Мы все там будем.

- Я не собираюсь на тебя работать. Он даже не тратит лишние пару минут на раздумья, сразу выплевывает ответ ей прямо в лицо и с каким-то мрачным удовлетворением возвращается к работе. К непонятным занудным подсчетам финансов той жалкой компании, на которую он упорно батрачит день за днем. Насколько нужно быть твердолобым дураком, чтобы отказываться от столь заманчивого предложения? Она смотрит на него, как на умалишенного инвалида, изредка поправляя свои очки и ожидая каких-нибудь объяснений, оправданий или хотя бы извинений. Любому разумному человеку с первого взгляда будет предельно ясно, что согласиться на данное предложение – самый лучший для него вариант. - Дело не в том, что я не могу справиться с этой задачей. Она чертовски проста, - устало вздохнув, мужчина чешет затылок, - Я не хочу иметь дело именно с тобой. - И с каких же это пор? - отвечает она преувеличенно спокойным голосом. Другие рабочие пчелки, кажется, совсем не замечают невыносимого напряжения, повисшего в воздухе. Все так же продолжают упорно клацать по клавиатуре, не отводя глаз от экрана и постоянно меняющихся чисел. Ох, как же она ненавидит такие конторы. Эти бесполезные тюфяки, бежевые обои, искусственные цветы в горшках, запах дешевого кофе и, конечно, омерзительное «ваш звонок очень важен для нас». - Я не так часто прошу тебя об услугах, дорогуша. Он кривит губы в ответ, выражая свое негодование относительно тупых прозвищ. Котики, зайчики - все это было актуально раньше, а сейчас просто очевидно, что она всего лишь пытается его публично унизить. Напрасно, очень напрасно. Скрестив руки на груди, он поворачивается к ней: - Слушай, Пейшес, я не буду выполнять твои приказы. Думаешь, что стоит тебе снова заявиться, и я тут же брошусь в ноги невероятнейшей мисс Совершенство? Женщина снимает свои очки, опуская их на стол, совершенно и бесповоротно заляпанный коричневыми кругами от бесконечных кружек кофе. Ее аксессуар выглядит чрезмерно неестественно и нарушает всю органичность офисного мирка. Впрочем, все ее присутствие здесь кажется каким-то утрированным воплощением старых добрых шуток о вычурных дамочках, неудачниках и дорогих машинах, которые чаще всего никто не оценивает по достоинству. Что же поделаешь, если мисс Совершенство совершенно внезапно понадобилась помощь. Именно его. Именно сейчас. Так всегда бывает. Она наклоняется к нему чуть ближе. Ее декольте располагается прямо перед его лицом, а верхние пуговицы блузки как раз кстати оказываются расстегнуты. - Я всегда получаю то, что хочу, Псионик, - улыбка на её лице выглядит такой же фальшивой, как и пластмассовые драцены, щедро расставленные по всему офису, - Либо ты делаешь работу, либо я ищу тебе замену. Все просто, рыбка моя. Рыбка моя, чёрт возьми. Она продолжает это делать. Что ж, самое время для того, чтобы обдумать предложение, не так ли? Скрипя зубами, он именно этим и занимается. Разглядывает края её кружевных чашечек и просчитывает вероятности. Смотрит на черные тонкие лямки и ищет явные дыры в плане. Путает костлявые пальцы в ее ухоженных волосах и освобождает график на ближайшую неделю. - Амбиции рано или поздно тебя погубят. - он глубоко вздыхает, поднимая взгляд вверх. - Лучше умереть от амбиций, чем от старости и бесполезности прожитой жизни, дорогуша. Услышав в коридоре шаги, девочка в панике схватила Филомену, Силвию и мистера Джорджа в охапку и торопливо затолкала их в ящик стола. Мама не разрешала ей играть в куклы, хотя в остальном не ограничивала Вриску. У тебя должны быть с детства правильные приоритеты и никаких соплей. Но Вриска была бы не Вриской, если бы всегда слушалась и придерживалась правил. Итак, женщина, которую все в городе знали, как великолепную и несравненную Маркизу, пинком открыла дверь в комнату дочери. Она была чертовски пьяна, но в чрезвычайно хорошем настроении. Кислый запах перегара настолько силен, что можно было только удивиться тому, как Маркиза все еще на ногах-то держится. Отбросив грубую джинсовую куртку в сторону, женщина плюхнулась на постель дочки, смеясь во все горло: - Охуенный был денёк! - Что случилось, мам? - скривив губы от мерзкого запаха, спросила Вриска. Маркиза удивленно приподняла бровь, словно только что заметила малышку, а после с легкостью схватила её в объятия, несмотря на всяческие протесты: - Мамочка сегодня затопила конкурента, детка. – улыбка на ее губах растянулась зловещим оскалом. - А что значит «затопить конкурента»? - Это значит избавиться от какого-нибудь придурка, который мешает тебе жить. Покончить с ним, - женщина закатила глаза, будучи совершенно пораженной столь глупым вопросом, - Если хочешь жить, козявка, никому нельзя верить. Подставляй всех, ибо выигрыш в жизни главное. И еще - никаких друзей, только партнёры, которых ты потом продашь подороже! Это понятно? - Конечно, мам. – девочка вздохнула, мысленно прикидывая сколько еще она сможет прятать своих кукол. Солнце уже давным-давно висело высоко в небе, когда Вриска проснулась и со стоном размяла шею. Спать в кресле, с заряженным пистолетом, крепко сжатым в пальцах, и с трупом в соседней комнате - отстойно, но Серкет чувствовала, что просто сдохнет, если не отдохнёт хотя бы