То, чего мы боимся

      Когда Брука посещают кошмары, ему снится одиночество.       Ему снится, что он совсем один, потому что по его вине все мугивары мертвы, лишь он сам по какой-то непонятной причине ещё жив. Во сне господствует всепоглощающая тишина, такая, что сколько бы он ни пел, сколько бы ни играл — она не отступит.       Но, быть может, вовсе не тишина заставляет Брука тонуть в пучине отчаянья, а знание, что он позволил ещё одной своей семье умереть, а сам остался жив.       Когда Френки посещают кошмары, ему снится смерть Тома.       Нет, не смерть Тома как таковая, а гибель мугивар при столь знакомых обстоятельствах. Френки снится, что однажды Дозор снова найдёт его оружие и использует против его команды. Его собственное оружие, которое он сам спроектировал и собрал.       И от мысли о том, что он сам, пусть и косвенно, снова убил свою семью, становится ещё хуже.       Когда Робин посещают кошмары, ей снятся ужасы, которые она видела, будучи маленькой девочкой.       Ужасы, вызванные отчаянным желанием Дозора уберечь общество от её знаний, но на этот раз выпавшие на долю мугивар. Робин знает, что враги, казавшиеся ей когда-то такими могущественными, не страшны для её команды. Но её разыгравшееся воображение вырисовывает картины с иным сценарием, в котором Дозор посылает кого-то столь сильного, что даже Луффи не в силах справиться с ним.       И Робин никак не может избавиться от мысли, что Саул ни разу не упоминал, как легко и быстро могут рушиться семьи из-за невежества мира.       Когда Чоппера посещают кошмары, ему снится хорошо знакомое докторам чувство.       Беспомощность. Неспособность сделать хоть что-нибудь для пациентов, которые уже на волосок от смерти. Но в этот раз Чоппер лично знаком с пациентами. Они — те, кто протянул к нему руки, хоть он и считал себя монстром; те, кто так много сделали для него. А он сам не может сделать ничего для лежащих в его лазарете мугивар.       И Чоппер не может понять, почему все уроки доктора Хилюлюка оказались бесполезны.       Когда Санджи посещают кошмары, ему снится голод.       Голод, виной которому только он сам: слишком много еды было использовано за раз, и теперь за его ошибку приходится расплачиваться мугиварам. Мучительно видеть, как его прекрасные леди увядают, словно засыхающие цветки. И, хоть Санджи скорее умрёт, чем признает это, также больно смотреть и на неотёсанных мужланов, бродящих со впалыми щеками и иссохшими мускулами. Очень скоро все они падут, один за другим, и их корабль станет всего лишь очередным кораблём-призраком, блуждающим по непрощающему ошибок морю.       Смерть всей команды (включая неотёсанных мужланов) гораздо мучительней, чем потеря Зеффом ноги, ведь в этот раз нет возможности даже попросить прощения.       Когда Усоппа посещают кошмары, ему снится ложь.       Он всё время рассказывает небылицы, и нет ничего удивительного в том, что однажды ему перестанут верить, уже не в силах найти среди выдумок правду. И это приведёт команду к смерти, как когда-то чуть не погубило Кайю. Усоппу снится, как он предупреждает своих друзей об опасности, а те лишь смеются… и погибают.       Усопп вспоминает сказку, которую рассказывала ему мать, и сожалеет, что не прислушивался к ней.       Когда Нами посещают кошмары, ей снится, что она заблудилась.       Снится, что однажды используемая ею карта окажется неверной и приведёт команду в совершенно незнакомое место. Неизвестность — это то, что Нами ненавидит, и ненавидит неспроста: стоит им потеряться, и смертельная опасность, необязательно даже исходящая от врагов, будет неотступно следовать за ними. И во всём произошедшем будет виновата одна лишь Нами, ведь именно она — навигатор и должна была бы с первого взгляда распознать поддельную карту.       Невыносимо больно признавать, что её ошибка привела к смерти команды. Никто, и уж особенно её спасители, не заслуживают такой участи — сбиться со своего пути и уже никогда на него не вернуться.       Когда Зоро посещают кошмары, ему снятся обещания.       Ему снится, как однажды он нарушит обещания, что когда-то дал, проиграет и погибнет до того, как станет величайшим мечником в мире. И, умирая, он увидит окруживших его тело мугивар, разбитых горем, с полными скорби глазами.       Но сам Зоро будет жалеть не о том, что не смог получить заветный титул, а о том, что он подвёл Луффи и остальную команду.       Когда Луффи посещают кошмары, ему снится смерть.       Кошмары всегда начинаются со смерти Эйса, но иногда, когда смертельный удар уже нанесён, Луффи видит на месте брата кого-то из своей команды. Иногда это Зоро, иногда Чоппер, но кто бы это ни был, он всегда, всегда умоляет спасти его. Луффи бы предпочёл, чтобы его проклинали, так как это причиняло бы гораздо меньше боли и было бы тем, что он заслужил.       Один за другим они умирают, и Луффи задаётся вопросом, как же он сможет стать королём пиратов, если не в силах даже защитить своих друзей.       Но преследующие пиратов кошмары — не более чем сны, и мугивары приспосабливаются к ним, как они обычно это делают.       Команда не говорит ни слова, когда Брук выглядит более измученным по утрам и поёт больше и громче, чем обычно. Они просто присоединяются к нему и следят, чтобы он не оставался в одиночестве ни днём, ни ночью.       Никто не удивляется, когда утром застаёт Френки в его мастерской, разрывающего схемы оружий и проектирующего бытовые приборы, которые никак не могут быть использованы в битве. Но когда он этим занимается, мугивары всегда рядом с ним, слушают объяснения, что же конструируется на этот раз: новый «крутой» механизм для кухни или что-то простое, вроде машины для перелистывания страниц книг.       Когда Робин сидит за столом без книги и безучастно смотрит на мугивар, те знают, что пора затащить её в игру. Желательно в игру забавную или смущающую, чтобы Робин обязательно улыбнулась.       Чоппер настойчивее зовёт мугивар на обследование, которое длится не меньше часа. Но все безропотно терпят всю суету и соглашаются почти на всё, что им прописывает доктор.       Санджи по нескольку раз проверяет запасы продовольствия, часто тратя весь день на составления списка покупок. И все мугивары каждый раз помогают ему, громко считая и сверяя с Санджи каждую мелочь.       Состояние Усоппа становится понятным, когда он отказывается заводить свою историю о «Великом Капитане Усоппе». И если это происходит, то команда в течение всего дня прислушивается к каждому сказанному им слову.       Мугивары знают, что когда Нами лихорадочно возится с картами, её лучше просто оставить в покое, но обязательно нужно присмотреть за ней и позаботиться, чтобы она не забывала есть и не перетруждалась.       Зоро обходится без сна и весь день тренируется, прерываясь только на еду и небольшой отдых, когда на нём настаивает Чоппер. Он — единственный, кто может напоминать Зоро о передышках, остальные не нарушают тишины во время тренировки.       А когда кошмары снятся Луффи, он перестаёт играть, а просто присоединяется к каждому из членов команды, чем бы они ни занимались. Только в это время команде приходится самостоятельно начинать игры, в которые вовлекаются все, оказавшиеся в поле зрения Луффи.       Мугивары не поддаются кошмарам. Действия гораздо сильнее, чем слова, и все они это понимают.