Падший мир

Мир погрузился во тьму. Он больше не делится на черное и белое. Хочешь жить – борись, в противном случае ты погибнешь. Города охвачены хаосом, планеты горят в огне. Те, кто смог выжить, прячутся на кораблях в просторах необъятного космоса. Мир пал под натиском Безликих. Нас погубили не технологии, не знания, нас погубила алчность, безрассудство и неудержимое желание всевластия. Один правитель и три расы, более миллиарда лет существовавшие в мире и согласии друг с другом, в один момент стали злейшими врагами. Волна ненависти накрыла нас с головой и погрузила в пучину страданий. И все из-за одного человека. Лареанд – император. Когда - то он был эталоном храбрости, чести и милосердия. Под его правлением закончилась война, которая длилась не один миллион лет. Лареанд принял трон и поклялся в верности своему народу. Он нес нам идеологию мира, о которой мы так давно мечтали, пока его разум не отравили. Великий Тамуз – владыка темных миров. Он славился своими искусными речами, которые сходили с его лживого языка, как сладкий мед. Тамуз пророчил нам новую эпоху, шаг в будущее. Но на деле он, словно змей, отравлял мысли императора, подчинял его своей воле. И со временем Лареанд пал. Окутанный желанием неоспоримой власти, всесилием, он поддался. Что именно случилось, никто до сих пор не знает. Вскоре император умер. И тогда началась война. Нет, Тамузу не нужны были ресурсы нашего народа, деньги или власть. Он жаждал души. Из цветущего и нравственного народа мы превратились в животных, ведомых своими инстинктами и желаниями. Нас больше не интересовала мораль, не было запретов. Все, что когда-то считалось злом, стало добром и наоборот. Мир словно перевернулся. Мы потеряли самих себя. Перестали быть братьями. Теперь в чести были те, кто имел силу, деньги и не имел совести. Мы просто стали рабами собственных желаний. День за днем, убивая в себе человечность, напиваясь в барах, занимаясь сексом, убивая тех, кто нам не нравился по каким-либо причинам, мы помогали Тамузу. Посеяв в своих сердцах тьму, мы взращивали ее, напрочь забыв о толерантности. Но были и такие, кто пытался воззвать к нашей совести, к тем жалким остаткам. Правда, все попытки оборачивались лишь смертью… В итоге остались только те, чьи души уже нельзя было вернуть. Тамаз пришел со своей армией. Это были страшные неуловимые противники. Их движения были быстрыми, а удары точными. В глазах их была тьма, словно ты смотришь в бездну. В них не было ни жалости, ни сострадания. Они убивали всех, кто становился на их пути. Вырывали из рук матерей детей и забирали их с собой. Также было и с ней. Лилиану забрали, будучи еще совсем ребенком. Девушка мало что помнила из детства, лишь тусклый свет ламп, холодный пол и серые стены своей камеры. Но в самые тяжелые моменты своей жизни она отдаленно вспоминала свой город. Их тренировали, делая бойцами. Каждое утро, дверь камеры открывалась, озаряя комнату ярким, белоснежным светом. Каждое утро ее обливали ледяной водой и отправляли в столовую. После чего все дети шли на тренировки. Это не было похоже на военный лагерь, как может показаться с первого раза. Нет. Если у ребенка что-то не получалось, то его забивали палками. И если ему повезет выкарабкаться после таких травм, то он возвращался в лагерь, а если же нет - отправлялся в печь. С самого детства её учили убивать, делая из неё чёрствого солдата, готового подчиняться любым приказам. Они отравляли её душу, искореняли жалость и сострадание, выжигая их насилием, оставлявшим после себя всепоглощающую пустоту. До пятнадцати лет её заставляли тренироваться на своих сверстниках. Детям приходилось избивать до полусмерти тех, кто слабее. За невыполнение или проявление жалости их ждало суровое наказание, переживали которое далеко не многие. Их ссылали на планету Сарьена, без каких-либо припасов. Эта планета была сущим адом – днём температура поднималась до четырёх с половиной сотен градусов, поверхность покрывалась жидкой лавой. А ночью же – падала до абсолютного нуля. Единственное место, где можно было выжить – пещеры, уходящие вглубь планеты. В глубинах пещер можно было не только переждать жару или холод, но и найти питьевую воду. Но и в пещерах тебя поджидала смерть. Единственными существами, что смогли приспособиться к жизни здесь, были огромные ящероподобные существа, названные Тириколы. В