Игры

      Прошло две недели. Все это время Блэр провела в Париже, помогая матери готовиться к показу. Показ должен был состояться в Нью-Йорке, поэтому сейчас девушка сидела в первом классе самолета Париж-Нью-Йорк.       Серена и Нейт стали официальной парой, на зависть всему Ист-Сайду. Подруги созванивались каждый день, поэтому Блэр была посвящена во все подробности отношений. На все вопросы Серены про Чака Блэр лишь тяжело вздыхала и отказывалась отвечать. Но блондинка чувствовала, что подруга переживает и не может забыть этого засранца.       Чак в свою очередь, после возвращения из Монако, неделю не выходил из номера. Каждый день к нему приезжали новые девочки, ушло два ящика виски и немалое количество кокаина. Нейт пытался его образумить, пытался с ним разговаривать. Чак лишь отмахивался от него, а через неделю улетел в Европу. Блондины подозревали, что он поехал к Блэр, но ошиблись. Через несколько дней Чак вернулся из Праги, да не один.       Самолет приземлился, Блэр вышла одна из первых и направилась к ожидавшему ее автомобилю. Это был лимузин Нейта, рядом с которым стояла светящаяся блондинка с бутылкой шампанского в руках. - Блэээр!! – Завизжала Серена. - Привет, Эс! – Улыбаясь, ответила Би. - Как долетела? Залезай в лимузин! Едем к тебе или ко мне? – Тараторила блондинка, запихивая подругу в машину. - Я немного утомилась, хочется в душ и спать, – Блэр была как-то подавлена. - Хорошо! Тогда едем к тебе, шампанское и душ поднимет тебе настроение! А там решим что делать! Маркус, - обратилась она к водителю, - к пентхаусу Уолдорф!       Наступил вечер субботы. Вся элита Манхэттена, звезды кино и телевидения, европейские аристократы собрались на модном показе новой коллекции Элеонор Уолдорф. Перед зданием расстелена красная ковровая дорожка, и как перед церемонией вручения какой-нибудь премии, журналисты фотографируют и интервьюируют гостей. Хозяйка вечера с дочерью прибыла одной из первых, в сопровождении Сайруса Роуза.       Нейт Арчибальд приехал со своей девушкой Серенной Ван дер Вудсен и ее братом.       Уже практически все прибыли на показ, до начала которого оставалось 20 минут. Тут толпа оживилась, и все внимание переключилось к лимузину, который остановился у тротуара. Оттуда вышел молодой миллиардер и самый завидный жених Нью-Йорка, Чарльз Басс и его спутница, никому неизвестная блондинка. - Это кто? – Блэр, которая стояла в компании Нейта и Серены, шепотом спросила у своей подруги, указывая на вновь прибывших. Серена обернулась, и, увидев Чака, нахмурилась. - Он притащил ее из Праги, - поморщилась Эс. – Представляет ее всем как чистого непорочного ангела. Бррр!       У Блэр защемило где-то в районе сердца. Стало жарко, захотелось сделать глоток свежего воздуха и холодной воды. Ревность, ох уж эта суровая дама. Всегда приходит не вовремя, в компании своей лучшей подруги – Злости. В душе клокотало, обида заполняла сознание, Блэр так хотелось оказаться на месте этой незнакомой девушки. Но в то же время росла злость на Баса, на то что он притащил сюда свою новую любовницу, показать ей, что он не вспоминает о ней, что она была лишь штрихом к его портрету. Как ей хотелось вцепиться ногтями в его наглую физиономию. Но все это она не могла выпустить наружу. Не могла показать кому-то свои эмоции и мысли. Ее лицо должно оставаться приветливым и равнодушным. Она – невеста наследного принца, а не новая шлюха испорченного миллиардера. К тому же, они ничем друг другу не обязаны. Ну переспали пару раз, подумаешь. Они не в средневековье живут. Эти две недели Блэр уговаривала себя, что она вовсе не влюбилась. Нельзя так быстро в кого-то влюбиться, тем более что время за разговорами провели меньше, чем в кровати. Это просто животная страсть, похоть, влечение, эндорфины, черт в ступе, но не любовь. Однако сейчас она в очередной раз признала, что самовнушение, кажется не действует.       Чак же радостно позировал журналистам, показывая свою новую игрушку. Он сейчас был котом, который принес на потеху окружающим свой трофей, и крутил-вертел им как хотел. Но больше всего он жаждал, чтоб эту потеху заметила одна особа. Как он хотел вызвать в ней хоть какие-нибудь эмоции. Чтобы не было этого отвратительного чувства одиночества, равнодушия и брошенности. Он целовал висок своей спутницы, ища глазами ту, ради которой все это затеял. Лишь бы увидеть огонь в ее глазах. Ревность, ненависть, презрение! Не важно! Главное чувство! Тогда можно попытаться раздуть из него любовь!! Чак Басс, пытающийся раздуть пламя любви - этого Нью-Йорк еще не видел.       Начался показ, Блэр сидела между матерью и подругой, напротив сидел Чак и, плотоядно улыбаясь ей, гладил колено блондинки. Глаза Уолдорф-младшей горят огнем, а искры ярости вот-вот сожгут виновника злости. Игра Чака набирает обороты.       