*спустя несколько лет после свадьбы Тики Микка и Аллена Уолкера (вызвавшей шоковое состояние практически у всех членов Черного Ордена и истерически-гомерический смех большинства Ноев)*
- Он еще не пришел? - Тики оторвался от чтения книги, взглянул на Роад. В золотистых глазах молодого мужчины плескалась тревога.
- Да успокойся ты! - отмахнулась его "племянница", плюхаясь в кресло напротив. - Не маленький уже, этой зимой двадцать один год исполнился!
Микк нахмурился, снова переводя глаза на книгу. В словах юной Камелот был смысл, много смысла, но беспокойство не желало уходить.
С тех пор, как Аллен официально был признан в Ордене Генералом, прошло уже два года. Такое сравнительно недавнее признание было вызвано еще и тем, что Уолкер - молодой человек решительно отказывался взять фамилию своего супруга - только два с половиной года назад научился полностью управлять своей немаленькой генеральской мощью. Казалось бы, война между Ноями и Черным Орденом уже давно миновала, мир заключен, однако на смену Графу неожиданно пришел некто другой, не менее, а то и более страшный.
Апокриф.
Взбеленившийся прекращением экзорцистами битвы с исконными врагами Чистой Силы, а тем паче - решением самой Чистой Силы это самое прекращение поддержать, Апокриф вышел на тропу войны. К ужасу и шоку как Ноев, так и экзорцистов, ему на помощь пришел Ватикан, точнее, наиболее известная им образованная группировка. А именно - Инквизиция. Члены этого святого братства, как выяснилось, уже давно точили зуб как на семью Тысячелетнего, так и на Черный Орден. Они тоже активно искали Чистую Силу, причем это им удавалось чуть ли не с большим успехом, нежели экзорцистам. Благодаря чуткому руководству Апокрифа, Инквизиции удалось создать непревзойденных бойцов, которых они сами прозвали "Паладинами". Самым жутким в этом было то, что справится с такими тварями, пусть их было и немного, не могли даже Третьи Экзорцисты - только Генералы. И поэтому Аллена в срочном порядке призвали на "линию фронта".
Стремительно посеревшие аристократичные пальцы заломили страницу. Тики усилием воли заставил себя успокоиться, хотя внутри все клёкотало от гнева. Почему Орден не нашел кого-нибудь другого? Неужели нельзя было просто оставить малыша в покое?!?..
- Я пришел.
В мгновение ока забытая книга выпала из рук. Микк рывком поднялся с дивана, устремив взгляд на входной проём. В темноте оного будто мелькнула сотканная из тумана фигура, после чего в освещенную пламенем камина комнату шагнул высокий молодой человек, собирающий длинные серебристо-белые волосы в хвост. Словно ощутив на себе пристальный взгляд, Аллен поднял голову и улыбнулся супругу. Тики почувствовал, как губы растягивает в ответной улыбке.
Роад опередила родственника на какую-то долю секунды. Издав счастливый до одури визг, девочка повисла на экзорцисте, сжимая того в объятиях. Тики, слегка раздосадованный тем, что прижать к себе малыша первым он не сумел, мягко провел ладонью по щеке молодого человека, после чего запечатлел на бледной коже ласковый поцелуй.
- Ты в этот раз что-то долго, - стараясь не допустить в голос снедавшего его ещё пять минут назад беспокойства, насмешливо попенял он супругу. Тот чуть виновато улыбнулся.
- Разве? Не заметил.
- Ну да, конечно! Для тебя трое суток вовсе не срок, да? - вскинул одну бровь Тики, снова усаживаясь на диван. Похлопал ладонью рядом с собой. Аллен присел, прислонившись плечом к Удовольствию Ноя, с наслаждением ощущая тепло дорогого человека. Роад с писком пристроилась рядышком, сжав руку экзорциста почти до хруста.
- А где Тим? - только сейчас заметил отсутствие золотого голема Тики.
Аллен усмехнулся, прикрыл глаза.
