If you ever come back

Он ушел. Тихо исчез, оставив своему отцу записку, в которой говорилось, что ему нужно побыть немного одному, разобраться в себе после всего случившегося. На удивление, его отца этот крохотный клочок бумаги с десятком слов, успокоил. Либо шериф Стилински лишь делает вид, что все хорошо, топя тягучее чувство тревоги в дешевом виски. Все делают вид, что все хорошо, что все так, как должно быть. «Жизнь продолжается» - говорит себе девушка, но невольно бросает взгляд на шкафчик, принадлежавший раньше Элисон. Затем на телефон, но аппарат упорно не хочет сообщать ей о сообщениях от Стайлза. Блондинка слышит приближающиеся к ней шаги и оборачивается, хоть прекрасно знает, кто сейчас может стоять за ее спиной. Скотт. Единственный, кто сейчас рядом с ней, кто понимает ее чувства. Уже около двух недель они потратили на поиски Стайлза, но все безуспешно. Она начинает каждое свое утро с одинаковой смс, адресованной оборотню – «Нашел его?». И всегда получает один и тот же ответ – «Пока, нет». «Пока» - короткое слово дарящее надежду. Потому что без Стайлза плохо. Без него невыносимо, больно физически. Больно дышать. Больно не видеть этих карих глаз, больно от воспоминаний всех тех лет, когда она не замечала его, считала никем. Как человек мог так быстро стать настолько необходимым? Сколько она себя помнит, Стайлз всегда был где-то рядом – в школьных коридорах, на уроках, везде ощущалось его присутствие. Оно казалось таким привычным, что стало частью ее жизни, на которую Лидия долгое время не обращала внимания. Пока он не пропал. Пока он не оставил эту проклятую записку и не уехал на своем непонятно как еще живом джипе в неизвестность. - Все хорошо? – Спросил МакКол, пытаясь заглянуть в глаза девушке, но та упорно отводила взгляд, лишь кивая на надоевший вопрос, который она уже устала слышать. Да, Скотт понимает ее, но иногда делает лишь хуже. Этой раздражающей заботой и опекой. Лидия понимала его – лишившись Элисон, Эйдена и теперь, когда исчез его лучший друг, он отчаянно хватался и трепетно оберегал все, что ему дорого. Но Лидия уже совсем не маленькая девочка, она справится. И пройти через это ей уж точно никак не помогут бессмысленные вопросы. Она не знает, как назвать то, что чувствует. Она любит Стайлза? Возможно. Но как друга или как нечто большее? В голове всплывает разговор из не такого далекого прошлого, когда Элисон сказала ей: «Вспомни каково это: все это время в школе, когда ты замечаешь его стоящим в конце зала и ты не можешь вздохнуть пока вы не вместе. Или то время в классе, когда ты не перестанешь смотреть на часы, потому что ты знаешь, что он стоит снаружи ждет тебя. Разве ты не помнишь как это?» Тогда блондинка, стараясь не выдать той зависти и обиды, что разрывала ее изнутри от слов подруги, ответила, что никогда такого с ней не было. До недавнего момента. Она никогда не чувствовала столько всего сразу и к одному человеку. Водоворот эмоций, чувств, боли – она задыхается, словно тонет в бушующем океане собственных мыслей и ощущений. Она живет в страхе – все, что окружает ее кажется невероятно пугающим – начиная от, того, что она не знает, что ждет их всех в будущем, заканчивая холодящих кровь мыслями о том, что со Стилински что-то случилось. Надежда - единственное, что осталось у Лидии. Она хватается за все, за каждую такую мелочь, как короткое слово «пока» в сообщениях Скотта, за написанное дрожащей рукой «Я буду в порядке» на небольшом клочке бумаги из школьной тетради. Она хватается за все это, держится из-за всех сил. Эти ничтожные мелочи – ее якорь, помогающий держатся на плаву, продолжать поиски и верить, что со Стайлзом действительно все хорошо и, что совсем скоро он вернется. Пройдет снова по школьным коридорам, улыбнется ей, скажет какую-нибудь глупость, на которую Мартин обязательно закатит глаза, ощущая как по телу разливается блаженное тепло от того, что он рядом. После уроков Лидия не может решить, куда ей идти – к себе домой, или к Стайлзу. Шериф привык к ее визитам, и она безгранично благодарна ему за то, что он позволяет ей просто приходить и сидеть в комнате Стайлза, рассматривая различные детали, на которые раньше не она не обращала внимание. Здесь все также, как и до его исчезновения: не заправленная постель, несколько футболок валяющихся на полу и полупустая пачка чипсов рядом с открытым ноутбуком, который разрядился на следующий день, как его хозяин пропал. Лидия терпеть не может беспорядок, но рука не поднимается что-либо тут изменить. Словно в любой момент Стайлз войдет в свою комнату и ему совсем не понравится, что его вещи лежат не так, как надо. На мгновение ей и правда кажется, что ничего не было – он рядом, никуда не исчезал, просто в данный момент вышел за чашкой кофе для Лидии. Зажмурившись, девушка представляет, как открывается дверь и осторожно