высоту эти ящеры были до трёх метров, а в длину почти до десяти. Их шкура была способна выдерживать солнечные лучи и даже лаву. Но, природа не создаёт неуязвимых существ. Тириколы в темноте были слепы и старались ночью прятаться глубоко в пещерах. Так что если ты сможешь выследить ящера в паутине подземных ходов, то есть шанс, что ты застанешь его врасплох. И, если ты сможешь найти слабые места в их шкуре, то победа будет за тобой. После пары таких вылазок, Лиа перестала сопротивляться и приняла новую себя. Как ей не было больно, как остатки невинной души не кричали, разум принял решение. И в скором времени девочка стала девушкой и прекрасным бойцом. Ей был неведом страх, прощение или сожаление. Ей было неведомо неповиновение. Они сломали ее, сделали прекрасным орудием, в этой бесконечной не знающей пощады войне. Выполнение приказов стало ее жизнью, воля императора была ее путеводной звездой. Ее душа умерла… И теперь, когда Лиа была полностью готова, настал момент истины. Момент, после которого нет пути назад – посвящение. После долгих двадцати лет, она должна была вернуться домой. Лилиану высадили на большом холме, с высоты которого открывался невероятно красивый вид на ее родной город. Она обернулась и посмотрела на поднимающийся в небо шаттл, и снова перевела взор на город. Последний раз, когда Лиа стояла на этом холме, ей открывался невероятно захватывающий вид. Долина светилась ярким светом фонарей, домов, машин, неоновых вывесок. Сейчас город был охвачен огнем, некогда возвышающиеся дома стояли в руинах. Если ад где-нибудь и существовал, то он был сейчас прямо перед ней. Пламя, всепожирающий столб красных, оранжевых и синих языков сияли над городом, словно сам Дьявол решил одним присестом поглотить все, что ей было дорого. Было светло как днем, и Лиа отчетливо видела все – как горят дома, мимо которых она ходила, как горят ухоженные скверы, где когда-то гуляла. Огромные многоэтажные здания, что в ясные дни своими пиками разгоняли тучи на небе, сейчас походили на огромные свечи. От жара плавились пластиковые окна и навесные крыши кафе и ресторанов, резина, человеческая плоть. Она видела, как мечутся люди, напуганные и беспомощные. В небе огромными светлячками пролетали искры. Горячий ветер дул в лицо, и искорки попадали на незащищенные участки кожи, оставляя после себя красные обожженные язвы от своих горячих поцелуев, но Лилиана не обращала на это внимания. Этот огонь сжигал все, чем она когда-то дорожила, все, что она любила, оставляя внутри обожженные язвы, куда сильнее, чем те, что были на коже. Девушка присела на корточки и коснулась выжженной огнем земли. Раньше здесь росла трава, такая зеленая и приятная на ощупь. Сейчас же этот мир потерял все свои краски. Все, что окружает людей – серое небо и черная тьма. Никакого проблеска. Девушка начала спускаться вниз, направляясь к своему дому. От вида разрушенных домов, почерневших от копоти, сердце сжималось. Она не должна показывать свои чувства, ведь сделаешь одно лишнее движение – и тебя уже нет. Девушка знала, что они следят за ней. Они следят за всеми. Лиа осторожно продвигалась вглубь города, приближаясь все ближе к своему дому. Вот и магазин, куда она часто бегала за сладостями. А теперь все, что осталось от него – вывеска. Чем дальше шла девушка, тем сильнее хотелось кричать. Все, что окружало ее – черные стены, бесплодная земля, запах гнили и горящей плоти. Она зашла в ближайший дом и первое, что бросилось на глаза – череп. Еще совсем маленький. Первой мыслью было развернуться и сбежать отсюда. Но нельзя. Все было одинаковым – крыши не было, половина дома была полностью разрушена, а другая чудом осталась целой. В доме было пусто. Лиа полностью обошла весь дом, вернее то, что от него осталось, снова вышла на середину дороги и продолжила свой путь. А вот уже и знакомые улицы. В памяти снова появились те моменты, как она, будучи еще совсем беззаботным ребенком, бегала по ним со своими друзьями. Нагуляв аппетит, она возвращалась домой и садилась за стол, где ее уже ждал готовый обед, а рядом стояла мама, всегда улыбавшаяся, такая добрая и нежная. А теперь… Она не была хладнокровной убийцей, которыми был населен этот мир. Лилиана задушила своими руками много людей, в их числе были и дети, но не потому, что ей это доставляло удовольствие, а потому, что она была вынуждена. И как