Все только начинается... Ч 2 Рыжая тигрица

Я с друзьями поспорил, Вспомнив тему из книг, Что с любою из женщин Познакомлюсь я вмиг. («Правда жизни») Середина июня. Солнце еще не успело надоесть своим жаром. Дожди достаточно часто напоминали о себе. Легкая прохлада сменялась теплыми днями, в которые хотелось только радоваться дневному светилу. Но одному человеку явно было не до веселья и радости. Скорпиус Малфой шел по коридору Академии магии, проклиная все на свете. И дело было не в том, что ему было отказано в месте в самом элитном высшем учебном заведении страны. Наоборот. Он только что подал документы, и его приняли по собеседованию, учитывая успехи и достижения в школе. Кроме того, директор академии возложил на него роль старосты группы и включил его кандидатуру в студенческое правление. И вот тут появилось одно «но», которое перечеркнуло все положительные моменты. Ректор намекнул, что если в этом году все пройдет удачно в лагере, то все четыре года обучения Малфой будет иметь дополнительную обязанность на все лето. И откуда только старый хрыч узнал о том, что Скорпиусу сделали предложение стать вторым вожатым? Тут явно Дамблдор постарался. И чего только этим двум старикам взбрело в голову, что они с Лили хорошо сработаются? И не откажешь ведь теперь. Хотя такие мысли посещали Малфоя в два последних дня, начиная с того момента, как он вышел из кабинета директора Хогвартса. Нет, ну что ж это за наказание такое? С момента своего появления и все оставшиеся семь лет его обучения в школе, эта девчонка не давала ему покоя, особенно после того, как его назначили старостой. Казалось, ее проделкам не будет конца. Она могла посоперничать даже с Пивзом. Как ее только не исключили − уму непостижимо. Кто вообще мог Поттер детей доверить? Снейп и то более гуманен. Последние два дня Скорпиус лелеял надежду, что, поступив в Академию, от Поттер, наконец, избавится навсегда. И сможет соскочить с летней «Голгофы». Ведь в высшем учебном заведении должна была найтись куча дел и обязанностей для такого человека, как он. Но не тут-то было. Идея летнего лагеря принадлежала не только Дамблдору, но и ректору. И второй год один из старшекурсников школы и член студенческого правления Академии должны были быть вожатыми в этом самом лагере. Кроме всего прочего, было еще одно осложнение. Малфой не исключал, что его бывшие, с позволения сказать, девушки ринутся туда, словно мухи на мед. А учитывая, что Лили едет сопровождающим от школы, хоть и выпустилась из ее стен, молодой человек слабо себе представлял, во что встреча «гарема» и фурии может вылиться. Картины, возникавшие в голове парня, были все красочнее, а если еще учесть кучу малолетних девиц с бурно играющими гормонами и фантазией… Мерлин! Моргана побери двух старых маразматиков, которых посетила светлая мысль создать эту пыточную камеру, называемую летний магический лагерь, и отправить его на нее в роли главной няньки малолетних волшебников. А день так хорошо начинался. Скорпиус так надеялся, что директор Академии поможет ему откараскаться от поездки. К тому же он договорился о встрече с друзьями в «Страстной колдунье» и уже предвкушал чудный вечер, плавно перетекающий в ночь. Огне-виски, воспоминания, танцы, сладкие девушки на коленях, готовые на все, только заплати. Такие вечера обычно заканчивались в номерах наверху, милого сердцу злачного заведения, представляющего собой чудный симбиоз ресторана с отличной кухней и винной картой, ночного клуба с танцполом и публичного дома с отменными профессионалками. Что еще надо, чтобы расслабиться неокрепшим молодым умам? И вот теперь, вместо того чтобы провести весь день в приятном предвкушении наслаждений, он должен был готовиться к отъезду на морское побережье, предвкушая встречу с рыжим ужасом школы во главе. Свою радость, спрятанную глубоко в душе от возможности видеть ее и быть с ней еще два месяца, он гнал прочь и старался запихнуть еще глубже в