BloodRayne: Operation "Rebirth"

Подземелье сковало страхом: солдаты проигрывали даемитам, защищавшим свою территорию. Монстры нападали на людей, проникали в их тела, разрывали на части; другие же становились жертвами свинцовых дождей – умирали быстро, взрываясь кровавыми пузырями. Война, разруха, беспорядок… Фашисты пытались спастись, хотели положить конец всем мучениям, но они были слабее тех тварей, которых не смогли приручить; черви – как охранники своего дома - не допускали никого к своему главному секрету. Они умрут, но не отдадут то, что многие века скрывалось от человеческих глаз. И офицеры это понимали и пытались сесть на два стула одновременно: и артефакт достать, и с монстрами покончить. Но пока что ни одно, ни другое не удавалось закончить со стопроцентной точностью. Солдаты, обосновавшиеся на складе, пытались установить взрывчатку у металлических перегородок, перекрывающих путь к врагам. Пока одни копошились с многочисленными разноцветными проводами, другие же защищали первых, отстреливаясь от выползающих на них даемитов. - Установить заряд! Заблокировать туннель! – орал фриц своему напарнику. - А я что делаю?! – перекрикивая выстрелы, отвечал второй, подсоединяя взрывчатый пакет к детонатору. Наконец, закончив, мужчины в формах, продолжая стрелять, побежали в укрытие; отсчёт пошёл секундами: десять… они спрятались за углом, целясь к приближающимся монстрам; семь… возле солдат расплескались кровавые дорожки, а останки даемитов запачкали их формы – такое легче сжечь, чем выстирать; четыре… Ещё немного… Одна секунда… Оглушительный взрыв пронёсся по всей системе подземелий; огненная волна снесла столбы, держащие шахты, и земля частично обвалилась, блокируя проход, раскалывая оставшихся две группы: одни выжили, другие – не смогут. На войне всегда приходилось кем-то жертвовать – без этого никуда. - Чисто! - Лейтенант Строшек со своими людьми остался там! – когда пыль осела, немец, из-за звона в ушах, кричал слишком громко, докладывая обстановку. - Забудь о них, солдат, - отчеканил офицер. Они надеялись, что выбрались; наплевали на всё и на собственных людей в том числе – главное, что они целы; выжившие все как один кинулись по коридору к грузовому лифту, планируя поскорее вернуться на домашнюю базу, но… их планам не суждено было сбыться. Когда платформа показалась на виду, солдаты остановились, чуть не врезавшись друг в друга, немея скульптурами: они и не думали, не предполагали, что всё могло обернуться так круто. Дампир злобно усмехнулась, хватаясь за рукояти клинков; пусть её и не пригласили на вечеринку, но ей захотелось самой прийти и разведать обстановку. Офицер в окружении своих подручных, натужено сглотнув, сделал несколько шагов назад, а затем, понимая, что происходящее – отнюдь не фантазия, завопил громко, да так, что перекрикивал эхо выстрелов тех людей, которых оставил на верную погибель: - О, нет, это она! Назад! Перегруппироваться! И, развернувшись, побежал уже в другую сторону; его подчинённые кинулись за ним следом. Рейн спрыгнула на землю, скрещивая руки на груди; нет, они всё равно покойники, так не глупо ли бежать от собственной судьбы? Дампир проводила их взглядом: - Да, это я. Бегите-бегите, пока можете, - и обернулась, рассматривая подземный комплекс, из которого вели три пути – самый нужно, как назло, был заблокирован стараниями офицера и его свиты. - Этот туннель заблокирован. Мне нужна взрывчатка и детонатор, чтобы пройти здесь. Где бы приличной девушке достать эти ингредиенты? Один проход вёл на склады с оружием, другой – в бараки, и с исследования какого места начать дампир не знала, но решила придержаться правила: какой ближе – туда и идти. Завернув направо, полукровка кинулась к подъёмным секционным воротам, открывшимся автоматически, стоило ей приблизиться: путь дальше шёл длинным коридором, где, помимо всяких ящиков и висящих предупреждающих табличек, внезапно стояли стенды с картой местности – отлично, теперь здесь нельзя будет затеряться. Фашисты будто специально делали всё, чтобы облегчить Рейн задачу: ей даже это немного льстило, но она быстро выкинула эти мысли из головы, продолжая бежать. Над головой висели трубы, и Рейн слышала, как по ним, грохоча, кто-то полз, догадывалась, кто именно это был, от того и ускорилась, забегая за угол. Даемиты – опасные мерзкие твари, которые не остановятся ни перед чем, чтобы уничтожить своих врагов. И ей не хотелось терять время на сражение с ними – ещё успеется, а пока в приоритете другие задачи; вскоре полукровка выбежала на ещё одно складское помещение, где, среди метровых деревянных коробок, затаилось пара маленьких, возле которых и находился нужный ей предмет. Рейн замедлилась, подходя, а затем, присев на корточки, забрала взрывчатку – такое оружие опасно хранить открыто, тем более в шахтах. - Ровно то, что доктор прописал от непроходимости тоннелей, - усмехнулась дампир, утаскивая динамит с собой и пряча его за ремни, перекрещенные на спине. - Но сперва мне нужен детонатор. Рейн подошла к одной из карт, висящих на стене, и попыталась свериться с её легендой и своим местоположением; здесь был путь через холл в оружейный склад, через который вполне можно свернуть и оказаться на противоположной стороне подземного комплекса – примерно как раз там прятался офицер с ещё одной нужной вещицей для полукровки. Дампир побежала вперёд: хранилище сменилось узким коридором, впереди которого виднелась массивная железная дверь – полукровка была близко. Но неожиданно услышала, как позади решётки вентиляций начали рушиться, и на пол стали падать изголодавшиеся по человеческой плоти даемиты; монстры, заприметив жертву, кинулись на неё, ползли быстро, громко смеясь: - Сделай нам больно! - Режь нас! - Убей нас! Рейн игнорировала их просьбы, продолжая бежать; впереди показалась труба с вентилем, который был перебинтован лишь тряпкой, и надулся, и дампир, проскакивая мимо, зацепила клинком металл, снося конструкцию; волна вонючего газа тут же заполонила весь коридор. И потом, развернувшись, полукровка прицелилась из пистолета Leug P08 и выстрелила: пули пропали в сизом облаке, превращая его в огненную волну – даемиты угодили в ловушку. Взрыв пожирал монстров заживо: сдирал с них кожу, обнажая кости, заставлял вопить громко, страдать; всё прекратилось настолько быстро, как и началось – ярко-жёлтая пелена отступила, и на полу остались скрюченные креветками обугленные тела червеобразных монстров. Дампиру было плевать на них – она добежала до двери и, остановившись около неё, пыталась поддёрнуть ручку, но та не поддавалась. Рядом с замком проходили провода, шедшие по всему потолку – Рейн проследила за ними: как оказалось, открывающий ключ в виде рычага находился по другую сторону; план по-быстрому обежать шахты оказался провальным. Дампир развернулась на каблуках и устремилась в обратную сторону через склады, надеясь, что офицер не успел далеко уйти.