только девушка оставалась наедине с собой, перед ее глазами появлялись все те жертвы, которые погибли от ее рук, и ей становилось тошно. Лиа посмотрела прямо перед собой. Сердце пропустило удар и остановилось. Вот он, ее дом. Казалось, что сейчас девушка перейдет через порог и все станет как прежде. Ее с улыбкой встретит мама, обнимет, спросит, как дела, накормит и уложит спать. Но нет, этого не случится. Потому что ей предстояло убить ее. Лилиана стояла напротив своего дома не решаясь постучаться. Мама все еще там, девушка слышит ее неторопливые шаги, чувствует запах еды. Как же давно она не чувствовала вкус ее еды. Лиа осмотрелась вокруг. Ветер поднимал пыль и пепел, кружил их в воздухе, уносил далеко-далеко. Она будто сейчас слышит детские крики и смех сквозь густую пелену прошлого; девушка бы и сейчас побежала по дворам, поднимая свой взор к безоблачному небу, теряясь в своих мечтах. Лиа слабо улыбнулась воспоминаниям, но сразу же приняла серьезный вид. Девушка продумала каждое свое движение, она долго планировала этот день, и теперь было бы непозволительно так заблудиться в воспоминаниях. Все должно произойти быстро. Нет права на ошибку. Лиа неуверенно подносит руку к двери и стучится. Слышит шаги, маленькие и быстрые. Она и забыла их звук. Почти забыла, как выглядит мама, ее голос. Лилиана была ребенком, но до сих пор не простила себе эту ошибку. Сердце учащенно забилось, а воздуха стало катастрофически мало. Вот оно – волнение. Вот он – страх. А она уже забыла, что такое чувствовать. - Кто это? – совсем рядом раздался до боли знакомый голос. - Это я… Лиа, - последнее девушка произнесла шепотом. От одной только мысли, что сейчас она должна убить самое прекрасное существо, подарившее жизнь, становилось дурно. - Дочка, - вскрикнула мама и кинулась к ней с объятиями, - я так скучала! Милая моя! Я и не узнала тебя, - она отстранилась, посмотрела ей в глаза и провела ладонью по щеке, так нежно, по-матерински. - Мама, - девушка снова обняла ее, - прости меня, пожалуйста, если сможешь. Но я должна, - она всадила нож до самой рукоятки и почувствовала, как силы покидают ее мать. - Прости, - она посмотрела на маму, обмякшую в ее руках, которая, казалось, уже не дышит. «Лучше это сделаю я, быстро и безболезненно, чем это будет делать император Тамуз, долго и мучительно». Она мысленно повторяла эти слова, ища себе оправдание, хоть и понимала, что нет никакого оправдания тому, кто убил часть своей души. Внезапно девушка почувствовала сильную обжигающую боль в руке. Она знала, что это, но до последнего не хотела верить. В то, что они убили ее душу. В то, что теперь она – еще одна пешка в жестоких играх императора. Все внутри сжалось в один тугой комочек ненависти и боли, когда она увидела черную метку императора на своей руке. Теперь тьма поселилась в ее сердце. Та, что опустошает тебя, меняет навсегда. Ты переступил рубеж, ты продал душу дьяволу, оставив все мирское позади. Ты одинок, разбит, потерян. Ты просто уничтожен… идеальный кандидат. Теперь дело остается за малым. Собрать весь твой гнев, растерянность, обиду, боль и направить во блага императора. *** - Твою мать! Всем приготовиться! – прокричал пилот корабля. - Что происходит, Грей?! - Я не знаю! Не знаю! – ответил мужчина, судорожно что-то нажимая на панели управления. - Что это такое, мать твою?! – ошарашено спросила Лиа. - Да откуда же мне знать! Все приборы отказывают! Попытаюсь добраться до той планеты! - Твою мать! Последнее что успела увидеть Лилиана, это яркая волна энергии, окутывающая их корабль. После чего приборы корабля стали отказывать. Девушка села на место второго пилота и пристегнула ремни безопасности. Она смотрела в окно. Их корабли притягивало магнитное поле неизвестной ей планеты. Мгновение, и перед глазами все засветилось ярким огненным цветом, и это означало лишь одно - их корабль вошел в атмосферу планеты. Девушка очнулась от яркого света, что слепил ей глаза. Попытавшись пошевелиться, Лиа ощутила невыносимую боль по всему телу. С трудом повернув голову на своего пилота, она увидела лишь хладный труп. Собрав всю свою волю в кулак, Лилиана с трудом отстегнула ремень безопасности и попыталась встать с кресла. Как только она встала на ноги, то почувствовала, как плывет ее голова, в ногах ощущалась сильная слабость. Еще мгновение, и девушка рухнула на железный пол.