После каждого показа следует прием, на котором гости могут поделиться мнением друг с другом, с журналистами и с авторами шоу. Не отступила от традиций и Элеонор Уолдорф. Как только модели прошли по подиуму вместе с автором, гости поднялись с мест, шквал аплодисментов и публика начинает перемещаться по залу. Чак, схватив свой европейский трофей, потащил ее в сторону Блэр. - Блэр, как я рад тебя видеть! Позволь познакомить, - Чак подтягивает девушку за руку ближе, - моя подруга, Ева Купо. - Блэр Уолдорф, - по-королевски произнесла девушка. – Как вам показ? В вашей деревне, наверно, такого не бывает? – Блэр не сдержалась от колкости. - Ева из столицы Чехии, - Чак попытался защитить свою спутницу. - Не важно, где ты живешь, важно, откуда ты родом, - Блэр презрительно смерила девушку взглядом. – Извините, мне надо к гостям.       И, не дождавшись реакции Баса, она поспешила в другое помещение. Быстрее, только не оглядываться. Как только Блэр исчезла, Чак отпустил руку Евы. И, бросив ей что-то типа «извини», затерялся в толпе.       Блэр, пройдя через все залы, вышла на балкон. Здесь можно было глотнуть воздуха, освежить мысли и остудить сердце. Она стояла у края, любуясь городом. Вечер выдался прохладным, поэтому девушка обняла себя за плечи. Тут кто-то накинул ей на плечи пиджак. Аромат парфюма сразу выдал его хозяина. - Заболеть хочешь? – В голосе была забота, смешанная с угрозой. - Что тебе надо, Чак? – Блэр начала нервничать, поэтому продолжала смотреть на город. - Ты, – Чак выдохнул это неожиданно для обоих. Девушка обернулась к нему. – Я думал о тебе постоянно. – Чак смотрел в глаза девушке. – Иди ко мне, прошептал он.       Притянул к себе свою хрупкую добычу и нежно коснулся губами ее губ. Его слова затронули самые потаенные струны души, и девушка ответила на поцелуй.       Блэр прервала поцелуй, и грустно посмотрела на Чака. - Не надо, - девушка хотела сделать шаг назад. Но парень держал ее. Он опять попытался притянуть ее к себе. - Чак, я прошу тебя, отпусти. - Не могу. Я не могу тебя отпустить, - Басс обеими руками держал девушку. - Почему? - Голос девушки стал тише. Она смотрела в его глаза, ожидая важных слов, серьезной причины, по которой он не мог ее отпустить. - Я ... Я... - Чак не мог произнести того, что чувствовал на самом деле. - Я хочу тебя, выдохнул он. Искры в глазах Блэр погасли. - Прости, но это недостаточная причина, - голос предательски дрогнул.       Она дрожала. Не от холода, ведь его пиджак согревал ее. От бессильной злобы, от того, что нафантазировала себе за несколько минут "долго и счастливо". А он же Чак Басс - похотливая скотина, которому плевать на чьи бы то ни было чувства, кроме своих. А у него они ограничиваются набором физических потребностей, плюс деньги и алкоголь. - Но ты ведь тоже хочешь! Не скрывай этого! - Чак начал исступленно целовать ее лицо, особенно глаза. - Я вижу это в твоих глазах, я чувствую это. - Басс пытался доказать, что причина серьезней некуда. Блэр сглотнула. Ей было тяжело ему противостоять. - Да. Ты прав, - она опустила голову, - хочу. Но не могу. - Блэр замолчала, ей тяжело было это говорить. - Я помолвлена, Чак. - Боже, и зачем она согласилась на эту свадьбу, она не любит Луи, не любит. - Я не буду все ломать из-за простой животной страсти, - гордо вскинула голову. - Но это не просто страсть! - Чак начинал злиться, она что, ничего не понимает?! - Да? - В глазах Уолдорф заплясали огоньки, - Тогда что? - Почти крик - Скажи мне Чак, скажи, и я все брошу, - голос все тише. - Назови мне серьезную причину, и я - твоя, - шептала девушка, держа лицо парня в руках. Она смотрела своими шоколадными глазами и ждала. - Я ... Я ...., - слова застревали комком в горле. - Прощай, Чак. Видимо, ты способен только на то, что бы сдать меня Луи. - Грусть и злоба перемешались в душе девушки. Ей хотелось плакать, кричать, и разорвать ногтями это такое любимое (любимое???) лицо. Но она только отпустила парня и развернулась, что бы уйти. - Стой, - Чак схватил ее за локоть, - я не делал этого. Почему ты мне не веришь? - Глаза Басса потемнели. В них сейчас была ярость на самого себя и злость, что Блэр не верит ему. - А почему должна? - Блэр скривилась в усмешке. - Но я действительно не рассказывал ничего Луи, - парень казался искренним. - Тогда кто? Кто еще знал про нас? - Блэр начала нервничать, из-за того, что свидетелей могло быть много. - Понятия не имею, но я выясню. Обязательно выясню! - Парень вытащил телефон из кармана и стал набирать номер. Блэр воспользовалась тем, что он отпустил ее, и быстро направилась к залу. Чак не сразу заметил пропажу. Но и бежать за ней уже было поздно. - Ничего, я все выясню, и ты будешь моей, - прошептал парень, пока слушал гудки в трубке.