подсознание. Уже на следующий день он пожалел, что поцеловал ее во второй раз, да еще как поцеловал. И то, что ему понравилось, не имеет никакого значения. Как и то, что он и не помнил, когда так заводился от одного поцелуя. Мотнув головой, чтобы отогнать непрошеные мысли, Малфой направился домой, предстояло собрать вещи и приготовиться к посещению мадам и ее цыпочек. Но не успел он переступить через порог отчего дома, как его перехватил отец и попросил зайти к нему в кабинет. С внутренним стоном Скорпиус пошел за родителем. Войдя в свой кабинет, Драко разместился за письменным столом в своем любимом кресле и сделал сыну приглашающий жест рукой. Когда тот сел в одно из кожаных зеленых кресел для гостей, Малфой-старший внимательно посмотрел на своего отпрыска. Не так давно отец семейства получил письмо от Дамблдора. Первое удивление от прочитанного сменилось пониманием задумки директора. Он и сам когда-то был на месте своего сына. Значит, дети не разобрались еще. Странно, в Рождество Драко казалось, что все вот-вот встанет на свои места. Конечно, он не посвятил в свои предположения ни жену, ни друзей, и, как видно, хорошо, что он этого не сделал. Но теперь ситуация немного усложнялась. Естественно, что природа, погода и совместные обязанности сделают свое дело. Конец истории понятен. Вопрос только в том, что приведет к этому самому концу? Драко во что бы то ни стало надо разобраться и понять, почему у детей ничего не вышло? Дело в простом упрямстве или в чем-то другом? - Что ты хотел, пап? – Спросил Скорпиус, вторгаясь в мысли отца и пытаясь выдержать его проникновенный взгляд. - Я хотел узнать, когда ты уезжаешь и что ты думаешь по поводу своего нового назначения? – Зашел издалека глава семейства. - Ничего. Просто еще два месяца Голгофы с этой ненормальной, - бросил парень. - Насколько я знаю, то на выпускной вечер вы ходили вдвоем? - В целях обезопасить школу и только, - пожал плечами бывший староста. - А танцевали вы тоже в этих целях? Я слышал, вы ушли до окончания вечера и уже не вернулись? – Спросил Драко, заинтересовано глядя на сына. - Моей сестре не стоило посвящать тебя в подробности, о которых она не имеет ни малейшего понятия. - Тогда просвети меня ты, - Малфой-старший решил не разубеждать сына в том, будто это Лэтисэ рассказала ему все. - Говорить не о чем. Она направилась достать очередной «сюрприз» для гостей, а я ее опередил. Потом раздался взрыв фейерверков, и я пошел разбираться. А дальше настолько устал, что просто не видел смысла возвращаться, да и бал к тому времени подходил к концу. - И больше ничего? – Спросил хозяин Малфой-Менора, чувствуя, что сын не договаривает и половины. К тому же он точно знал, что эта парочка провела не один час на крыше большого зала. - Кроме пары незначительных деталей − да, - не моргнув глазом соврал Скорпиус. Драко понимающе улыбнулся. Отрицание очевидного в таких ситуациях абсолютно нормально. И теперь ему стало ясно, что дело только в упрямстве молодых людей. Сын не хочет понимать, что уже по уши влюблен в прекрасное рыжее создание. А девушка явно не желает делать первый шаг или тоже пытается все отрицать. - Ладно, так что ты думаешь о лагере? – Сменил он тему. - Я уже сказал, ничего особенного. - То есть ты не против этой затеи? - Против. Но кто меня спрашивает? Два выживших из ума старика решили придумать очередную развлекаловку, вот и все. - Осторожно, не стоит их недооценивать, - предупредил Драко. Вспоминая, чем закончилась в его случае затея Дамблдора. И радуясь в душе, что его сын еще не разобрался, что к чему. А то бы точно сбежал. Мальчик все еще думает, что не нагулялся. - Ладно, я в бешенстве! Доволен?! Мне и учебного года под завязку хватило! – Вспылил Скорпиус, не выдержав пристального взгляда отца. - Тише, тише. Я не думаю, что все так плохо. Тем более что, как я знаю, Лили уже была вожатой в прошлом году и отлично справилась. - Если ты беспокоишься обо мне, то не стоит. Я