Игра с огнем

      Утро началось для Келли, как и несколько предыдущих, с чашечки кофе и тостов. Устроившись на террасе небольшого коттеджа, что стоял на берегу живописного озера, она наблюдала за тем, как в воздухе кружатся опадающие листья. В этом тихом и райском для нее лично уголке казалось, что осень только-только стала вступать в свои права, в отличие от города, где, благодаря людям, большинство деревьев было вырублено давным-давно. Здесь природа была настоящей, не испорченной технологиями и голографическими миражами, что аристократы частенько использовали в своих садах, имитируя кто тропики, кто лес, а кто и просто фруктовые сады. Настоящие деревья в городе зеленели редко и ценились высоко. Даже в саду родителей и то было их сравнительно не много, и стояли они только у забора, словно таким образом показывая благосостояние обитателей. — Уже проснулась? Дик подошел и, наклонившись, поцеловал сидящую в плетеном кресле девушку в щеку. — Да. Ты сегодня никуда не уедешь? Даже здесь, на отдыхе, Дик то и дело куда-то уезжал и с кем-то созванивался. Хоть Келли и не скучала, но все же волновалась и каждый раз ждала его возвращения с нетерпением, то и дело подбегая к окнам и проверяя, нет ли его еще возле дома. — Нет, сегодня я целый день с тобой. О работе буду думать, когда мы вернемся домой. Домой. Это слово отозвалось в душе Келли теплотой. Отставив чашку, она встала и, улыбнувшись, обняла Дика, прижавшись к тому. — Жаль, что это место не может стать нашим домом. Тихо проговорила она и еле слышно вздохнула.       Понемногу, день за днем, Ричард чувствовал, что Келли становится для него все роднее. Он и сам не мог понять, каким образом аристократке с достаточно своевольным характером это удалось. Но сейчас, стоя на террасе и прижимая к себе хрупкую фигурку, он чувствовал себя счастливым. «Смогу ли я позволить себе нормальную жизнь?» Гадал он и при этом же понимал, что в их случае подобное невозможно. Рано или поздно сказка должна закончиться, но какой у нее будет финал, это было никому неизвестно. Он почти ежедневно вспоминал Памеллу и Итона. Они обещали, что больше не покажутся в городе, но и в этом не было никакой уверенности. Что случится, если кто-то прознает о том, что жена министра не погибла в автокатастрофе со своим любовником, было страшно представить. «Стоило ли мне предупредить Итона о том, что Памелла - это в прошлом Виталия?» Вопросов было так много, но ни одного ответа. Он помнил тот день в кабинете у начальника, когда, угостив его кофе, Питер Баккер поведал ему историю Памеллы Арисон, а вернее Виталии Норден.       В семье Орсен и правда родилась дочь, которую родители окрестили Памеллой, но малышка оказалась слабой и прожила меньше месяца. Убитая горем мать и сама чуть не последовала за дочерью. Тогда, глядя на угасающую жену, отец не придумал ничего лучше, чем подменить ребенка. О том, кто истинные родители, никто не знал, в метрике было только имя Виталия Норден. Так Виталия стала Памеллой Орсен, а затем, когда выросла, то и женой министра. Эта тайна и осталась бы тайной, но каким-то образом министр узнал о том, что его жена не аристократка по крови, и решил от нее избавиться. Возможно, нашлись доброжелатели из семьи Орсен, возможно нашелся еще кто-то, кто знал истину и решил подзаработать на таких фактах. Итог был плачевен. Министр посчитал себя обманутым. О разводе не могло идти и речи. Приемные родители Памеллы давно были похоронены, значит, обвинить кого-либо в обмане и потребовать моральной компенсации он не мог. И он принял единственное, по его мнению, верное решение. Избавиться от жены так, чтобы ни кто не подкопался. Нет ее, и нет проблем. Все должно было выглядеть как можно более естественно. Считая, что с ним играли, он не хотел, чтобы ее просто убили. Министр решил, что и с Памеллой стоит поиграть. Ее же чувства и желания никого не волновали.       