Из тысячи лиц узнаю тебя!

ГЛАВА 17 Утро началось с пробежки, упражнений на растяжку, гибкость. Потом последовали силовые упражнения. Надо сказать, что сила тела Милана была невелика. Видимо, мальчика совсем не тренировали, как других детей. К середине дня я уже десять раз облилась потом и еле таскала за собой ноги. Видя мои мучения, наставник Яхве только улыбался. Начинающие воины, что девушки, что парни, несмотря на то ,что их возраст был по двести ,против моих двухсот пятидесяти, были намного сильнее и выносливее меня. Но я делала морду кирпичом, и лезла за остальными. Не хватало еще упасть и расписаться в своей слабости. Да я, даже будучи женщиной, была выносливее, чем сейчас. Два часа восточных и латиноамериканских танцев после рабочего дня, это вам не просто так, влезло непрошеное воспоминание. А ведь я привыкла быть лучшей в группе. И в конкурсах участвовала и награды получала. А сейчас что? Так что стиснули зубы и вперед, к полосе препятствий. Когда это издевательство над моим телом закончилось и наставник отпустил всех обедать, я упала в тени ближайшего шатра и категорически не хотела шевелиться. Правда, когда меня накрыла еще одна тень от подошедшего человека, я подскочила, как ужаленная в ягодицу. Как будто и не умирала только что. Передо мной стоял наставник Яхве и внимательно меня рассматривал. -Как ты Милан? – в его голосе сквозило беспокойство. Я улыбнулась своей самой радостной улыбкой, падая обратно на песок. -Жить буду, наставник. -Тебе поесть нужно после таких нагрузок. На вот, моя жена передала. Мне на колени опустилась сладкая лепешка и кувшин молока. -Не передумал еще ко мне ходить? -Неа, - говорить с набитым ртом было не прилично, но я утром не позавтракала, боясь тяжести на тренировке, и поэтому сейчас готова была слопать слона – и не передумаю, не надейтесь, наставник! Внимательные черные глаза вдруг оказались на одном уровне с моими. Наставник присел передо мной на корточки. Я чуть в молоке не захлебнулась от неожиданности. Разве ж так можно подкрадываться. Дождавшись, пока я прокашлялась, наставник сказал. -А ты изменился, Милан. Совсем другим стал. Что-то случилось? -Ничего не случилось, наставник, сколько же можно тени своей бояться? -Ты и раньше не был трусом, малыш, но теперь ты стал решительным и даже немного безрассудным. -Вы так думаете? А я не замечаю. Вроде бы все как всегда. Говорю, а сама думаю как бы мне отвязаться от этого наблюдательного. Просят его изменения во мне замечать! Конечно я не Милан, но теперь уже ничего не поделаешь. -Как всегда, говоришь? А с братом и сестрой ты вчера подрался тоже как всегда? Раньше ты и мухи обидеть не мог. Я зыркнула на него исподлобно - пучеглазо и отвела глаза. -Значит, меня обижать можно, а муху нет? -Сейчас ребята соберутся и мы продолжим занятия, - резко переменил тему наставник. На мой не до конца придушенный стон он только засмеялся. -Тренироваться больше не будем. Я буду про виды оружия рассказывать, а потом вы выберете себе по руке то, что понравится. Мой полный облегчения вздох мужчина уже не слышал, так как скрылся за ближайшим шатром. После обеда наставник отвел нас в шатер, где было сложено разнообразное оружие. Здесь было собрано огромное количество колюще-режущего оружия. Оно было развешано сплошным смертоносным ковром на стенах, поставлено вдоль стен в стойках, или же просто лежало на полу. Своеобразный арсенал племени песчаных тигров. Оглядываясь по сторонам, замечаю, как у молодежи загораются глаза. Они как завороженные ходят вдоль стен, рассматривая оружие, понравившиеся экземпляры берут в руки, примериваются к весу. Одна я застыла на пороге с открытым ртом и обвожу взглядом шатер. Из середины собрания раздается голос наставника Яхве. -Молодые люди, - шесть пар глаз уставились на него – сейчас вы выберете себе оружие, пользоваться которым вы будете обучаться в будущем. Прошу подойти к этому вопросу серьезно. В дальнейшем наши занятия будут проходить с восхода солнца и до обеда. Потом вы будете заниматься своими делами. Если нет вопросов, приступайте. Я продолжала растеряно стоять на месте. Холодное оружие. Я всегда опасалась его. Могла на раз порезаться даже кухонным ножом, при нарезке колбасы. А тут оружие. -Милан, а ты что стоишь? – наставник подошел ко мне и потянул внутрь – иди, выбери себе оружие по руке. Я пошла по кругу, осматривая