- Я оставил его Линали. У них сейчас запарка полнейшая, меня даже отпускать не хотели.
- Всегда удивлялся твоему окружению, - хмыкнул его муж. - Сплошные самоубийцы, куда ни глянь!
Аллен потерся щекой о плечо мрачно улыбающегося Микка, легко распознав в голосе дражайшего супруга плохо контролируемый гнев.
- Пойми, у нас ситуация не ахти, почти критическая... Орден ищет поддержки у других группировок, но пока что все соблюдают нейтралитет. В конце концов, Черный Орден был единственной организацией на попечении Ватикана, который открыто заключил мир с Тысячелетним Графом. Все равно, что предал его... - Аллен опустил серебристые ресницы еще ниже, не давая Тики насладиться сполна мерцающим расплавленным серебром любимых глаз.
- Совсем как 14-ый предал нас, - со стороны вставила свое слово пригорюнившаяся Роад.
- Да... Вы бы приняли его снова после такого? Оказали бы ему поддержку?
- Спрашиваешь тоже! - хмыкнул Микк; Роад промолчала. - Да у нас половина семьи мечтает ему шею свернуть!
- Тогда ты понимаешь, как накалены отношения между Орденом и другими огранизациями на попечении Ватикана. Кроме того... - Уолкер запнулся, замолчал.
- Кроме того - "что"? - в душе Тики колыхнулась тревога.
- Я - Генерал. Мой долг - опекать экзорцистов и служить опорой Ордену.
Микку очень не понравился тон, каким сказал это его молодой супруг. Таким голосом обычно дают нерушимые клятвы...
...Или проклинают...
- Не мели ерунды, малыш, - Удовольствие Ноя наклонился ближе к любимому, вдохнул запах его волос. От Аллена приятно веяло прохладой ночи и чем-то еще... Чем-то немного пугающим, навевающим странные, почти пугающие ассоциации...
- Снова? - темные глаза Микка полностью окрасились в золотой. Роад удивленно вкинула голову, недоумевая, почему у Тики резко изменился голос, стал таким угрожающим.
Аллен, не открывая глаз, едва приметно кивнул.
- Десять человек. Я задержался из-за кремации, - глухо произнес он. - Как догадался?
- От тебя пахнет пеплом.
- Вот оно как... - Уолкер тихо хмыкнул, отольнул от все еще морщащегося мужа. - Тогда мне стоит пойти принять ванну. Ты же не ляжешь в одну кровать с тем, от кого несет за версту сожжеными людьми?
- Ну почему же? В это есть нечто... возбуждающее, - Микк коварно улыбнулся, зная, что последует за этими его словами.
- Иди лесом, извращенец! - скривился его молодой супруг. - Я в ванную, - молодой человек поднялся, успев сделать это до того, как Тикки обхватил его рукой за плечи, стремясь прижать к себе.
Удовольствие Ноя похотливо улыбнулся и, пользуясь тем, что Роад не может видеть из-за спины молодого Генерала, с намеком облизал губы. Уолкер хитро прищурился, одними губами шепнул "Ночью поговорим" и исчез в сумраке коридора, подобно туману под дуновением ветра.
- А что так? - со смешком крикнул ему вслед Микк, вкладывая в голос как можно больше желания. Роад весело рассмеялась, услышав, как в ответ Аллен произнес что-то на жаргоне экзорцистов, который законно считался изобретением Генерала Кросса. Тики, расслышав фразу супруга гораздо лучше "племянницы", показательно надулся, мельком посетовав, что его благоверный не может увидеть сие зрелище.
- Какой у меня, однако же, языкастый "жена", - поделился он мыслью с юной Камелот, вызвав у той очередную порцию заливистого смеха.
- С кем пойдешь под венец - от того и наберешься всего, чего не надо! - подмигнула ему Мечта Ноя.
Тикки хмыкнул.
- Не скажи, раньше он тоже мог такое выдать - только держись, - покачал он головой, нагибаясь за все еще валяющейся на полу книгой. - Так что я на него если и повлиял, то совсем чуть-чуть...
