-то из них. В итоге девушка решила действовать наперекор всем, даже самой себе: выбрать самого серьезного, на ее взгляд, из всех и надеяться, что встречаться они будут не больше необходимого, - а светские рауты – это не так страшно, править страной можно и по отдельности. Да, девушка надеялась на деловые отношения с мужем. Жаль, конечно было, что «самый серьезный» оказался еще и почти что самым некрасивым… Хотя что-то аристократическое в нем и было. Особенно на фоне других. Но, по-хорошему, девушка вообще не хотела связывать себя узами брака так рано. Она надеялась, нет, скорее верила, что получиться отсрочить это действо или договориться с женихом… не совсем правда понятно о чем. -- Эм, Фея Крестная? Мне вот этот понравился. – Развернула девушка папку назад к крестной. -- Хм… - Удивленно протянула та, вчитываясь в анкету. Однако ни слова против не сказала. - Замечательно, теперь нужно проверить вашу совместимость. Дай мне пожалуйста руку. Люси испугалась. Люси просто пришла в ужас. Она слышала об этом заклинании. Говорили, оно никогда не ошибается. И что сейчас будет? Если они с этим… человеком будут не совместимы, то Фея Крестная просто подберет ей другого! Из лучших, причем, побуждений! А если совместимы, то это еще хуже. Принцесса вдруг четко осознала, что она не хочет выходить замуж по велению отца, она не хочет выходить замуж по расчету, да будь они хоть трижды совместимы, она не хочет выходить за того, кого даже не знает! От мыслей Люси отвлекло «светопреставление» развернувшееся перед ней. Девушку всегда завораживала магия, она сама мечтала обладать ей, но… силы у нее не было, и это не говоря уже о том, что принцессам просто не положено колдовать. Девушка старалась почти не держаться за руку Феи Крестной, в том числе и от страха, что та заметит ее дрожь, а когда волшебница полностью сосредоточилась на своем заклинании, то и вовсе убрала руку, порывисто решив, что план провалился и «уж лучше кто-нибудь другой». Но когда Фея Крестная прекратила колдовать и, повернувшись к Люси, объявила результат, страх нахлынул с новой силой. Принцессу парализовало, она уставилась в одну точку, не могла понять как это произошло и просто не знала что делать дальше. В голове даже промелькнула шальная мысль: «А может попросить помощи у крестной?» -- Не волнуйся так, - По своему истолковала ее поведение волшебница. - ну да, не сто процентов, но, скажу тебе по секрету, за всю мою практику, а это, поверь мне не мало, выше восьмидесяти было всего два раза, и ваши семьдесят восемь – это очень даже хорошо. Люси кивнула. Нет, она не будет просить у волшебницы помощи. Та верит в Правила и не поможет простой девушке, имевшей несчастье родиться в королевской семье. -- Чтож, перейдем к следующему пункту: какое Испытание должен будет пройти Принц, чтобы укрепить вашу Связь? Ты же знаешь основные виды? -- Да. – Вновь кивнула Люсьена. Основные виды Испытаний входили в «курс молодых Принцесс», если обучение наследниц престола можно так назвать. Их было всего пять: пребывание в падчерицах у злой мачехи или колдуньи, похищение великаном или драконом и заколдовывание во что-нибудь (в том числе и в вечно спящую красавицу). Последний вариант Люси не нравился: как бы она не любила магию, превращаться, к примеру, в лягушку, ей не хотелось. Сбежать-то все равно не получиться – по заклинанию и найдут. Великаны ей не нравились: в книгах писали, что они глупы. А первые две «возможности» были слишком просты для ее «спасителя»: облегчать ему жизнь Люси не собиралась чисто из вредности. Остается дракон. Точно, дракон! Их уже много лет никто не видел! А может они и вообще вымерли. А если не вымерли, то есть шанс, что крестная не найдет дракона. Или за то время, что она будет искать, у Люси получится что-нибудь придумать. Ну или на худой конец, что Принц этого дракона победить не сможет! А там она уж точно что-нибудь придумает… Принцесса утвердилась в своем решении и выпалила. – Пусть он спасет меня от дракона! Увидев удивление, и возможно даже что-то близкое к страху в глазах крестной, Люси несказанно обрадовалась. -- А может что-нибудь попроще? А то, вдруг, твой замечательный Принц не справится? Драконы, они же такие … драконы. -- Нет, я принцесса благородного древнего рода и имею право быть похищенной