ассортимент. Ничего меня не привлекало. Я заметила несколько клинков, похожих на те, что хранились в моем шатре, но прошла мимо. Не мое. Я уже обошла почти весь шатер, так и не определившись с выбором, но тут случайно оглянулась на уже пройденный путь. Из небольшой кучки клинков, которая обосновалась между двумя сундуками, что-то сверкнуло желтым светом, как будто бы приглашая меня подойти ближе. Подойдя к кучке, я наклонилась и вытащила что-то на рукояти, чего сиял золотистый камень. Это было внешне похожее на трезубец с коротким древком, максимум на полторы ширины ладони, и удлиненным средним зубцом. Рукоять была обмотана кожаной лентой, на конце рукояти сиял золотистый камень. Боковые зубья образовали подобие гарды и были выгнуты наружу, как лепестки. Но лепестки эти так же были заточены. -Интересный выбор, мой мальчик, - наставник с интересом рассматривал мою находку – посмотри, навершие из гелиодора. Знаешь, что это означает? -Нет, - я с интересом крутила в руках свой меч. -Гелиодор является талисманом, оберегающим в пути жизнь странствующих. Посмотри, у твоего меча должен быть брат. Я начала осматривать другие виды и тут заметила блеск уже голубого цвета. Это меч оказался точной копией первого, только камень был другой. -Аквамарин, - наставник взял у меня из рук клинок - камень дружбы и любви. Он поможет простить обиды на близкого человека, его слабости и несовершенство. Как семейный оберег минерал поможет распознать недоброжелателей в окружении, снимет маски и покажет истинные лица завистников. Я в восхищении вздохнула. Я всегда была не равнодушна к драгоценностям, а здесь и красиво и полезно. Я поняла, что хочу именно это. Клинки были похожи на земной сай. Изящные и смертоносные, чуть длиннее моего предплечья. Именно то, чему я бы хотела научиться. Я взглянула на наставника, неуверенно улыбнулась и кивнула. Он меня понял правильно. -Я смотрю, ты сделал свой выбор. Конечно, обучение будет более сложным и долгим, но ты справишься, если не будешь лениться. Затем он хлопнул в ладоши, привлекая общее внимания молодых людей, уже выбравших себе оружие и теперь во всю делившихся впечатлениями. -Я смотрю, все уже определились с выбором. -Да, учитель, - слаженно ответили будущие воины. -На сегодня все свободны. Берите мечи с собой. Осваивайтесь. Жду вас завтра на рассвете. Опоздавшие будут строго наказаны. Теперь все свободны. Я выхожу из шатра - арсенала последней. У меня в руках два сая. Так я решила называть свои парные клинки. Придя в свой шатер, я положила оба клинка перед стеной с оружием родителей и расплакалась. Сама не знаю, почему, но мне стало жалко Милана, мальчика, который не успел в этой жизни ничему научиться. Слишком рано ушедшего за грань, не смотря на то, что никому ничего плохого не сделал. -Я отомщу за тебя, Милан, я сделаю их жизнь невыносимой! Поверь мне Джеро и Дейра получат свое! Не на ночь помянутые близнецы появились на пороге моего шатра. Я уже успокоилась и начала перебирать одежду для завтрашней тренировки, потому что сегодня мне не очень удобно было в белых штанах и светлой тунике с длинными рукавами. На завтра я нашла темно серые штаны, свободные, держащиеся на веревочном поясе и черную тунику, приталенную и без рукавов вообще. Волосы я решила собрать и заплести косу, а в перспективе вообще отрезать, чтобы не мешалась. Вещи я развесила на стене на специальных крючках. В это время циновка, служившая мне дверью, отодвинулась в сторону, пропуская не прошеных гостей. -Чем занимаешься, правитель племени? – брат встал у меня за спиной, по которой тут же побежал табун крупных и неприятных мурашек. -Делами занимаюсь, а тебе то что? – я резко повернулась к родственнику и задрала подбородок, стараясь выглядеть больше, чем на самом деле. -Ничего, просто мне не понравилось наше вчерашнее расставание, ты даже извиниться не пришел! Я задохнулась от такой наглости. За что это я должна извиняться. -А может быть он не умеет извиняться? – мелодичный голос сестры прозвучал из-за спины Джеро – мы должны его научить, брат. Ведь мы отвечаем за его воспитание. -Уходите, я не хочу с вами ссориться, - тихо сказала я – вас на выход? -Не нарывайся, щенок, ты еще за вчерашнее не ответил, – рык Джеро, наверное, было слышно на улице. Но никто не пришел мне на помощь. В семейные разборки влезать ни у кого не было