в свое время не в один поход сходил с дедушкой и бабушкой Грейнджер. Не умру, не пропаду. Да и Лил, после того как я нашел ее тайник и выиграл спор, обещала прекратить свои выходки. - А вот это уже интересно, - оживился Драко, отмечая, как Скорпиус назвал девушку. Так называют любимую или близкую подругу, но не врага или человека, который безразличен. - Ничего интересного. Когда мы спорили, что я ее рассекречу, то я надеялся, что сделаю это раньше. Но, к сожалению, в воющую хижину заглянул только за пару дней до бала. - А почему не спросил нас с мамой? – Глава семейства еле сдерживал смех, представляя, как его сын методично день за днем исследовал замок и окрестности в поисках тайника. - Это был вызов, который я принял, - отрезал Скорпиус. Драко улыбнулся. Да, война, наверное, была что надо и зацепила сына серьезнее, чем тот думал. Тут не только чувства, тут еще и задетая гордость. И было от чего. Малфой-старший до сих пор с содроганием вспоминал колдографии сына в женском туалете. Хорошо хоть ему удалось скрыть это письмо от жены. Гермиону бы точно удар хватил. - Я могу идти? – Уже спокойнее спросил молодой человек. - Да, только скажи, когда ты отбываешь? – Опомнился Драко. Образ сына в розовых трусиках и с боевой раскраской на лице никак не желал покидать его мысли. - Через пару дней. Да, я сегодня не буду ужинать. - И ночевать тоже, как я полагаю? - Да. Малфой-старший понимающе кивнул. Он сам долго пытался с помощью других женщин забыть ту единственную. Интересно, как скоро его сын поймет бесполезность своих попыток? У него самого ушел на это не один год. Но Скорпиус более упрям, как и его дама сердца. «Только бы лагерь устоял», - с улыбкой подумалось мужчине, когда он смотрел вслед выходившему из кабинета сыну. *** Скорпиус шел по улицам Лондона, вспоминая разговор с отцом. В словах родителя, в его вопросах было что-то, что не давало покоя. Будто отец знал о чем-то и не говорил. Малфой так задумался, что чуть не проскочил нужный поворот. Вспомнив Мерлина и все его части тела, Скорпиус сделал два шага назад и шагнул в темный переулок. Здесь, в самой неприметной части улицы, находился один из лучших магических публичных домов. Подойдя к заброшенному газетному киоску, Малфой провел палочкой по ребру старой «будки», передняя стенка отъехала в сторону, и молодой человек шагнул внутрь. В большом зале «Страстной колдуньи» было накурено и многолюдно. Впрочем, как всегда. Скорпиус задержался здесь всего лишь на пару секунд, после чего прошел, ловко лавируя между столиками с громоздкими, но удобными кожаными диванами, к лестнице, находившейся у задней стены зала. У таких, как он, − завсегдатаев, было много преимуществ, одним из которых был отдельный кабинет для ужина, обеда, а иногда и завтрака. Следующим преимуществом было то, что на втором этаже его всегда ждала хозяйка заведения. Глядя на нее, Малфой жалел, что она сама уже не принимала клиентов. Хотя в первый его визит, именно эта женщина ввела его в мир наслаждений. Со временем они стали хорошими друзьями, благодаря чему Скорпиус всегда был желанным гостем и имел кучу привилегий, помимо тех, что предоставляются вип-клиентам. - Здравствуй, дорогой, - проворковала мадам Ля-Руж, протягивая свою изящную ручку молодому человеку. - Марлен, ах! Ты, как всегда, прекрасна и этим просто разбиваешь мое сердце. Ну, разве можно так хорошеть день ото дня? - Ты маленький проказник! Ну что с тобой делать? В искусстве обольщения ты можешь дать фору даже своему отцу, - улыбнулась хозяйка, шутливо погрозив своим тонким пальчиком. - Я никогда не поверю, что ты была так близко с ним знакома, ну разве что в те времена, когда он здесь еще бывал, то угощал тебя конфетами, - промурлыкал Скорпиус, нежно целуя тонкое женское запястье. - Ну, будет тебе, - слегка пожурила его хозяйка, - твои друзья уже ждут тебя. - Я думаю, что они простят и поймут причину моего опоздания, - ответил Малфой, бросая томный и