Это всего лишь игра!

      Вечер — прекрасное время дня; после раскаленного, яркого солнечного дня пришло с долгожданной прохладой начало вечера, холодный ветер дул в лицо, а веки были закрыты; он представлял перед собой того, кто предал его, или же это был мираж воображения? Валтор облокотился о перила, слезы начали сами идти, надоедливый ком стоял в горле, он не мог простить себе такого унижения, он не знал, с кем ему быть. С тем, кто целовал так жадно своего слугу или же с жестоким, жаждущем мести королём? Валтор понимал, что Орител хочет завоевать его доверие, его сердце. Он не знал, для чего вообще он добивается его. С жиру бесится что ли? Он поклялся, что не будет его супругом, а уж тем более любовником. Даже если и он носит его ребенка под сердцем. Валтору пришла идея: Фобос должен принять придуманную смерть ребенка, Валтору обидно будет, если Фобос догадается, что ребенок не его, ему придется избавиться от малыша. Но малыш еще маленький и не заслуживает такого хамского отношения со стороны своего отца, но он должен понять, и поэтому Валтор вынужден родить его именно для Оритела, и бросить навсегда у него. Седрик ответил на поцелуй, такой нежный и такой жаркий, что голова кружится, он впервые получил свое от того, кого любил все два года, принц ответил на его чувства, ему даже казалось, что это самый лучший день. Фобос гладил торс своего подчиненного, и вдруг резко перевернул на живот. Седрик испугался, он же впервые окажется снизу, а ему хотелось лишь попробовать принца на ощупь, когда он отвечает, но Фобос все испортил. Альфа, он нежный, и не похож вовсе на альфу, и поэтому его чуть не тискают другие, у кого феромоны намного больше. Но на этот раз решил поставить себя именно как альфу, и требовал себя не путать. Фобос связал руки его бывшего слуги платком, и раздвинул ноги. Мода Меридиана, конечно, отличается от всех измерений, парни могли носить мантию без брюк, что и радовало альф, для них омегу так раздеть легче было. Седрик не был ни альфой, ни омегой, но был бетой — и тем и другим. Сейчас он чувствовал себя омегой, потому что зад горел, желая, чтобы в него вошли. И вот, Фобос издевается, проводит между ягодицами членом, стараясь украсть стон Седрика. Лицо Седрика покраснело от стыда, когда-то в такой позе он расставил Фобоса. И, похоже, это месть за украденную невинность его принца. Поэтому Седрик старался быть пай-мальчиком, чтобы удовлетворить своего господина. Фобос не стал издеваться над своим слугой, и вошел в него так резко, как когда-то он вошел в него. Седрик не ожидал такого от своего возлюбленного, но по меркам воспоминания, он являлся бывшим, но чувства все еще были к нему. Фобос вошел по самое основание, без подготовки и предупреждения, ласки закончились, и он безжалостно бил того по заднице, чтобы тот быстрее привык. Седрик не выдержал и заорал во весь голос, он – змея, а значит, в его функциях нет слёз. Он закричал, но не заплакал. Зрачки расширились от страха и боли. Руки тряслись, но Фобос приказал, чтобы тот стоял раком, ему хотелось лечь, но когда он пытался это сделать, его господин бил, а иногда дергал больно за волосы. Он и не знал, что Фобос такой мстительный. Закусив губу, он старался привыкнуть к острой боли, но Фобос не дал, и начал двигаться в нем, чем и вызывал душераздирающие крики. Седрик начал молить, чтобы тот немножко убавил давление на его тело. Боль и страсть — разные вещи. И поэтому, сейчас это было больше похоже на изнасилование, чем на секс. Его партнер просто не жалел, но змей это понимал, что посеял, то и пожал, а посадил в его любви он только месть. Фобос, не слушая его мольбы, продолжал двигаться, стараясь сделать большую боль своему партнеру. Седрик чуть не потерял сознание, но выдержал и дожил до пика привыкания, как-то умудрился стонать от такого. Жесткий секс был его фетишем, но сам он на себе не чувствовал, как это больно. Еще немножко, и принц не выдержал, и кончил в него, пачкая его тело. Фобос вышел, а Седрик вздохнул, понимая, что все закончилось, но не понимал, почему он не получил удовольствия от своей любви. Когда он хотел уже повернуться, то Фобос над ним держал меч. - Нет! Прошу, мой господин, не делайте этого! В глазах Фобоса была только жестокость, походу тот все еще не мог забыть тот день, когда змей облажался, желая получить принца. В его глазах это читалось. Его глаза говорили: -Как тебе? Понравилось? И не стал жалеть, и со всей силы ударил мечом по шее змея. Голова скатилась, следя кровью, от туловища лилась фонтаном кровь, у Фобоса вызвало это всего лишь усмешку. Он был рад, что избавился от такой мрази, как Седрик. Только змея способна любить, и делать гадости своей любви. Теперь между их с Валтором счастьем стоял король, который нес за собой уйму неприятностей и множество интриг. Орител способен всех выкупить ради своей цели, а цель его – Валтор. То ли месть за прошлое, то ли страсть одолела бедного короля, но принц Меридиана должен с этим покончить.