парочку часов. А вот теперь, вроде, и тошнить перестало, и зрение выправилось. Хотя ушибы все еще болезненно ныли при каждом движении, но Вриска тут не слабачка какая-нибудь. Сонно потерев кулаком глаза, девушка убрала пистолет в задний карман и поднялась со старого дивана. Нужно двигаться дальше, а для этого просто необходимо связаться с одной важной персоной. К счастью, у бывшего подельника в кармане нашёлся сотовый телефон, взамен разбитому в аварии. Стуча ноготками по экрану, Серкет быстро набрала номер, не переставая тщательно прислушиваться к происходящему в доме. Спустя с десяток гудков трубку всё-таки сняли: - Алло? - голос на другом конце казался скучающим и раздосадованным. - Это я. - хмуро пробормотала Вриска. - О, сестрыбонька моя! - скучающий и раздосадованный голос зазвенел от смеха, - А я слыхала, ты все еще в психушке тунцуешься с остальными неудачниками! - За кого ты меня принимаешь? Я выбралась оттуда, как только мальца улеглась шумиха! – возмущаться не было смысла, однако, Серкет просто терпеть не могла издевок. - Ха-ха-ха! Что ж, что ж, поверю тебе, так и быть. – голос хмыкнул. - Нам нужно встретиться. - Естественно, сестричка! – голос продолжал быть ехидным и раздражающим, - Ты знаешь, где меня найти. - Думаешь, по дороге к твоему излишне популярному заведению меня никто не поймает? - Предлагаешь мне учить тебя маскироваться? Я думала, что имею дело с кем-то не из безмозглых шестерок. Одиночный гудок объявил об окончании разговора. Вполголоса матерясь, Вриска разгневанно пнула кофейный столик. Тупая рыбная сука. Но, как бы то ни было, медлить и правда нельзя. Слегка пошатываясь, Серкет поплелась в ванную. Нужно было что-то делать, что-то менять. Казалось бы, зачем ей вообще все это. Зачем сталкивать с воображаемого трона ту Королеву. Зачем подливать масла в огонь революции. Все это не несло на данный момент совсем никакой выгоды. Хмуро уставившись в пыльное зеркало, Вриска сняла очки и, аккуратно сложив дужки, опустила на край раковины. Было бы неплохо, если бы Канайя была здесь. Подруга хорошо разбиралась в моде и могла бы гармонично и профессионально изменить чью-либо внешность до полнейшей неузнаваемости. Ведь, вполне возможно, что она уже мертва. Эта мысль, о которой Вриска так упорно не хотела задумываться, внезапно появилась и вознеслась на пьедестал в отношении всех прочих. Хрупкая высокая девушка с пронзительными изумрудными глазами мертва. Серкет знала её чуть ли не всю свою сознательную жизнь. А теперь, она, скорее всего, лежит в каком-нибудь из черных пакетов, совершенно голая и до невозможности бледная от потери крови. Сжав челюсти до отчетливого скрипа, Вриска опустила взгляд вниз. Она не хотела видеть, как дрожали ее губы. Милая, тебе должно быть плевать. Канайя сама виновата. Голос Маркизы настойчиво звенел где-то на периферии мозга. Неужели ты не помнишь, как я умерла, когда влюбилась в своего красавчика-подельника и, как полнейшая дура, доверила ему доступ ко всем своим делам? Он же убил меня, малышка. Ты не допустишь такой ошибки, так ведь? Конечно, мам. Сейчас нужно думать только о грядущей авантюре. Самое время сосредоточиться на ней, да. Потерев кончиками пальцев ноющие виски, Вриска сделала глубокий вздох и задумалась над тем, стоит ли ей вообще идти на встречу. Миина Пейшес была из тех, кому доверять нужно было в самую последнюю очередь. Дочь старшей Пейшес, почти законная наследница всех акций и владелица одного из весьма неплохих суши-баров, жаждала столкнуть свою властолюбивую мамашу с трона. И не просто столкнуть, а еще предоставить неплохой пинок для ускорения. Сотрудничая со столь влиятельной дамочкой, для Вриски открывались невиданные перспективы. Впрочем, все эти перспективы пока что были только в ее голове. Так или иначе, мысли о возможном богатстве вдохновили Вриску. Она порылась в подсобном помещении и, к своей радости, нашла тюбик краски. Кажется, какой-то мерзкий грязно-коричневый цвет. Не имеет значения. Морщась от запаха мертвечины, что уже основательно расползся по зданию, она выбрила висок старым, едва работающим станком, а потом перекрасила свои шикарные платиновые волосы в тот гадкий цвет. С новой причёской она больше походила на постоянных посетителей бара - панкух, которыми рыбосучка так стремилась себя окружить. Найти сменную одежду окровавленным шмоткам тоже не составило труда. Все нашлось в подвале, в старых и огромных коробках, куда сваливали добычу ее старые коллеги. Нацепив какую-то черную майку, Вриска натянула на себя джинсы и печально вздохнула. Наверное, она больше никогда не вернется в это место. Не то чтобы она будет скучать, но всё-таки огромный багаж воспоминаний связан именно с этим местом. Ладно, так или иначе, осталось еще одно дело. Быстро поднявшись на второй этаж, девушка уверенно схватила пальцами одну из коробок с большими пауками. - Приятного аппетита. - мрачно объявила Серкет и ухмыльнулась, вываливая пауков на разлагающийся труп того неудачника. Она чертовски любила всевозможных ядовитых тварей, и её забавляла возможность того, что её питомцы разбегутся по лесу и размножатся, постепенно захватывая его целиком. Кто бы мог подумать, что маленьким паучкам такое под силу?