полный страсти взгляд на Марлен. - Что бы ты хотел получить сегодня? – Решила переменить тему хозяйка заведения. - Сначала ужин, - сказал Скорпиус, тяжело вздыхая, - а уж потом подумаем. - Хорошо, дверь номер пять, дорогой, развлекайся, - произнесла Мадам Ля-Руж и удалилась грациозной плавной походкой, натренированной годами. Проводив женщину взглядом, Малфой подошел к одной из дубовых дверей, на которой красовалась позолоченная табличка «5», нажал на ручку, и дверь плавно открылась. Комната была ярко освещена множеством свечей в золотых канделябрах и огромной люстре. По периметру помещения располагались мягкие восточные диванчики, оббитые темно-красным бархатом, на которых были разбросаны парчовые подушки. Слева и справа комнату украшали два камина из белого мрамора, над каминами висели зеркала в позолоченных рамах. Из комнаты был выход на балкон, где стояла плетеная мебель, журчал искусственный водопад, а в кадках цвели розы. Шторы на окнах были из того же материала, что и обивка диванчиков и стульев за обеденным столом, который стоял посередине комнаты, накрытый белоснежной скатертью, сервированный фарфором и серебром и ломившийся от деликатесов. Отметив краем сознания обстановку, как вполне подходящую, Скорпиус подошел к столу, за которым сидели его друзья. После процедуры приветствий молодые люди сели за стол. - Что послужило причиной опоздания на этот раз? – Поинтересовался у друга Торино. - Наша очаровательная хозяйка, - ответил Малфой. - Да что ты? Она вернулась в седло? - Нет, - с сожалением сказал Скорпиус. – А хотелось бы. Ладно, давайте не будем о грустном, сегодня я хочу оторваться, - сменил он тему. - А что так? – Спросил Нот. - Только не на трезвую голову, может, потом, - отмахнулся Малфой. Через три часа, уже достаточно сытые и не менее выпившие друзья переместились на балкон, предусмотрительно захватив с собой со стола пару бутылок и бокалы. Разместившись на удобных плетеных диванах и шезлонгах, молодые люди продолжили возникшую за столом дискуссию. - А я все же считаю, что нет такой девушки, которая бы устояла перед Скорпиусом, - сказал подвыпивший Нот, - за все время нашей учебы в Хогвартсе не было ни одной, которая бы, пускай и в тайне, не мечтала о нем. - Ты преувеличиваешь, друг, - ответил, ухмыльнувшись, Малфой. Хотя в душе он был согласен с ним. Что в школе, что в других местах, женщины всех возрастов, стоило ему только появиться, тут же приосанивались, начинали поправлять прически, мило улыбаться и стрелять глазками. Все, кроме одной. Будто услышав его мысли, Торино сказал: - Ты не прав, Тео, есть одна девушка, устоявшая перед нашим другом. - И кто же это? – Спросил тот. - Поттер. Мисс Лилия Луна Поттер. Скорпиус замер, все вдруг взглянули на него, наступила пауза, после чего Малфой рассмеялся, через секунду смеялись все, кроме Арне, который просто улыбался. - Прости, друг, но ее даже девушкой нельзя назвать, - сказал, отсмеявшись, Скорпиус. – Да она хуже своих дядьев близнецов. Ты только вспомни, что она вытворяла в школе, а как она одевается, и это нездоровое увлечение квиддичем. Ты только представь нас рядом! Ты просто сумасшедший! - Может, но, так или иначе, она девушка, пускай и только по половым признакам. А значит, я прав. - Думаю, что для нашего Малфоя не составит труда справиться с этой пацанкой, ее, небось, никто и на свидания не приглашал, - предположил Нот. - Приглашал, - тихо произнес Скорпиус. В ответ он получил коллективное «Что?!!!» Причем удивлены были даже немногословные Креб и Гойл. Малфой часто думал, почему ему в друзья достались дети друзей отца? Почему он не завел новых, своих? Но ответа так и не находилось. Наверно, так было проще. Один факультет, одно общество. Скорпиус с удовольствием общался с Джеймсом и Альбусом Поттерами, а также с сыновьями братьев Уизли, но это была совсем другая компания, вне школы, так сказать, почти семья. И все бы ничего, только вот эту семейную идиллию