Под каблуком у матери

Когда Лин впервые пришла домой вся в синяках и с подбитым глазом, её мать не сказала ни слова. А так же во второй, третий, седьмой, десятый - ничего. Девушка даже начала думать, что матери на неё плевать. Логично, что за долгие годы, посвящённые магии камня, Тоф сама стала одним из них, бесчувственной и строгой. Жизнь Лин наполнена отборными драками, притворством и жевательным табаком (хотя она тут же выплёвывает его, когда остаётся одна). Шёл пятнадцатый бой, когда появилась мать, одетая в камень с ног до головы. Её глаза белые и слепые, но Лин всё равно чувствовала этот пристальный взгляд. А затем противник ударил в челюсть и сбил девушку с ног. Тоф никак не отреагировала на это, и что-то сжалось внутри её дочери. Домой Лин возвращалась с вывихнутыми суставами и коренным зубом в качестве приза. Мать шла впереди, держа руки за голову. - Знаешь, почему я не остановила тебя? - небрежно поинтересовалась она, протянув руку и сорвав цветок с низко висящей ветки. - А мне оно надо? - спросила сквозь зубы девушка и усмехнулась, надеясь на ответную реакцию. Крик, пощёчина - что угодно. Шэф Бейфонг сделала профессиональный полицейский вздох. В этом вздохе было всё: мелкие хулиганы - это просто дети, настоящие преступники слишком слабые, а ты, Лин, даже не представляешь, как мало ты обо всём этом знаешь. Тоф остановилась, повернулась к дочери и встала на колени, чтобы их глаза оказались на одном уровне. - Люди будут говорить, что ты ничтожество. Что ты беспомощная и слабая. Но это неправда. Я не остановила тебя, потому что это было не нужно. Я не остановила тебя, потому что когда они говорят, что думают о тебе и о том, какой ты должна быть, я хочу, чтобы ты поставила их на место. И если ты моя дочь, то ты сделаешь это. Тоф улыбнулась и взъерошила дочери волосы. У её матери грубая улыбка и грубые руки. Но идя рядом с ней, Лин чувствовала, что сейчас они ближе друг к другу, чем когда-либо.