Part of the Sky

Карандаш скользил по бумаге быстрыми уверенными движениями. Голубые глаза мгновенно улавливали детали выбранного объекта, чтобы потом с точностью запечатлеть их на странице альбома. Добавить ещё несколько штрихов, чуть-чуть подправить ластиком, растушевать подушечкой пальца, чтобы получить более мягкую линию или необходимую полутень... Портрет выходил из-под карандашного грифеля словно по волшебству, меж тем мысли Джастина витали где-то далеко — между сумеречным январским небом и тёмно-каштановыми волосами сегодняшнего красивого посетителя... Наверняка, они вкусно пахнут и очень приятны на ощупь. Жаль, парню никогда не узнать этого наверняка.  К вечеру посетителей в «Либерти» заметно поубавилось, поэтому Дэбби освободила Джастина от дальнейшей работы в его первый день. Дэбби. Именно её и решил нарисовать парень, потому что она, несомненно, была достойна того, чтобы с неё писали портреты!  Он слегка улыбнулся, снова обратив свой взгляд на эту невероятную женщину. Непокорные рыжие кудри, красные губы, массивные серьги, полосатая радужная жилетка, которая еле виднелась из-под огромного количества всевозможных значков, и лиловая футболка с крупной надписью «My gay son makes me so proud». Дэбби Новотны просто не могла не вызывать улыбку — не только из-за внешнего вида, но и потрясающей харизмы, чувства юмора, порой грубоватого, и удивительной материнской нежности и заботы, с которой она относилась, кажется, ко всем посетителям кафе любого пола, возраста и ориентации.  С первой минуты знакомства Джас проникся к ней симпатией. В своё время Дженнифер потребовалось немало времени, чтобы принять сына-гея (об отце, который вообще ушёл из семьи, и говорить нечего), поэтому парень слегка позавидовал сыну Дэб, которому, несомненно, повезло с матерью во всех отношениях.  - Как дела, Солнышко? - Миссис Новотны заглянула Джастину через плечо и всплеснула руками. - Мать твою! Это же грёбаное произведение искусства! Джастин, потирая немного уставшее запястье, придирчиво посмотрел на свою работу. Сказать по правде, он не слишком старался, рисуя этот портрет. Скорее, просто коротал время в ожидании, когда Дженнифер за ним заедет.  Слегка смущаясь, он выдернул лист из альбома и отдал его женщине.  - Я повешу это над стойкой, прямо рядом с доской для записей. Чтобы все видели, какой талантливый мальчик у нас теперь работает! - Дэбби дёрнулась, чтобы заключить Джастина в объятия, но вовремя вспомнила, о чём предупреждала её Джен. - Да я тут просто красотка! И лет на двадцать моложе - спасибо, милый! - Пожалуйста, - пожимая плечами, отозвался Джастин, не ожидавший такую бурю эмоций. - Как тебе твой первый день? Не устал? - Нет, - он мотнул головой. - Просто было непривычно.  - Если возникнут какие-то проблемы, сразу сообщай мне, хорошо, Солнышко? Здесь разный народ, могут ляпнуть лишнее, но все они, скажу тебе, настоящие принцессы и довольно безобидны.  Дэбби с улыбкой жевала жвачку и разглядывала сидящего перед ней мальчика. С самого начала она решила взять его под свою опеку и пообещала Дженнифер, что в меру своих сил будет помогать Джастину в преодолении его страхов.  Дэб уже вернулась к обслуживанию посетителей, когда сотовый парня зазвонил на столе, отобразив на экране «Мама». Джас сбросил вызов и стал неторопливо собирать со стола и складывать в рюкзак принадлежности для рисования.  - Завтра твой выходной, а в понедельник жду тебя в девять! - крикнула Дэб через всё кафе. - И, смотри, не опаздывай!  Джастин помахал женщине рукой и улыбнулся, стараясь вложить в эту улыбку всю свою признательность, которую он хотел, но никак не мог выразить. 