постоянно портила одна рыжая бестия, как родители вообще додумались назвать ее Лили? Ей бы скорее подошло что-то дикое, колючее и… Тут до сознания Малфоя стало доходить, что на балконе уже довольно давно стоит звенящая тишина, очнувшись от своих мыслей, блондин посмотрел на друзей. - Что? – Слегка раздраженно спросил он. - Это мы у тебя хотим спросить. Ты откуда знаешь, что ее приглашали на свидания? - Не забывай, что мои родители общаются с Поттерами и не просто общаются. Да и я поддерживаю отношения с Альбусом и Джеймсом. Вот и в курсе. Они мне как-то жаловались, что среди друзей их сестры слишком много парней и те не всегда проявляют к ней только дружеский интерес. И еще я год был ее куратором и не только на отработки с ней ходил, а вытаскивал из злачных мест или отбивал от весьма резвых поклонников. - Допустим, - глубокомысленно сказал Торино, - но это не объясняет того, почему ты это запомнил? - А что такого? Меня просто это удивило не меньше чем вас, вот и запомнил. Да и ситуации, из которых я ее вытягивал, были специфические, такое не скоро забудешь. И давайте сменим тему. - О нет, тема очень интересная. Мало того, еще и потенциально выгодная. - Не понимаю? – Скорпиус с удивлением посмотрел на друга. - Ну, я готов поспорить, что, что бы ты ни делал, она не уступит, и тебя это очень задевает, и дело тут не только в твоем тщеславии, не так ли? - Ты из ума выжил, Торино? Ты это говоришь мне, который может подозвать женщину одним лишь взглядом? - Но не ее, - продолжал давить Арне. - Да мне и в голову это не приходило, я, прежде всего, ценю в девушках изящество, вкус, женственность, а это пугало никогда не станет даже отдаленно напоминать образ самой моей невзрачной подружки. Ее слабые потуги на выпускном всего лишь неудачная попытка выглядеть по-человечески, - без зазрения совести врал Малфой, вспоминая в очередной раз образ Лили, как в платье, так и без оного. - Отлично, значит, ты отказываешься? - С вызовом спросил Арне. - От чего? – Скорпиуса все больше раздражал этот разговор. - От пари. - Ты точно сдурел! Как тебе это только в голову могло прийти?! Да меня отец за такие мысли заавадит точно! Я никогда не спорил на женщин и не буду спорить! – Почти взревел Малфой. - Сдаешься? - Не успокаивался Торино. В отличие от Скорпиуса, он уже давно заметил, что маленькая рыжая хулиганка лишила того покоя. Но Малфой скорее начнет носить панковский магловский прикид, чем признается себе в чувствах к девушке. Которая, по мнению Арне, была очень мила, несмотря на все свои не женские увлечения. Да и никто, кроме мисс Поттер не сможет сбить со Скорпиуса его спесь и справиться с его непростым характером. Другую, более скромную девушку, он просто подомнет под себя. Малфою давно нужен был вызов. Друг настолько привык к победам, что к подобному пренебрежительному отношению к своей персоне оказался просто не готов. - Тут просто не о чем говорить, - ответил Скорпиус, прерывая мысли Торино, и посмотрел на лица друзей. Те явно были разочарованы. Не дав им развить эту мысль дальше, он встал с шезлонга и пошел в комнату, чтобы вызвать тех, кто всегда был готов утешить и поделиться своим теплом и лаской. Может, опытные куртизанки переключат мысли друзей и отвлекут их от опасной темы. При появлении девушек ребята оживились. Малфой в который раз одернул себя, когда понял, что его взгляд остановился на рыжей. Назло своему подсознанию, он ухватил за руку блондинку и увлек ее на один из диванов. Как только пара оказались там, вокруг них опустился занавес, отгородивший от посторонних глаз. Облегченно вздохнув, что тема о пари к утру будет забыта, Скорпиус прильнул к зовущим губам девушки. Как же он ошибался. И самое ужасное, что, то ли под напором друзей, то ли от количества, выпитого, то ли от раненого самолюбия, а может, желания отомстить рыжей чертовке за свои чувства к ней, Малфой, забыв все то, чему учил его отец, к утру согласился на это идиотское пари.