драконом, - «Нет, Люси, держи марку глупой принцессы. Немного капризов и твой оппонент сломается.» - правда? Если мы действительно созданы друг для друга, то он обязательно сможет преодолеть все опасности и спасти меня от дракона! -- Да, конечно, ты права. «Победа!» Проводив Фею Крестную через мучительный час светской болтовни ни о чем, вокруг будущего «романа», Люси облегченно вздохнула. А на следующий день все снова вернулось в норму. Разве что пригляд за принцессой усилился, и теперь рядом с ней почти неотлучно находилось не меньше двух стражников. Девушка правда не совсем понимала зачем, дракон же не убивать ее будет, а только похищать, причем вполне санкционировано… А эти двое, постоянно маячившие на периферии зрения страшно раздражали, но самое главное: из-за них она полностью потеряла даже ту малую свободу передвижения, что у нее была. Люсьена ходила по замку тенью самой себя. Даже тенью того образа самой себя, что она создала для общества, для публики. Но мысли девушки были далеко от родного дома. «И когда это успело стать потребностью?» Люси нестерпимо хотелось сбежать из замка в город, туда, на площадь, к Нему. Да, у принцессы была тайна. У принцессы был Он. Любила ли она его? Нет. Она его почти не знала. Точнее, она его совсем не знала. Видела-то всего несколько раз в своей жизни. И уж тем более, совсем ничего не знала о нем. Но в тоже время, девушке казалось, что она знает его гораздо дольше, чем живет на этом свете. Что он понимает ее как никто другой, что они каким-то непостижимым образом, но связаны. Возможно все это фантазии начитавшейся романов молодой и глупой девушки… Но так ей было легче мирится с суровой реальностью. Пусть это и не любовь. Да, пусть, но рядом с ним она была счастлива. Действительно счастлива. Было достаточно просто увидеть его широкую улыбку, взять его руку, и больше не требовалось ничего. Даже музыки. Они как будто попадали в отдельный, свой мир, начинали понимать друг друга с полужеста и танцевали, танцевали, танцевали… Люси помнила, как первый раз вышла на площадь перед фонтаном в своем нелепом наряде и начала танцевать. Просто не выдержала давящей атмосферы дворца и сбежала в город. Тот танец был грустным. Полным тоски и одиночества, переполнявших тогда ее сердце – это было в годовщину смерти ее матери. Это был траур. Но в тоже время, в движениях, даже в сомом факте танца, сквозила надежда на новую жизнь, на продолжение жизни… Тогда она танцевала одна. А потом появился Он. Просто подошел и стал танцевать вместе с ней. Просто улыбнулся и протянул ей руку. И она ее приняла. И мир в тот момент стал ярче. Люсьена помнила, как горько смеялась над самой собой, собирая по кусочкам свой «сценический» костюм, что он непозволительно ярок и неоправданно радостен для ее грусти, выражаемой в танцах, а теперь платье наконец отражало калейдоскоп чувств, вертевшийся в душе девушки. Теперь она каждый раз с нетерпением ждала возможности сбежать в город. Забрать из ямки, закрытой камнем, под кустом шиповника в саду свое платье и парик, аккуратно завернутые в плащ, переодеться и проскользнуть через старую калитку для прислуги, ключ от большого навесного замка на которой она еще в детстве нашла в сейчас уже снесенном амбаре, где пряталась тогда от няни. Каждый раз этот замок оглушительно щелкал, когда Люсьена с трудом поворачивала ключ в замочной скважине, каждый раз еще оглушительнее скрипели, казалось уже лет сто не смазываемые петли самой калитки, и каждый раз громче этих режущих ухо прозаических звуков жизни, стучало сердце принцессы. Порой от стука собственного сердца, у девушки закладывало уши и шумело в голове, ей казалось, что этот орган находится у нее явно не там где у всех остальных людей, не там где ему положено, а путешествует по всему организму, стуча то в животе, то в горле… Каждый раз пульс Люсьены подскакивал до небывалых высот от взрывоопасной смеси страха, что вот сейчас ее заметят, поймают и больше никогда и никуда не пустят, и нетерпения поскорее оказаться на знакомой площади. И несмотря на то, что «график выступлений» у Люси был не регулярный, Он всегда был там. Он ждал ее. Улыбался и протягивал ей руку. Как у него это получалось? Ведь девушка могла приходить три дня подряд, а потом пропадать на месяц. Но он всегда был там. Когда