***

Вернувшись обратно к грузовому лифту, дампир на этот раз побежала вперёд, к рабочим кабинетам, откуда доносились звуки борьбы; поднявшись выше, она вышла к одной из комнат, в которой были две двери: одна приоткрыта – вела на ещё один небольшой склад с рабочими инструментами для шахтёров, а вторая – запечатана. Полукровка, кинув гарпун, зацепившись за ручку, дёрнула за цепь, и дверь вылетела из петель, открывая проход в одну из котельных, в которых велась ожесточённая борьба между людьми в костюмах химической защиты и даемитами, свалившихся на них с потолка, как метеориты на землю. Равнозначная катастрофа. Рабочие отстреливались от тварей, пытались запихнуть их в дробильные машины, но все их попытки были тщетны; Рейн, вытащив пистолет Leug P08 и полуавтомат Greaser Artil, нажала на спуск, начиная палить как по людям, так и по даемитам; пули решетили тела учёных и монстров, выходили навылет со сгустками крови, и дампир наслаждалась истошными криками – всем одна судьба – смерть. Патронов хватало на то, чтобы умертвить многих собравшихся здесь противников, но стоило полукровке приблизиться к выходу, как на неё, сверху, проломив решётку, прыгнули черви, пытаясь задеть хвостом; она отпрыгнула в сторону, и даемиты, противно захихикав, поползли к ней. Рейн вновь попыталась выстрелить, палец уже щёлкнул спусковую скобу, но всё, что ей удалось, так это услышать глухой щелчок – патроны кончились. Выкинув опустевшее оружие в сторону, полукровка кинула к ним гарпун, цепляя монстров цепью, а затем резко дёрнула её в сторону: поймавшиеся на удочку несколько особо уродливых рыбёшек отправились прямиком в дробилку; они сопротивлялись, пытались кое-как выползти из неё, но Рейн, подбежав к машине, дёрнула за рычаг, и установка с особым аппетитом стала хрустеть даемитами. Но проблемы на этом не закончились: за своими братьями, через вентиляцию, пришли и остальные, свалившись в помещение. Рейн не могла терять и минуты – чем дольше она сражалась с ними, тем дальше мог ускользнуть от неё офицер. И, решив для себя, что в данной ситуации будет правильным, она прошмыгнула в открытый проход, закрывая двери: черви ползли, уже готовы были потянуть крохотные лапки к ней, но не успели – перед самым их носом (пусть тот в реальности и отсутствовал) дампир хлопнула дверью, а затем закрыла ещё и на засов – небольшая вероятность того, что это их ненадолго, но задержит. Выдыхая, полукровка бегло осмотрелась: она оказалась в спальных помещениях; рядом на стене висела карта: путь лежал через бараки, расходящееся в туалет, на кухню и медицинский блок – на последнем была воткнута красная кнопка; Рейн и не сомневалась, что офицер там. Дампир побежала прямо по коридору; ей не нужно было никуда сворачивать – она догадывалась, что в остальных помещениях прятались солдаты и даемиты – пусть разбираются друг с другом сами, а у неё есть свои цели. Полукровка, после пятиминутной пробежки, наткнулась на деревянную дверь, а с другой стороны слышались звуки ругани, стрельбы, противный смех и крики о помощи. Она добралась. - Мы все умрем! - Стоять на месте! - Они повсюду! - Мы обречены! - Они тут кишмя кишат! - Умри! Умри! Умри! Полукровка выдернула двери гарпуном: деревянные, они разлетелись в щепки, приоткрывая завесу тайн – мутанты один на один сражались с немецкими солдатами. Среди всей этой толпы виднелась и красная униформа, ярко выделяющаяся на фоне коричнево-грязно-зелёных тонов – офицер здесь. Рейн схватилась за клинки, налетая на врагов; их тут слишком много, но ей главное взять только один трофей – участь остальных уже давно предрешена. Многие фрицы уже пали; даемиты прогрызались в их головы, пытались натянуть на себя израненные тела мужчин, но Рейн не обращала на них никакого внимания; она резала и уничтожала ещё тех, чистых, не успевших выбрать себе носителя, прорезалась вглубь палат, пыталась добраться до человека из списка целей. Мужчина сражался с тварями на ножах, резал и ранил их, но даемиты всё равно оказались сильнее: они, застав его врасплох, вцепились зубами в руку, вырывая кусок с тканью – офицер заорал не своим голосом, пытался закрыть кровоточащую рану, но не успел – черви, воспользовавшись моментом, скопом накинулись на него, клацая челюстями и откусывая по кусочку. Рейн краем глаза замечала, как даемиты расправлялись с ним, пока она сражалась с остальными фашистами; стоило ей отвлечься на секунду, как пуля просвистела около её щёки, чуть царапая кожу. Полукровка обернулась, и её глаза вспыхнули красным пламенем, а мышцы будто налились свинцом. Это было лишним. Кровавый вихрь будто окутал помещение в одно мгновение; солдаты и даемиты застыли за секунду, а потом рассыпались кровавым паззлом – Рейн орудовала клинками так, будто танцевали: быстро, стремительно, мощно… Запах свежей крови кружил голову. Мужчины, совсем ещё юноши, монстры – все, как по щелчку пальцев, замертво падали на пол, а их отрубленные тела перемешались в огромной бордовой каше; когда стих последний крик, дампир остановилась, присаживаясь рядом с человеком, оставшимся без рук и ног, смотрящим на неё стеклянными глазами, изо рта которого торчала часть хвоста даемиты – самая правильная смерть для тех, кто следовал идеологии фюрера. Рейн выдернула нашивку и вытащила из кармана грязного пальто детонатор.