неся огромную чашку с нелепым рисунком парень входит в комнату, но спотыкается и часть напитка проливается на ковер и его руку, обжигая кожу. Но он никогда в жизни не подаст вида, что ему больно. Не перед Лидией. Возвращаясь к себе домой, Лидия по привычке не запирает дверь на замок. Она перестала это делать, надеясь, что Стайлз вернется и приедет к ней. И ей не хотелось, чтобы он покалечился залезая на второй этаж, а она знала, что Стилински мог так сделать. Блондинка знает, что такая по словам ее матери «беспечность» до добра не доведет и та сама закрывает дверь за дочерью. Мама не понимает, что это все не просто так, и Лидия не настолько глупа. В любой другой ситуации, такое отношение матери к ней разозлило бы девушку, но теперь она лишь ждет, пока все заснут, тихонько открывает дверь, кладя на всякий случай небольшой ключ под коврик у входной двери. Кажется, что Стайлз забрал с собой крепкий здоровый сон Лидии. Она и раньше плохо спала, но сейчас который день подряд лежа в постели и рассматривая белоснежный потолок, ожидая того момента, когда она наконец провалится в чуткий беспокойный сон, когда в голову лезут сотни мыслей – запутанных, странных, жутких – это хуже ночных кошмаров. Пастель кажется неуютной, слишком мягкой, одеяло тяжелое, под ним очень жарко – Лидия не выдерживает и встает с постели подходя к окну. Улица пуста, лишь небольшой фонарь около соседнего дома слабо освещает дорогу и припаркованный джип около дома Лидии. - Стайлз... – Шепчет девушка, но прежде чем со всех ног бросится вниз, она крепко зажмуривает глаза на несколько секунд. Она боится их открывать, но сделав глубоких вдох она вновь смотрит вниз, где нет никакого джипа. Нет Стайлза. Мартин думает, что эти чертовы ведения, голос Стайлза просящий спасти ее, который она иногда слышит в своей голове – они скоро сведут ее с ума. Стайлз уже свел ее с ума. И она хотела бы ненавидеть его, ненавидеть так сильно за то, что он медленно убивает ее. Но она не может. Она лишь падает на кровать, глотая слезы, надеясь, что никто не услышит ее рыданий. Противный звук будильника, заставляет Лидию медленно открыть глаза. Она тут же тянется к телефону и по привычке заходит в сообщения. Лидия: «Нашел его?» Скотт: «Да» Скотт: «Он у меня дома» Сон как рукой сняло. Она резко садится на кровати, несколько раз зажмуриваясь и опять глядя на экран, молясь всем богам, чтобы это не было очередным видением. И она почти плачет от счастья, когда такое простое слово никуда не исчезает. Блондинка вскакивает с кровати и накинув на легкую пижаму первый попавшийся кардиган выбегает из дома, чуть не упав на лестнице. Она нарушает порядка десятка правил дорожного движения, пока на сумасшедшей скорости несется к дому МакКола. Она боялась, что если не поспешит – это снова станет очередным видением. Забежав в комнату Скотта она увидела его – Стайлз сидел на кровати друга и как только она появилась, тут же посмотрел на нее. Кажется время в этот момент остановилось для них. Они оба были в ступоре, оба затаив дыхание смотрели друг на друга, боясь приблизится, словно одно неверное движение – и этот момент исчезнет, лопнет, как мыльный пузырь. Стайлз наконец-то видит ее – в пижаме, босиком, с красными глазами, следами от слез на щеках и запутанными волосами. И будь он проклят, если она сейчас не самое прекрасное создание на всем белом свете. Она смотрит на него и не может вздохнуть от того, что наконец чувствует его рядом. Теперь она на 100 процентов уверена, что это не иллюзия. Они одновременно срываются с места и уже через доли секунд Стайлз крепко прижимает Лидию к себе и она бы задохнулась от таких крепких объятий, но все наоборот – она делает глубокий вдох, чувствует как какой-то странный груз снят с ее плеч, словно теперь она свободна. Стайлз чувствует ее губы у себя на скулах, щеках и наконец на губах. Их первый поцелуй казался прекрасным, но этот – настолько переполненный самыми разными эмоциями, что он действительно видит фейерверки перед глазами – он идеальный. - Где тебя черти носили? – Тихо шепчет Лидия, оторвавшись от губ Стайлза оставляя несколько невесомых поцелуев на щеках Стилински и он чувствует что-то мокрое – слезы. - Это не важно. – Также тихо ответил он, успокаивающе поглаживая девушку по спине. - Клянусь Богом, Стилински, если ты еще раз исчезнешь, мы со Скоттом тебя снова найдем, а потом я придушу собственными руками. - Со счастливой улыбкой сказала Лидия, перебирая волосы парня тонкими дрожащими пальцами. - Не думаю, что смогу когда-нибудь оставить тебя. - Усмехнувшись ответил Стайлз, уткнувшись в ее шею. - Не оставляй. *** Скотт наблюдал за своими друзьями с грустной улыбкой на губах. Эти двое наконец поняли, что были созданы друг для друга. С самого начала. И понадобились все те испытания, чтобы они поняли это. Чтобы они нашли свое счастье.