бы она не пришла. Как-то Люси поймала себя на мысли, что если бы его не было, она бы уже не смогла танцевать одна. Тысячу раз девушка порывалась его спросить как ему это удается, но так и не смогла. Миллион раз хотела узнать хотя бы его имя, но так и не осмелилась. Бессчетное число раз пыталась поговорить, но голос ее подводил. В итоге, оправдывая свою слабость, она решила, что если бы она спросила, а он ответил, то пропало бы то ощущение связи, сказки, счастья, к которым так тянулась девушка, ведь как бы она не хотела, это не может длиться вечно. Она принцесса, и рано или поздно ей придется выйти замуж, стать королевой и матерью. Это ее долг. А Он просто не может быть принцем. Скорее просто живет в каком-то из домов с окнами на площадь и выходит, видя ее. Жизнь – не сказка, даже если ты принцесса. И в итоге лишь чуть грустная улыбка на прощание и: мальчики - налево, девочки - направо. И вот теперь Люси не имела даже возможности выйти в город. Хотелось стукнуть кого-нибудь от безысходности. Или по крайней мере громко выругаться. Но и этого было делать нельзя. Ведь по Правилам Принцессы не должны ругаться. Девушке оставалось только бессильно злиться. На всю несправедливость в этом мире и на отца в частности. Она его безусловно любила, по-своему, но любила, что нисколько не мешало ей на него обижаться за тотальную невнимательность к своей персоне. Люсьена прекрасно все понимала: про страну, про граждан, про долг, но она имела и чувства, которые упорно спорили с разумом и просили действий, свободы… И так продолжалось недели две: принцесса медленно чахла прямо на глазах. Но никто не замечал. А потом пришло своеобразное «спасение». В лице, а точнее морде дракона. Люси прогуливалась по утреннему саду, дыша свежим воздухом, хоть каким-то отголоском «свободы». Она и не заметила, как над ней сгустилась тень, даже голову поднять не успела, как ее за талию подхватила когтистая лапа, покрытая плотной ярко-красной чешуей, неестественно сияющей оранжевым цветом в лучах яркого клавирумского солнца, и дракон снова взмыл в небо, унося принцессу с собой. Девушка только и успела, что вскрикнуть от неожиданности, инстинктивно стала бить державшую ее лапу кулачками, хотя толку от этого никакого не было, и наконец сказала этому миру все, что о нем думает. Правда в сторону дракона она ругалась только изначально: больно он ей так и не сделал, держа свою «добычу» на удивление бережно и аккуратно. Из всех неприятных ощущений был только ветер, хлеставший блондинку по лицу, да тяжелая юбка платья, постоянно бившая по ногам. Но в целом полет протекал нормально. А когда девушка перестала кричать и пытаться вырваться, осознав, что если ящер ее сейчас отпустит, то встреча с землей будет не из приятных, так все стало совсем замечательно. А внизу, как лоскутный ковер, проплывал пейзаж… Луга, поля, потом леса… Это было необычно: земля с высоты драконьего полета смотрелась как красивая волшебная карта, - вроде все настоящее, живое, двигается, но настолько мелко и сюрреалистично, что кажется созданным фантазией искусного мага. И никто не замечал дракона! Принцесса все гадала: никто наверх что ли не смотрит – не заметить большого ярко-красного ящера? Или драконы обладают какой-то магией, позволяющей им оставаться незаметными? А может люди даже если и видят, то глазам своим не верят? Как бы то ни было за все время полета никаких криков ужаса «Дракон, спасите-помогите!», Люси так и не услышала. Зато более или менее расслабившись, на сколько это вообще возможно вися в нескольких сот метров над землей в лапах смертоносного древнего ящера, она попыталась аккуратно извернуться и рассмотреть своего похитителя. Ну, удалось это, конечно, с горем пополам: на держащую ее лапу и крыло вид открывался прекраснейший, - пятипалая конечность, держащая девушку, имела острые когти-ятаганы, которыми заканчивался каждый палец, отливающие таким же «огненным» цветом, как и чешуя дракона, хотя последняя безусловно была ярко алой, а на ощупь напоминала поверхность ногтей, только, разумеется, гораздо крепче и плотнее; кожистое крыло, в пару-тройку метров длинной, плавно поднималось и опускалось, отталкиваясь от воздушных масс; еще неплохо был виден животик дракона с чуть более светлой чешуей, а вот вся остальная «часть» ящера