Д. Бикер. Офицер-интендант. Уничтожен.

- Детонатор у меня. Забрав трофей с собой, полукровка, встав, перешагнула через изуродованные тела мёртвых солдат и существ и побежала по северной части шахт по коридору – туда, где располагалась металлическая дверь, но запертая магнитным замком. Выйдя из медицинского отсека, она тут же завернула за угол, оказываясь в морге, откуда на неё выскочили их холодильных камер живые даемиты, но с ними Рейн покончила быстро – выстрелила в их головы незаменимым дуэтом полуавтоматов Greaser Artil. Словившие пули, черви истошно закричали и бросились наутёк, оставляя на земле кроваво-красный шлейф. Дампир молча убрала горящие пушки в ремни и, открыв дверь, вышла отсюда, а затем побежала вперёд по узкому коридору. В конце её ждал склад с оружием и там, в огороженными решётками помещении, искрился от перенапряжения рубильник. Рейн подскочила к нему, клинком отрубая переключатель; магнитный замок перестал функционировать, и дверь, ведущая к грузовому лифту, отворилась со скрипом. Забрав с собой парочку пушек, дампир покинула склады и направилась туда, где всё началось.

***

Наконец, добравшись до самого начала шахт, дампир проскользнула к завалу и, удостоверившись, что поблизости никого не было, подключила взрывное устройство к одному из столбов; осталось совсем немного. Когда лампочки на динамите загорелись зелёным, Рейн начала медленно отходить прочь, сжимая в руке детонатор. Мысленно она начала отсчёт. - Всё готово. Теперь лучше отойти. Отойдя на безопасное расстояние, дампир нажала на большую кнопку на пульте. Лампочка несколько раз замигала на самодельной бомбе, а затем взорвалась множеством осколков, погребая большую часть шахт под землёй; вызванный обвал пробил брешь – оттуда сразу же поползли даемиты. Рейн, выкинув ненужный детонатор, поднялась по горке земли, входя в дыру, разрубая на части тех, кто скрывался до этого времени за завалом. Мёртвые монстры, люди – здесь шла добыча не рун или древних артефактов, а собственной жизни. Стольких мёртвых не найти даже на кладбище. Ей не хотелось тут задерживаться. Прыгая по вагонеткам, расстреливая монстров, она добралась до выходной двери и, зацепив гарпуном переключатель, открыла проход, продолжая двигаться только вперёд. До подземного храма оставалось совсем немного.