***

- И тут посреди пустыни возникает портал, и оттуда появляется Морфисто с лазерным мечом...Брайан, ты слушаешь? - Да, Морфисто с лазерным мечом, - на автомате повторил Брайан Кинни, просматривая биржевые сводки в газете. Он очень устал за прошедшую неделю, работая допоздна, и сейчас едва не засыпал прямо за столиком в кафе, привалившись плечом к стене. В который раз он убеждался, что дешёвый кофе не придаёт ему бодрости, а оказывает совершенно обратное действие. - Идёшь в «Вавилон» сегодня?  - Не знаю, - Брайан поморщился, откладывая газету и делая глоток уже остывшего напитка. - Мой новый клиент так затрахал меня за эту неделю, что никакие задние комнаты не нужны... Майкл Новотны рассмеялся над шуткой друга.  - Можно сходить в «Вуди», выпить по стаканчику. Расслабиться. Или, если хочешь, я приду к тебе вечером, закажем пиццу...? - Думаешь, твой муженёк тебя отпустит?  - Чёрт! - Майкл подорвался с места как ужаленный. - Я совсем забыл про него! Мы же договаривались пойти в торговый центр сегодня покупать Бену коврик для йоги. Сколько времени? Брайан мельком взглянул на наручные часы. - Половина шестого. - Всё, мне пора. Увидимся завтра?  - Вали уже, Майки!  - Я тоже тебя люблю, - Новотны быстро поцеловал друга и, путаясь в рукавах куртки и роняя подставку для салфеток со стола, скрылся за дверью. - Нет, ты посмотри на него! А прощаться с матерью у нас уже не принято? - закричала ему вдогонку Дэбби, гневно погрозив половником. - Никаких больше лимонных брусочков за счёт заведения! Брайан покачал головой и вернулся к своей газете и недоеденному бифштексу.  В очередной раз от чтения Кинни отвлекло что-то непонятное: это был грохот бьющейся посуды, последовавший за этим испуганный возглас Дэбби и взволнованные голоса посетителей кафе, загудевшие, как пчелиный рой. Ореховые глаза скучающе устремились к источнику шума и удивлённо расширились, обнаружив, что причиной суматохи стал тот самый парень, которого Брайан видел здесь ещё пару недель назад. Из-за аврала на работе Кинни почти не заходил в «Либерти» в последнее время, но сейчас нисколько не сомневался, что это был тот же официант-новичок, как-то раз приготовивший ему кофе.  Брайан сразу обратил на него внимание: всё-таки, мальчик — а ему едва ли было больше двадцати - был удивительно хорош собой. Пусть немного заторможенный, но тогда мужчина списал его странное поведение на неуверенность, вполне объяснимую в первый рабочий день.  Кинни наблюдал, как парня окружили люди, и как Дэбби повела сжавшегося в комок парня за стойку...  Блять, да что такое творится?  Потеряв терпение, Брайан бросил газету поверх своей тарелки и быстрым шагом направился в противоположный конец кафе, где всё произошло. Судя по валявшимся на полу осколкам и остаткам еды, мальчишка просто уронил поднос. Подумаешь, большое дело! С новичками постоянно такое случается. И максимум, что могут сделать за это с парнем - вычесть стоимость посуды из зарплаты.  И всё-таки неприятное предчувствие подсказывало Кинни, что дело не обошлось парой разбитых тарелок.  - Чего, блять, встали? - рявкнул он нескольким зевакам, ещё толпившимся возле барной стойки. - Драматический театр в двух кварталах отсюда! А здесь люди едят!  Ругаясь вполголоса и недоумённо переглядываясь, любопытные посетители «Либерти» начали рассаживаться по своим столикам.  Сам же Брайан зашёл за стойку, где стояла Дэб, и на корточках, обняв себя руками, сидел.... Джастин. Кинни прочёл его имя на бейдже, смутно припоминая, что он уже делал это в их первую встречу. Парень был очень бледен и, сжав губы, часто дышал носом.  - Что случилось? - вполголоса спросил мужчина у Дэбби. Тот факт, что при виде незнакомого мальчишки с остекленевшими глазами у него внутри затягивается болезненный узел, Брайан предпочёл проигнорировать.  - Я не знаю. Я была на кухне, когда всё случилось. Кажется, к нему начал кто-то приставать, а он... Брайан уже не слушал Дэб. Быстро плеснув в первый попавшийся под руку стакан воды из графина, он подал его Джастину. Тот охотно протянулся за водой и, сжав стакан обеими ладонями, сделал несколько судорожных глотков. Почти в тот же момент дыхание парня начало приходить в норму, только озноб продолжал периодически сотрясать его тело.  Кинни не знал, почему в этот момент узел в его животе начал ослабевать. И почему вид этого светловолосого невинного создания вдруг вызвал у него желание спасти, защитить... Такое незнакомое чувство, и совершенно чуждое ему, хищнику. Может, Дэб подсыпает что-то в местный кофе? Или он попросту перетрудился на этой неделе, и во всём виноват принявший хроническую форму недосып?  - Джастин, тебе лучше? - спросил Кинни, забирая у того стакан.  Очень медленно парень поднял глаза и неуверенно кивнул.  - Слава Богу! - Дэб перекрестилась и устало опустилась на стул. - Ты так нас напугал, Солнышко! - Солнышко, - скривился Брайан, собираясь уходить и забыть об этом происшествии, как о страшном сне, но женщина поймала его за рукав. - Брайан, мальчика нужно отвести домой. Его рабочий день на сегодня закончен, учитывая всё случившееся.  Брови Кинни поползли вверх.  - Ты же не собираешься предложить мне заняться этим?  - Так будет быстрее, чем если я стану вызывать по телефону его мать. - Дэб, мне кажется, на сегодня я уже перевыполнил свой план по благотворительности...И вообще у меня дела. Прости.  - Я никому не скажу, каким заботливым ты умеешь быть, жеребец, - не осталась в долгу Дэбби. - Ну, или скажу... Брайан знал, с какой скоростью слухи разносятся по Либерти, и возмущённо зашипел. Дэб меж тем уже рылась в своей сумке.  - Вот, - она протянула ему визитку Дженнифер. - С обратной стороны - его домашний адрес. Кинни неверяще смотрел на карточку, где шариковой ручкой было написано название улицы и номер дома. Джастин жил не так уж далеко от него. Какое странное совпадение... Обречённо вздохнув, Брайан взял в руку рюкзак парня и, перебирая в голове все известные ему ругательства, пошёл к выходу. Джастин безропотно следовал за ним, что показалось мужчине ужасным и очаровательным одновременно.  - Брайан, - Дэбби задержала его уже у дверей. - Только не трогай его, хорошо? - За кого ты меня принимаешь? - возмутился Кинни. Уж что-что, а приставать к этому мальчику в его планы точно не входило. - Ты не так понял. Вообще не прикасайся к нему. У него какая-то психологическая травма, от чего он не может выдерживать физический контакт. Кинни раздражённо передёрнул плечами и пошёл прочь из кафе, где у входа, переминаясь с ноги на ногу, его послушно ждал Джастин.  Брайан открыл мальчику дверцу машины, бросив резкое: «Пристегнись», и сел за руль, стараясь не думать о том, почему последние слова Дэбби легли на сердце неприятным осадком.