Сквозь преграды

22 апреля. (POV Андрей) На следующее утро я пришёл в школу. И, кажется, напрасно. Обойдя всю школу и так и не обнаружив нигде Тёму, я подошёл к нашей старосте: - Кать, а где Смирнов, не знаешь? - Его отец вроде классухе звонил. - Иии...? - Вроде ему очень плохо, в больницу слёг, бедняга. - В какую?! - Не удержавшись, закричал я и закрыл рот рукой. Из глаз, сам не знаю, почему, потекли слёзы. - У классной спроси, - сказала девушка и протянула мне платок. Быстро вытерев слезы и поблагодарив, я направился к классному руководителю. Узнал в каком она кабинете и уже стоял около двери в класс. Постучав и не дождавшись, что она выйдет, сам зашёл. - Простите, что отвлекаю, Марина Николаевна. В какой больнице лежит Смирнов? - Прости, Андрюш, я не могу сказать этого, - ответила женщина. - Я его хозяин и должен знать, где он и что с ним! - Сказал я на повышенном тоне. - В 69... - Не дослушав ее, я выбежал из класса. Подбежав к выходу, меня остановил охранник: - Куда направился? - Петрович, пусти! Ты знаешь, что мой отец может сделать тебе! Услышав это, он сразу же выпустил меня. Забежав в продуктовый и цветочный магазины, я побежал в больницу. И вот, я стою напротив двери в палату №252. (POV Артём) Состояние не самое лучшее. Ничего не понимаю, все болит, лежу и смотрю в потолок. Тут в дверь тихонько постучал, и и вошёл человек, которого я сейчас больше всего не хотел видеть. - Чего тебе надо? - Со сбитым дыханием спросил я. - Постебаться пришёл? Ну, давай. Промолчав, он лишь подошёл к тумбе рядом с моей кроватью, положил огромный букет роз и пакет с фруктами, после чего присел на край моей постели, нагнулся ко мне и нежно поцеловал меня. Когда же наш долгий поцелуй прервался, я почувствовал моментальное возбуждение. Мое дыхание стало набирать темп, и пульс начал учащаться. Я попытался вырваться, чтобы он не заметил моего возбуждения, но, конечно же, у меня это не получилось. Он все телом навис надо мной, а его нога оказалась у меня между ног и упиралась прямо в пах. Почувствовав, что я возбудился, Андрей полез к моей ширинке. И когда моя опухшая от возбуждения конечность оказалась у него во рту, я не мог вырываться, и мне оставалось только получать удовольствие. Такого удовольствия я не получал никогда раньше. В моей голове было столько мыслей. "Зачем? Почему?". Но я не мог ни одной сказать. Все эти эмоции продолжались примерно 12 минут. - Андрей, хватит, я сейчас кон... - И только он оторвался от меня, как все, что я держал в себе, прыснуло ему прямо на лицо. И синхронно с этим моментом в палату входит мой отец: - Что, блять, тут происходит? - Вы все не так поняли, - дрожащим голосом произнес Андрей. - А как я должен понимать то, что на моем сыне лежит какой-то парень? - Пап, это не какой-то парень, а сын твоего начальника, Матвея Чернова. Это Андрей Чернов, - таким же дрожащим голосом как и у Андрея произнес я. После этих слов мой папа схватил Андрея за руку, и они оба быстрым темпом вышли из палаты.