желания. Брат схватил меня за волосы и подсечкой под ноги уронил меня на колени. После сегодняшней тренировки мои мышцы были мне плохими помощниками. Голова взорвалась болью, из глаз брызнули слезы. -Пусти меня – я вцепилась руками в руку брата, пытаясь выдрать его клешню из волос. «Отрежу нахер!»: пронеслось в голове. Но отцепится мне не удалось. Он задрал мою голову назад и ударил меня в солнечное сплетение свободной рукой. В глазах потемнело. Дыхание прервалось. -Посмотри, а это что тут у нас? – услышал я голос Дейры. Я почувствовала, как меня потянули за волосы в сторону. Проехалась на коленях, собирая ими коврик, за братом. Когда мне удалось отрыть глаза, я увидела, как Дейра держит в руках мои саи. -Не смей трогать! – я активнее задергалась в руках Джеро – это не твое, убери лапы от них! -Какой смелый мальчик стал, - промурлыкала сестра – что-то ты разошелся, нужно тебя проучить хорошенько. Сестра разворачивается и дает мне пощечину. Голова мотнулась в сторону, волосы натянулись. -Джеро, подними его! Брат вздергивает меня с кален и ставит на ноги. Чувствую, что из разбитой губы течет струйка крови. Ну все, она меня вывела. Воспользовавшись относительной свободой и эффектом неожиданности, я изо всех сил выбрасываю ногу вперед и попадаю девушке по колену. Она с криком опускается на пол, потирая ушибленное место. Это первый прием, который мне сегодня объяснял наставник. Вернув ногу на место, не поворачиваясь, бью локтем назад. Блиииин! Больно! Накаченный пресс это сила! Но для брата этот маневр тоже не проходит бесследно. Он отступает на два шага от меня. Не давая себе оглядеться, я огибаю пострадавшую сестру и выбегаю в ночь. Вслед мне не совсем приличные проклятия. Можно сказать подробные инструкции где, с кем, как и сколько раз. Я бегу к белому шатру шамана, зная, что там всегда много народу. Жители поселка удивленно оглядываются на бегущую растрепанную и явно побитую меня. Но я останавливаюсь только когда достигаю своей цели. Вход в белый шатер открыт, шаман ужинает в одиночестве. Рядом никого нет, это то, что мне нужно. Перехожу на шаг, немного выравниваю дыхание и изображаю вежливое покашливание у входа. Шаман отрывается от ужина и вопросительно на меня смотрит. -Добрый вечер, уважаемый Мунаш, могу я побеспокоить Вас в столь поздний час? – я виновато улыбнулась. -Конечно, проходи и садись Милан. Ты можешь приходить ко мне в любое время. Ужинать будешь? -Нет, спасибо, я не голоден. Только попить можно? – я опустился на соседнюю циновку около шамана. Мунаш протянул мне ковш с водой. От пробежки по селу у меня пересохло в горле. Шаман терпеливо ждал, пока я напилась. -Спасибо, уважаемый Мунаш, - я вернула ковш. -У тебя какое-то дело ко мне? Ты так торопился ко мне, что весь растрепался. Я почувствовал, что краснею. Наверное, тот еще у меня видок. Еще и рожа побитая. -Да, уважаемый, у меня вопрос. Что я должен делать. Дед оставил на меня племя, но смогу ли я управлять? -А ты хочешь? -Да! Я хочу оправдать доверие деда. Я не могу его подвести. Конечно, я понимаю, что вожаком должен быть самый сильный и мудрый воин, а кто я? -Если ты мне позволишь, я тебе помогу. -Я буду рад. Я не смел и надеяться на Вашу помощь. -Приходи завтра, я тебе все объясню. -С утра у меня тренировка. Я начал заниматься. -Ладно, буду ждать тебя после обеда. Хорошо, что ты пошел на обучение. Ты должен уметь постоять за себя. Кто наставник? -Яхве, наставник Яхве разрешил мне тренироваться у него. -Тебе повезло. Он лучший воин. А что у тебя сейчас случилось? У тебя кровь идет и синяк на скуле. -Ничего, - я попытался спрятать глаза, занавесившись волосами, но шаман так просто не отстал. -Давай я тебе обработаю боевые ранения, а ты мне расскажешь, что произошло. -Родственники в гости зашли, - буркнула я. Шаман обработал мне губу и скулу какой-то мазью, которая холодила, как мята. -Понятно, пошли я тебя провожу обратно. Раньше ты с ними никогда не дрался. Молодец, что отпор даешь, - похвалил меня Мунаш – только будь осторожнее. Все же они сильнее тебя и их двое. -Я все понимаю, уважаемый Мунаш, и буду вести себя осмотрительно, но и терпеть это больше не буду! Видимо я произнесла это излишне эмоционально, потому что шаман заглянул мне в лицо, изумленно-восхищенно подняв бровь. Потом хмыкнул и вышел на улицу. Я потопала за ним. Зайдя в мой шатер, мы хором застыли