I'm a slave for you

      Жизнь Министра Магии тяжела.       Вечные разъезды, нескончаемые приглашения и церемонии очень сильно выматывают, отрывают от семьи, от родного дома. Тяжело это… Быть далеко от родных и любимых в трудные минуты.       Женщина торопливо распечатывала письмо, что принесла ей старая, потрепанная жизнью сова. Как обычно, слишком занятая Чарли не посмотрела на печать, не попыталась узнать автора письма с одного единственного взгляда. Она неосторожно вскрыла хрупкий конверт, не желая тратить ни секунды зря. Карие глаза забегали по строкам, с детской жадностью хватая буквы… «Здравствуй, Чарли, рада написать! Видела вчерашнюю статью в газете, даже Драко похвалил тебя. Ты просто молодец! Школа уже давно выглядит даже лучше, чем при Темном Лорде, и все эти новые башенки... Надеюсь, что Луиза не слишком докучает тебе и Симусу? Я очень рада, что ты согласилась стать ей опекуном, ведь, знаешь… Мы оба очень вам благодарны. Луиза писала нам из Хогвартса, вам, наверное, тоже. Конечно, прошла всего неделя, и сова просто не успела доставить письмо. Она в Гриффиндоре вместе с Майклом и Александром. Ваши сыновья помогают ей найти каждый кабинет… Ох, боюсь, что придется нам вскоре стать родственниками. Мы с удовольствием примем твое приглашение и приедем в гости к утру субботы, как вы и планировали. Очень рада буду повидать тебя и Симуса, столько всего нужно рассказать, что вечера явно не хватит. О маскировке мы позаботимся, не волнуйся. Твоя Гермиона.»       Чарли осторожно сложила письмо, стараясь не улыбаться, и убрала его в верхний ящик стола. Гермиона и Драко счастливы, они скрываются от всего мира, создав собственный, более лояльный и ласковый к ним... Семейство Малфоев пополнилось двумя отпрысками… Конечно, им необходимо прикрытие, чтобы ходить в знаменитую магическую школу. Чарли со своим мужем любезно согласились «удочерить» старшую дочь Гермионы – Луизу. Младшей еще два года до первых уроков…       Майкл Финниган – старший сын Симуса и Чарли, заметил, что девчушка Малфоев прекрасна в своем упрямстве… Он знал о ее происхождении, знал, и не желал раскрывать страшной тайны. Отец частенько рассказывал отпрыску о том, как все происходило в те страшные годы. Впрочем, Симус утаил некоторые зловещие подробности. О том, например, кто лишил его глаза…       Оглядываясь назад, все четверо понимали, что поступили правильно, позволив Малфою уйти в новую жизнь, верша свою судьбу правильно. Гермиона и Драко поженились не так давно, встретив закат у моря. Они обменялись кольцами под шум мерно бегущих волн и аплодисменты собственных детей…       Джеки покинула Англию год назад, сказала Чарли, что должна найти себя, понять, что с ней происходит и до каких пор воспоминания клеймом будут гореть на ее коже… С того дня она не писала. Не давала знать о себе… Симус пытался расспросить коллег из других стран, но, как и следовало ожидать, не получал внятного ответа. Сколько на свете девушек, чью жизнь сломала та война? «Я не могу иметь детей, Гермиона, не могу. Не могу закрывать глаза: в темноте я вижу картинки… А в них его лицо, Гермиона, его улыбка… В зеркале я вижу свои глаза, и в зелени их мне чудится Теодор с его порочными речами о власти. Знаешь, мой взгляд стал таким похожим… Он холоден, точно сталь кинжала, словно ледышка, Гермиона… Клянусь, я пыталась забыть, но что-то мешает… Мне не найти спасения в Великобритании, не найти покоя, пока всюду я вижу его призрак…» – последнее, что было написано пуффендуйкой…       Дверь кабинета громко распахнулась. Высокий мужчина с завидной бородой темно-каштанового цвета, что была на несколько оттенков темнее волос на его голове, шагнул внутрь. Чарли лениво подняла глаза от пустого стола и не смогла сдержать рвущейся наружу улыбки. Она любила супруга, любила, когда он приходил к ней на работу, забирая на обед… – Пойдем? – спросил он, протягивая жене руку. – Да, – ответила Чарли.       Она быстро просеменила по полу, крепко сжав ладонь Симуса в своей. Мужчина наклонился, поцеловав жену в макушку. Тогда вся эта идея с побегом не казалась ему хорошей, но сейчас… Когда впереди все так хорошо, так радужно… Чарли закрыла кабинет на ключ, прощальным взглядом смерив бронзовую табличку. «Чарли. Д. Финниган» – выгравировано на ней. Буквы слились в столь приятное слуху имя…       «Мы все сделали правильно…» – подумала она, проходя мимо портрета Теодора, что считался спасителем, убитым при попытке остановить последнего выжившего Пожирателя Смерти. Он все же стал великим… Как и хотел. Он стал героем в глазах людей, что не знали его, не знали правды об истинном освободителе.