Слишком подозрительно

      Всю ночь я не мог уснуть. Я все думал о Джерарде, о Линдси и... о ее еще неродившемся ребенке. Мне жаль Лин. Как только она вообще могла выйти замуж за такого уебка, как Джерард? Хотя, если подумать логически, то он раньше ведь таким не был. Это все из-за того сна. Что теперь делать? Мне он тоже приснился, но ничего такого не произошло со мной.       - Айеро, - слышу шепот Уэя. Как этот придурок незаметно прошел в мою комнату? Ну, почти мою.       - Что тебе? - холодно ответил я.       - Прости меня, - говорит. Боже, Уэй, ты серьезно?       - Отвали, - ответил я.       - Ты сам напрашиваешься, - уже более громче говорит Джерард.       - Отъебись от меня, - говорю спокойно. - У тебя жена беременна, а ты тут ей концерты устраиваешь, как конченная истеричка.       - Закрой рот, уебок малолетний, - шипит Джерард. Я лишь показал ему фак и подошел к окну, глядя на рассвет.       Не успел я вздохнуть или подумать о чем-либо, так меня Уэй насильно схватил за запястья и потянул в сторону кровати.       - Что ты творишь, мудак недоразвитый? - раздраженно чуть ли не кричу я. Нельзя кричать, Лин спит, а ей волноваться ни в коем случае нельзя.       - Буду свою злость выпускать, - шипит он. Я даже испугался, честно. Его глаза нездорово хищно блеснули. Черт, кажется, я попал.       В последующие мгновения, он разрывает мою футболку вместо того, чтобы снять ее. Разорванную футболку, а точнее, тряпки, что от нее остались, откидывает в сторону, припадая своими слегка холодными губами к моей обнаженной шее, засасывая кожу на ней, аки кровожадный вампир. И я оказался прав. Он прикусил кожу на шее, пуская кровь. Так, Айеро, кричать нельзя, Линдси не должна об этом вообще знать.       - Что, Фрэнки, нравится? - ядовито усмехается Джи. - Я знаю, тебе нравится, - шипит, как какой-то маньяк со стажем.       Притянув меня за бедра к своему паху, Джерард начал тереться об меня. Даже как-то противно становится. Он мною пользуется, как шлюхой. Боже, какой же я идиот. А идиот потому, что не могу его остановить; мне действительно нравится то, что он делает. Его грубые поцелуи уносят куда-то; туда, где только я и только он. В реальность меня вернула пощечина. Черт! Что этот уебок себе позволяет?       - Только попробуй заорать, сука, я тебя выпотрошу, как свинью, - вновь шипит он. Точно маньяк. И самое страшное - я поверил в его слова. Я решил подчиниться ему. Я люблю подчиняться ему. Кажется, мне пора в дурку.       Словом, Уэй уже раздел меня и сам разделся, оставаясь в одних джинсах. Я лицезрел его обнаженное тело. Нельзя сказать, что оно было идеальным, ведь слишком уж бледное тело мало кому нравится или не нравится вовсе. Но не мне. Для меня - это эталон красоты. Он припал к моей шее своими губами, вновь засасывая кожу, оставляя там весьма приличный засос.       Взяв меня за запястья, Джерард потянул меня на себя. И вот, я уже стою перед Уэем на коленях, а он встал на пол рядом с кроватью. Мне что, ему отсосать, я правильно понял?       Как только я потянулся расстегивать его ширинку, он вновь дал мне хлесткую пощечину. Уэй вытащил ремень из джинс.       - Вытяни руки, - приказал он мне, а я послушно подчинился.       Джерард туго перевязал мои запястья своим ремнем. Очень больно. Будто бы кожу разодрали и на раны теперь капают раскаленным маслом или спиртом.       Джерард схватил меня за волосы, знаете, как невыносимо больно. И мне, блять, это нравится. Я запрокинул голову, глядя Джерарду в глаза, тот лишь победно ухмыльнулся. Теперь он уже расстегнул ширинку, но джинс не снял. Какого хрена он без белья? Готовился? Какой предусмотрительный. Уэй начал медленно поглаживать свой член, глядя на меня. Вот же фак, он дрочит на меня. Рука все быстрее скользит по стволу, из головки выделяется смазка, он развратно и пошло стонет, а я стою перед ним на коленях с приоткрытым ртом. И не зря. Он без предупреждения резко вставил свой член в мой рот и начал просто иметь его, положив свои руки на мой затылок. Он вдалбливается в мою глотку, а я терплю все это. Слезы сами текут по щеками, он видит это, я знаю, но ему все равно на это. Я для него просто дырка для пользования, и меня это устраивает. Уэй отстраняет меня от себя. Слюни текут по моему подбородку, по щекам - слезы. Видя это, Уэй ухмыляется.       Он вновь начинает дрочить свой член, уже более громче и развратнее постанывая, я всхлипываю.       - Открой рот, потаскуха, - вновь приказывает он властным тоном, и я не могу не подчиниться. Я открываю рот и высовываю кончик языка, он же вновь засадил в мой рот свой член, а я, набравшись смелости, начал сам сосать ему, Уэй же дал мне свободу действий. Я, стоя с связанными руками, начал отсасывать ему в таком бешеном темпе, как он любит.       - Давай, шлюшка, с проглотиком, - облизнув губы, прохрипел Уэй. Ну, что ж, один раз живем!       Я вобрал его член в свой рот до упора, а тут уже глотательный рефлекс сам за себя сработал. Меня чуть не вырвало, благо, что Уэй не такой тупой, вытащил свой член из моего рта. Я кашляю, как при гриппе. Зачем только я позволил этому уебку выебать мой рот? Хотя, мне понравилось.       Он начал с остервенением дрочить себе и вскоре кончил мне на лицо. Некоторые остатки спермы он слизал с моего лица; некоторые подцепил пальцем и поднес к моим губам. Я облизал его палец, Джерард лишь ухмыльнулся. Сука, блять, я ужасно возбужден и хочу теперь выебывать этого самодовольного уебана.       Заметив мой стояк (ну а как же его не заметить-то!), Джерард с маниакальной улыбкой на лице проговорил:       - Сейчас это пройдет, - с этими словами он достал нож из кармана джинс. - Боль затмевает возбуждение.       Я уж было подумал, что он отрежет мой член, но благо, все обошлось. Он начал что-то вырезать у меня на ключицах. Гребанный маньяк. Ужасная боль пронзает мое тело, я чуть ли опять не плачу от боли. Удержаться тут нельзя. Закончив свое дело, Уэй взял небольшое зеркало со стола и поднес его ко мне, демонстрируя отображение его "творения" на моем теле.       - Ну как, нравится? - говорит. - Лично мне - очень!       На моих ключицах "красовалась" надпись или подпись... XoXog. Будто бы красными чернилами написали, но, увы, это не чернила, а кровь. Моя кровь.       Джерард вновь припал губами к моей шее, но на этот раз он целовал ее не так жадно, как предыдущие разы. Опустившись ниже, он начал слизывать кровь, надавливая своим мокрым языком на раны. Он был прав - возбуждение прошло.