с открытыми ртами. В шатре все было перевернуто вверх дном. Сундуки открыты, одежда валялась где попало, оружие сорвано со стены, кровать перевернута. -Они сюда приходили? – первым отмер шаман – не слабо они тут повеселились. -Я уберу, спасибо, что проводили меня - я благодарно взглянула на Мунаша. -Будь осторожнее – еще раз повторил он и ушел к себе. А я принялась за уборку своего жилья. Хорошо, что они сундук с едой не тронули, а то многие ткани пришлось бы выкидывать. Уже лежа в кровати под тонким покрывалом поздно ночью, я задумалась о своей дальнейшей судьбе. Всего два дня прошло с того момента, как я очнулась в незнакомом мне месте. А кажется, что целая вечность. За это время я успела два раза подраться, сходить на тренировку, выбрать себе оружие и познакомиться с двумя нужными людьми. И все это время меня не оставляло чувство, что все это только роль, в которой я вынуждена играть забитого жизнью мальчика из дикого племени. Все, что я знала о племени, я знала от него, с его точки зрения. Что же я знаю о себе? Обрывочные сведения, всплывающие в памяти время от времени, не воспринимаются, как что-то чужеродное. Просто я знаю, что это так и никак иначе. Но полной картины о себе я не вижу. Кто я? Женщина, привыкшая жить в других условиях и вести себя по-другому. И я точно знаю, что не дам себя в обиду, хоть соплеменники мальчика и привыкли его притеснять, призирать или не замечать. Я это так оставлять не намерена. Активная жизненная позиция это мое все. Приняв одно из важных решений, я заметно успокоилась. Улегся сумбур в голове и появился холодный расчет как и с кем себя вести. Я всегда была лапочкой, если меня не трогали. Тогда я становилась дикой кошкой расчетливой и яростной. Но ведь сейчас я и есть кошка, вернее тигр, только не умеющий превращаться. Этот вопрос я тоже задам кому следует в свое время. Конечно, старая память чешется где-то на задворках сознания, но выцарапать ее оттуда я не могу. И не буду пока. Захочет, сама вернется. Теперь вопрос номер два. Я мальчик. Подросток, перешагнувший второе совершеннолетие. Я даже думать о себе должна, или уже должен, как о мужчине. Это трудно. В разговоре, говоря о себе, я немного подвисаю, когда нужно обозначить свои действия. Хорошо, что этого еще никто не заметил. Но когда нибудь это может случиться или я оговорюсь. Что тогда? Нужно тренироваться, даже в мыслях называть себя он. Вот сейчас и начну. Я зевнул и отвернулся к мягкой стенке шатра. Выработав дальнейшую линию поведения я, измотанный за день новыми впечатлениями и стрессами, заснул, как только мои глаза закрылись. С этого дня так и повелось. Я вставал с рассветом, легко завтракал, умывался и шел на тренировку. Наставник Яхве выкачивал из меня все соки физически. Потом я обедал, и мозги мне начинал полоскать шаман Мунаш. Политика клана, хозяйственные дела. С кем торговать, кого принять. Милану дед все это объяснял, но на практике это оказалось сложнее. К себе в палатку я приползал никакой, ужинал и валился спать, чтобы с утра начать все сначала. Брата с сестрой я почти не видел. Я не оставался один в течение дня, и у них не было возможности меня доставать. Это их только злило еще больше. Но я не унывал. Регулярные тренировки хоть и не прибавили мне много силы, но сделали тело выносливее, реакцию быстрее, ум при принятии решений острее. К концу второй седьмицы тренировки перестали быть в тягость, а приносили удовольствие. Я полюбил свои парные клинки и теперь всегда носил с собой на поясе. Иногда я даже разговаривал с ними, делясь своими мыслями по тому или иному поводу. Но, не смотря на полностью занятый день, я чувствовал себя одиноко. Кроме моих клинков, поговорить мне было не с кем. Иногда даже возвращаться в одинокий шатер мне не хотелось. Так бы и заснул бы прямо в шаманском. Но это было бы не совсем прилично. Приходилось идти домой. Вообще в последнее время в районе сердца поселилось какое-то беспокойство. Как будто я должен что-то сделать, или кого-то найти. Очень важного в моей жизни человека. Я должен бежать за море, на другой конец материка, куда угодно только бы встретиться. Так прошло две седьмицы, и вот еще солнце не встало, а меня уже растормошили и подняли с кровати. Старший и любимый брат Милана Абидеми вернулся домой. Но чувство потери не пропало. Значит, искать мне предстоит кого-то другого.