- Не ври. Ты на меня вообще дурно влияешь, - донеслось из коридора. Аллен вышел на освещенную часть комнаты - но, к удивлению Ноев, абсолютно сухой, по-прежнему в черно-желтой генеральской форме. А на плече у него...
Тики ощутил, как внутри что-то оборвалось.
На плече Аллена сидел, перебирая крылышками, Тимкампи.
- Что случилось? - мгновенно посеревшие пальцы сжали переплет книги. Тот трагически хрустнул.
Аллен виновато улыбнулся, старательно отводя глаза.
- Нападение на группу Искателей в Вене. Меня вызывают в срочном порядке, - Уолкер натянул перчатки.
- Что, других Генералов не могли позвать? - с плохо скрываемой яростью поинтересовался Микк у седовласого экзорциста. Аллен посмотрел в его затягивающие расплавленным золотом глаза.
- Другие заняты. Инквизиция тоже времени даром не теряет, знаешь ли. Тим, открывай, - Уолкер кивнул своему голему. Тот ощерился и, взлетев с "насеста" и дернув хвостом, сделал круг посередине комнаты. Тики чуть прищурился, когда и без того хорошо освещенную комнату озарило режущим глаза неоновым сиянием Врат. Роад рядом с ним ойкнула, зажмуриваясь.
- Я постараюсь вернуться как можно быстрее, - не глядя на супруга, пообещал Аллен, делая шаг по направлению к Порталу.
Молодой человек знал, что Тики относился к его работе более, чем негативно. А уж если вспомнить выражение его лица, когда он увидел Тимкампи, то по возвращению после задания Аллену следовало ждать хорошего разноса и разговора по душам на тему "Смени ты, наконец, профессию!!!". С недавних пор беседы с подобным содержанием стали в их "семье" крайне частыми. Микк убеждал супруга попробовать себя в политике, тем более, что Шерилу требовался ассистент, и Камелот-старший неоднократно намекал "брату" - он держит эту кандидатуру специально для молодого Генерала. Такие диалоги непременно переходили на повышенные тона, а заканчивались впечатляющими ссорами, нередко собирающими половину семьи Графа. Разумеется, данные ссоры долго не длились, с учетом отходчивых натур обоих супругов, но неприятный осадок от произошедшего сохранялся ещё долго как у Аллена, так и у Тики.
Локоть неожиданно пронзила боль, какая бывает, если со всей силы вцепляются пальцами. Сердце ёкнуло, но Аллен заставил себя обернуться.
Микк, не мигая, молча смотрел на него. В глазах мужчины, медленно сменяющих насыщенность расплавленного золота на теплоту шоколада, плескалось беспокойство. Уолкер ощутил, как внутри расплывается приятное тепло.
- Постарайся, - медленно подтвердил слова экзорциста Тики. - Потому, что без тебя я спать не лягу.
Аллен мягко улыбнулся, кивнул и, качнувшись вперед и запечатлев на губах супруга легкий поцелуй, скользнул в открытые Врата Ковчега. Тики по инерции качнулся за ним, не желая пускать теплые губы молодого человека. Его пальцы дрогнули, разжались, отпуская локоть Генерала. В лицо Удовольствия Ноя хлынула волна уличного воздуха, отдающего речной водой, - и сияние Портала потухло.
- Постарайся... - повторил Микк.
- Тики, все хорошо? - донесся до мужчины взволнованный голос Роад. Удовольствие Ноя обернулся: его "племянница" неотрывно смотрела на него, понимающе улыбаясь.
Не надо показывать девочке, что у тебя на душе, мелькнула у Микка мысль. Не нужно ей этого видеть...
- Да, все нормально, - Тики заставил себя улыбнуться, пригладил волосы. - Все просто замечательно.
Роад обхватила колени руками и отвела от собрата взгляд.
Не надо показывать "дядюшке", что она все видит и понимает. Не нужно ему этого знать...