О том, что Памелла знает правду, Дик понял после того, как сопоставил факты и разговор в машине. Он не мог ее осуждать за то, что она хотела провести последние дни так, как возможно ей и было положено по рождению, а Итон, он просто подвернулся под руку и помог в какой-то мере им всем. Сейчас парочка должна уже была пересечь границу, Дик надеялся, что им это удастся. После разговора в квартире и разработки плана он передал им те деньги, что у него были, а так же сообщил, к кому можно обратиться, чтобы быстро получить нужные документы. — О чем задумался? — Келли, чуть отстранившись, заглянула ему в глаза. — Что тебя беспокоит? Девушка уже не раз демонстрировала, что отлично подмечает любые изменения в настроении киллера. Парень улыбнулся и покачал головой. — Ни о чем. Давай сегодня мы не будем думать ни о чем. Успеем еще. — Я принесла тебе проблемы. Отойдя, Келли оперлась руками о деревянное ограждение террасы и посмотрела вдаль. — Не говори ерунды, — Дик положил руку на плечо девушки, подбадривая ее. — Ты тут не причем. У меня есть работа, которую я должен делать, и ты знаешь об этом. Просто иногда я не согласен с мнением начальства. А такой вещи, как увольнение, в моем мире нет. Лично в моей сфере. «Не будет меня, не будет проблем. Ты же это понимаешь, но не признаешь. Почему? Почему я вечно приношу проблемы. Прости, Дик…» Казалось, они поменялись местами. Сейчас девушка полностью погрузилась в свои мысли и словно не слышала, что ей говорят. — Знаешь, -она улыбнулась, прислоняясь спиной к парню. — Ты лучшее, что случалось со мной в жизни. Правда. Благодаря тебе я на какое-то время поверила в то, что жизнь это не только золотая клетка и воля родителей. В то, что жизнь может быть по-настоящему прекрасной. Спасибо. — У всех бывают трудности, даже у аристократов. Но ты сильная и во всем ищешь плюсы, так и нужно, — потрепав девушку по волосам, Ричард поцеловал ее в щеку и, обняв за плечи, повел в дом.       Они понимали, что их связь безумна и опасна. Оба знали, что завязли, и при этом не желали разрывать ее. Шли дни, мягкий и добрый нрав Келли сглаживал непростой характер Дика. После возвращения в город это стало еще более заметным. Хоть Дик и покидал порой девушку, отправляясь выполнять задания, но он всегда возвращался. В своей второй квартире почти перестал бывать, да и в клубах его больше не видели. Но, видно не существует вечного счастья. В один из дней Келли пропала. Ничего не предвещало беды. Накануне девушка вела себя как обычно и, сидя у него на коленях, полдня строила планы на будущее, говоря о том, что в этом мире они могут доверять только друг другу и больше никому. Рассказывала о себе и завалила его вопросами о его прошлом, на которые он отвечал, стараясь не пугать и не шокировать девушку, осторожно подбирая каждое слово. Сначала Дик думал, что девушка просто вышла прогуляться. Затем, обойдя квартиру, понял, что и ее вещей тоже нет.       Ощущения сменяли одно другое. Непонимание, страх, злость, чувство, что его бросили, боль и, в итоге, наступила апатия. Он пытался ее найти, ездил и к ее дому, и пробивал через знакомых, но ничего не выходило. Девушка пропала. — Да не может же быть такого, чтобы не осталось ни одного следа, — пытался успокоить его по телефону Итон. — Ты что-то упускаешь. Подумай, как следует. Хоть я и не знаком с этой девушкой, но достаточно неплохо знаю тебя. С каких пор ты стал поддаваться эмоциям? — И что ты мне прикажешь делать? — Дик поудобнее устроился на диване и, включив телефон на громкую связь, открыл бутылку пива. — Начинать рыть заново. Если тебе, конечно, это нужно. Представь, что на нее у тебя заказ, а она сбежала. Как бы ты действовал? Дик слабо усмехнулся. Трудно представить Келли в роли своей жертвы. Хотя, он не исключал возможность того, что когда-нибудь и на нее кто-то получит заказ. — Спасибо, Итон. Сухо поблагодарив друга, киллер отключил телефон и задумался. Мысль о том, что девушку могли разыскать и увезти по воле родителей, появлялась у него и раньше, но в квартире ничего не говорило о том, что она ушла не по своей воле. «Что же произошло? Почему ты покинула меня, как только я стал привыкать к тебе?» Ответов у него не было, но и сдаваться так просто парень не собирался. Пусть и не сразу, но у Мерритта стала появляться уверенность в том, что даже если придется перевернуть весь город, он найдет ее.