видна не была. Когда в поле зрения девушки оказалась тонкая полоска моря на горизонте и широкое полотно реки по левую руку, дракон начал снижаться. В итоге приземлились они в каких-то высоких холмах или невысоких горах… сложно сказать, но там определенно были пещеры и трава. Дракон, поджимая под себя лапу, державшую Люсьену, коротко завис над землей, и, слегка загребая лапами, затормозил. В Люси все же полетел мелкий щебень из-под лап ящера, но это была скорее пыль, чем камни – даже не поцарапало, хотя глаза она и зажмурила. Дальше, так как был, на трех лапах, дракон неуклюже побрел куда-то, сначала вниз, потом наверх по склону «холма» и в итоге зашел в пещеру, где наконец то и поставил девушку на землю, загородив собою выход. Люси смотрела на дракона, дракон смотрел на Люси. Глаза у рептилии оказались удивительного оливкового цвета… Нет, может где-то это конечно и зеленый, но все же больше было похоже именно на оливковый, - с таким серым оттенком. И, разумеется, узкий зрачок, сейчас расширенный, ведь дракон смотрел от света в тень. Морда у него оказалась довольно широкая и такая же красно-чешуйчатая, как и весь ящер, к морде разумеется прилагались мощные шипы на щеках и полный набор острых зубов, которые дракон сейчас показывал во всей их острой красе. -- Привет. Ты в порядке? – Заговорил ящер, от чего принцесса чуть на месте не подпрыгнула. А он, оказывается, еще и говорить умеет! Ей вдруг стало страшно. Нет, понятно, что это часть Испытания… для Принца, но теперь девушке казалось, что испытание это скорее для нее. Люси вообще не думала, что «встретится» с драконом так скоро, а теперь четко видела его зубастую морду прямо перед собой и понимала, что энное количество времени ей придется провести в его большой и хищной компании. -- Зачем я тебе нужна?! – Крикнула девушка, отходя к стенке. -- Для еды, для чего же еще? – Весело ответил дракон и опять показал полный набор устрашающих клыков. В его эквиваленте, это наверное должно было означать улыбку. Люси окончательно испугалась: побледнела и чуть не сползла в спасительный обморок. «Неужели те страшилки, что пишут о драконах – правда?! Так они за этим похищают принцесс?! А я, дура, еще и сама этого хотела! Правильно, что их истребляли! И куда Фея Крестная смотрит – нашла какого-то бракованного, невменяемого дракона, склонного к обжорству… Вот и закончилась моя короткая и ничем не примечательная жизнь, как-то даже грустно…» -- Что, так не любишь готовить? – Почти жалобно, судя по тону, осведомился дракон, заметив состояние своей пленницы. – Или не умеешь? -- Прости, что? – Открыла один глаз, зажмурившаяся от страха Люси, но увидев в нескольких сантиметрах от себя чешуйчатую морду ящера, тут же его закрыла. И, как она поняла впоследствии, правильно сделала – так было гораздо легче ловить интонации собеседника, не отвлекаясь на его… необычный внешний вид. -- Эй, ну ты чего? – Еще жалобнее и участливее проскулил дракон. -- Ты собираешься меня съесть? – Сжавшись в комочек у стены, в лоб почти утвердительно ответила принцесса. -- Нет, конечно. -- Но ты же сказал, что я нужна тебе для еды. -- Готовить! Готовить еду! А еще убираться. Ну и так, для души. Ты красивая. – Пояснил, снова полным жизнерадостности тоном дракоша. -- Точно есть не собираешься? – Все же уточнила еще раз блондинка, открывая глаза и отлипая от стенки пещеры, хотя на ее щеках и появился румянец от последней фразы дракона. -- Точно. - Заверил ее ящер. А потом наклонил к ней голову на длинной шее и почему-то тихо поинтересовался. – А ты готовить умеешь? Девушка хихикнула: каким-то наивным и совсем-совсем не злым оказался похитивший ее дракон, которого она так испугалась и уже даже распрощалась с жизнью. А жизнь-то оказывается, только начинается. -- Немного. А чего не умею – тому научусь. Главное чтобы были продукты и кулинарная книга. -- Ура! Ты же не сильно злишься, что я похитил тебя, поживешь у меня некоторое время? «Да хоть всю жизнь!» - Мелькнула в голове у Люсьены мысль, продиктованная злостью на отца, но она благоразумно ее не озвучила, просто кивнув. -- Меня Нацу зовут, а тебя? – Снова продемонстрировал полный набор острых зубов дракоша, от которого принцесса инстинктивно отшатнулась. -- Люси. – Коротко представилась она. -- Добро пожаловать, Люська!