Учитель.

Несмотря на то, что усталость навалилась тяжелым грузом на плечи, КаЙе не смог уснуть. Он сидел у озера, всматриваясь в мелкие волны, тревожащие водную гладь. Он ни о чем не думал, ему и не нужно было. Он даже не заметил, что к нему подсел ИЕн, также начав смотреть на озеро. Повернувшись к нему лицом, КаЙе испугался, увидев неожиданного соседа. - Скоро рассвет, - говорит, улыбаясь, ИЕн. - Он здесь поистине прекрасен. Знаю по себе. Я был тут, когда только приехал из Америки... - он кладет голову на свои колени и смотрит вдаль. Немного подождав, он посмотрел на КаЙе, думая в тот момент, что отказаться от него не сможет, пусть хоть так, но ему нравится быть рядом с этим парнем. - Почему не спишь? - спрашивает КаЙе, хотя и без того понимает, в чем причина. - Думаю, по той же причине, что и ты... - между ними повисла тишина, которую никто не хотел нарушать, и так хорошо. ИЕн все время переводил взгляд с горизонта на КаЙе. Его интересовало многое сейчас. Будь он ближе, спросил бы многое, но сейчас и на один вопрос не хватает смелости. КаЙе же не переводил с озера взгляд, замечая, как постепенно светает, и лучи солнца начинают отражаться в водной глади. - Красиво, не правда ли? - улыбается ИЕн, смотря, как лучи словно щекочут воду, создавая рябь. - Да... - КаЙе, как завороженный, продолжает смотреть на появляющееся солнце и жалеет, что до этого в походах он,когда наступал рассвет, только ложился спать, пропуская подобную красоту. ИЕн поднимается, чтобы сходить за двумя банками энергетика, припасенными в рюкзаке. Вернувшись, он увидел все также сидящего КаЙе, а подойдя ближе, и вовсе разглядел на его спине шрамы. До этого ему ни разу не удавалось посмотреть на его широкую спину и уж тем более увидеть на ней шрамы. - Бери, - ИЕн подает баночку энергетика КаЙе и смотрит, как тот выпивает ее залпом. - Откуда шрамы? - решается спросить он, думая, что, в принципе, они в некоторой степени даже украшают, делая парня более загадочным. - Это все такие же, как ты, сделали, - КаЙе грустно смотрит на ИЕна и ждет реакции, поняв, что он сосредоточен полностью на нем, продолжил, - воспитатели. Так получилось, что они, ко всему прочему, были моими первыми учителями. Возможно, к другим у них отношение было вполне приемлемым, но ко мне они относились хуже, чем к дерьму, по-другому не скажешь, это, как мне кажется, из-за моего статуса. Я до попадания в детдом был ребенком влиятельных людей, а когда оказался там, то понял, насколько был глуп, думая, что моим желаниям будут потакать так же, как и дома. Для меня они сразу припасли твердый ремень и указку... - КаЙе отворачивается, чтобы не видно было нахлынувшие слезы разочарования, вспоминая, как вечно прятался в углах да под столами, чтобы его не трогали злые воспитатели. - Вот оно что... - ИЕн кладет свою ладонь на ладонь КаЙе и свободной рукой поворачивает лицо парня к себе. - Тебе ведь нужна поддержка, правда? - КаЙе кивает, ничего не говоря, когда ИЕн обнимает его. В сердце сразу что-то защемило, а слезы, хоть он и обещал, что не будет себя вести как сентиментальная девушка, так и бесконтрольно рвутся наружу. - Сегодня будем играть в вышибалы. Если хочешь, можешь представлять вместо меня их, всех тех, кто тебя бил, и бросать в меня мячом со всей силы, - ИЕн не знает, зачем ему это, ведь в результате он пострадает больше всего, но хочет хоть как-то помочь. Он, как никто другой, знает, насколько душевная боль может быть во много раз сильнее физической. ИЕн тянется ближе к КаЙе, когда тот смотрит ему прямо в глаза, и, убирая капли слез со щек, целует его в лоб. Младший был удивлен, но его сердце вновь будто прокололи миллионами иголочек, правда, ощущение сменилось. Было приятно. Несмотря ни на что, он искренне был рад почувствовать заботу от любящего постороннего человека, не учитывая девушку-модель. - Я пойду, - тем не менее КаЙе боялся. Боялся, что за добрыми поступками лежат злые намерения. Он, наверное, никогда не сможет искренне поверить в светлую любовь и бескорыстность окружающих. ИЕн отпустил, думая, что так будет лучше для обоих. Он бы затискал парня, как ребенок - маленького котика, но ведь кто-нибудь, в конце концов, скоро проснется, не поздоровилось бы им обоим.

***

Начались игры в вышибалы. ИЕн уже готов был к ударам от КаЙе, он бы вытерпел все, но младший не торопился. Каждый раз, когда он уже практически бил по мячу в ИЕна, чувствовал, что не сможет выместить злость именно на нем. Он постоянно кидал мяч в других, следя, чтобы и второй вышибала не попал в ИЕна. Когда остался последний удар, который должен был сделать КаЙе, друзья начали его задирать. Он разозлился и вложил в удар все силы, даже несколько перестаравшись. - Все хорошо? - спросил весь класс, увидев кровь, текущую из носа учителя. - Да, продолжаем, - улыбается ИЕн, вставая на место. Удары, которые делал КаЙе в последующем, были слишком сильными. ИЕн даже боялся, что не сможет продержаться до конца, но все прошло относительно хорошо.

***

- ИЕн, ты не спишь? - спрашивает ночью КаЙе, подходя к его палатке, предварительно убедившись, что все уже уснули. - Нет, - ИЕн поворачивается лицом к КаЙе и смотрит на него, еле улыбаясь из-за болящей челюсти. - Прости, - КаЙе достает из-за пазухи мазь и начинает аккуратно мазать ушибы ИЕна. - Я не обижаюсь, ты ведь не на меня злился, - говорит с улыбкой на губах ИЕн. КаЙе понимает, что он настоящее подобие ангела во плоти, не может ведь человек таким добрым...

***

В автобусе КаЙе сел рядом с ИЕном. Ему многое надо было прояснить, заодно и сказать кое-что. После долгого разговора, похожего на допрос, КаЙе быстро поцеловал в щеку ИЕна, взяв его руку в свою. - Мне кажется... мне кажется, что ты стал мне нравиться, - КаЙе краснеет и уходит вглубь автобуса.