Эра Мародеров.

Песня: Paramore - Ain't it fun. За час до последних событий. Сириус Блэк сидел на берегу Черного озера, у самой опушки Запретного леса, кидая камешки в воду и глядя на лучи заходящего солнца. Конец апреля выдался совсем теплым, только под вечер начинал подниматься прохладный ветер, шевеливший пряди черных волос на голове у Сириуса. Вообще-то сейчас он должен был находиться в Общей гостиной Гриффиндора и готовиться к приближающемуся С.О.В. вместе с остальными пятикурсниками, но лень потянула Блэка сюда, на залитый лучами берег, где мысли о семье и друзьях могли свободно заполнять его голову, не боясь, что кто-то им помешает. Не имея ни малейшего представления о том, сколько часов он провел на улице, Сириус внезапно очнулся от внутренних терзаний и мрачных перспективах провести оставшуюся жизнь в одиночестве. Оглянувшись, он не увидел никого из той толпы, что, казалось, совсем недавно разгуливала по окрестностям Хогвартса, да и солнце почти исчезло с горизонта. Окна Большого зала призывно горели ярким светом, и в них были видны длинные столы, уставленные всевозможными яствами, которые поглощали, шумно переговариваясь, ученики в черных мантиях. Сириусу совершенно не хотелось идти туда и весь ужин терпеть жалобные взгляды Хвоста, однако пустой с самого утра желудок предательски заурчал, и Блэку ничего не оставалось, кроме как отправиться в замок, по пути представляя аппетитный пирог с почками и стакан холодного тыквенного сока. На улице совсем стемнело. Сириус двинулся вдоль опушки, надеясь пройти через тропинку ко входу в Хогвартс, как вдруг услышал хруст поломанной ветки. Этот звук отчетливо раздался в вечерней тишине и заставил Сириуса замереть на месте. Его рука рефлекторно выхватила из кармана мантии палочку. - Люмос. - На ее конце зажегся тусклый огонек, осветивший максимум пару-тройку сантиметров вокруг. - Кто здесь? На мгновение наступила давящая тишина, после чего из темноты вдруг раздалось: - Остолбеней! Звук упавшего тела оповестил Белатриссу Лестрейндж о том, что ее заклятие сработало, и она выступила из тени деревьев. Ее огромные черные глаза, горящие безумным огнем и страстью, четко выделялись на бледном лице с тонкими бровями и пухлыми красными губами. Она откинула прядь кудрявых волос за спину и вгляделась в темноту. - Регулус? - шепнула она и выставила вперед палочку. Снова треснули ветки и зашуршали листья под ногами, а затем перед Беллой появился Блэк-младший, с ужасом уставившийся на тело старшего брата. - Сириус?! Как он... - Его голос сорвался. - Это уже твоя забота, не моя, - пожала плечами Лестрейндж. - Он путался под ногами, вот я его и оглушила. Регулус сглотнул и отвел взгляд в сторону. Его лицо приобрело оттенок мела. - Темный Лорд велел передать тебе это, - вкрадчивым тоном продолжила ведьма. - Признаться, я была недовольна, что к тебе отправляют меня, словно я дешевая сова. И в следующий раз только попробуй опоздать, отделаешься не только Круциатусом. Регулус кивнул. Белатрисса протянула ему небольшой сверток, тщательно закрытый со всех сторон. - Не открывай и не трогай, - приказала Белла, глядя на парня из-под тяжелых век. - Просто подсунь какой-нибудь грязнокровке и дело с концом. - Тогда... Тогда Темный Лорд доверится мне? - осмелевшим голосом спросил Регулус. Белатрисса усмехнулась. - Тогда и поговорим. В следующую секунду она исчезла. *** - Как это произошло? Где вы его нашли? Что вообще случилось? - Джеймс заваливал Питера и Марлин вопросами, пока вся троица неслась по направлению к Больничному крылу. - Возле Запретного леса, - дрожащим голосом ответила Марлин. - Мы с Питером решили прогуляться перед ужином и уже возвращались в школу, когда увидели его... Он лежал на спине, и на миг мне даже показалось... Марлин умолкла, еле заметно вздрогнув. Питер, который был белее мела, только скованно кивнул. - Кто это сделал?! - почти выкрикнул Джеймс, врываясь в Больничное крыло. - Тише, Поттер! - Мадам Помфри, крутящаяся возле койки, на которой лежала маленькая девочка, возмущенно взглянула на ребят. - Смени тон, тогда возвращайся. - Извините, - процедил Джеймс. - Я хотел узнать, как там Сириус. - С мистером Блэком все в порядке, - успокоившись, ответила целительница. - Заклятие оглушения не наносит серьезного вреда. Правда, при падении он, вероятно, ударился головой, но это вполне поправимо. Ночь ему придется провести здесь. Это все, что вы должны знать. - Кто это сделал? - тихо спросила Марлин, нервно теребя локон волос. - Спросите у профессора Дамблдора. Насколько я знаю, это он отвечает за безопасность наших учеников. - Можно нам увидеть Сириуса? - спросил Джеймс, взлохмачивая волосы. Мадам Помфри сурово оглядела троицу и кивнула. - Но только на пять минут, - пригрозила она, - не то вы перебудите всех больных. Ребята согласно кивнули. - С ума сойдешь с этими гриффиндорцами, - проворчала женщина и вернулась к своей маленькой больной. Сириус лежал на предпоследней койке с полуоткрытой ширмой и хмурился, глядя в окно. - Привет. - Джеймс неловко взъерошил лохматые волосы. - Как ты? - Замечательно. А ты? - Голос Блэка был пропитан иронией. Заметив, что Джеймс собирается ответить на выпад не менее язвительно, Марлин выпалила: - Значит, оглушающее заклятие, слава Богу, было не таким сильным? Сириус перевел взгляд на нее, и его лицо смягчилось. - Видимо, нет. Что вам здесь надо? - Мы пришли спросить, как ты себя чувствуешь, придурок. На тебя вообще-то напали, если ты не заметил, - съязвил Джеймс. - Серьезно?! - начал заводиться Сириус. - А я и не знал... Спасибо, что просветил, Самый-Умный-И-Добрый-Поттер. - Вам не надоело? - устало проговорила Марлин. - Ругаетесь как старые супруги во время кризиса среднего возраста. Я пошла спать. Выздоравливай, Сириус. - Что такое "кризис"? - озадаченно переспросил Хвост, но, заметив взгляды друзей, тут же умолк. - Я... эм... пожалуй, тоже пойду. Как только Хвост скрылся из виду, Джеймс повернулся к Сириусу. - Марлин права. Тебе не надоело язвить и ненавидеть весь мир? - А тебе какое дело? - огрызнулся Сириус. - Хочу и ненавижу. - Ты ведешь себя как маленький ребенок, - разозлился Джеймс. - Бегать за тобой и уговаривать помириться, как будто нам по пять лет, я не буду. Удачи. Он развернулся и ушел. - Ну и катись к черту, - громко проговорил Сириус, но легче ему от этого не стало. *** - Что ты задумал? - спросил Эйвери, застегивая под подбородком школьную мантию и повязывая поверх нее слизеринский галстук. - Все ушли, теперь ты можешь мне нормально рассказать. Регулус оглянулся и плотно закрыл дверь. - Мне нужно убить грязнокровку. Теперь, когда он сказал вслух слова, которые мучили его на протяжении всей ночи, они перестали казаться ему такими страшными. Убить грязнокровку. Ну и что в этом такого? Белатрисса таких "осквернителей чистой крови" убивает по пять штук в день, чего же бояться ему? - И кого ты выбрал? - спросил Эйвери, и Блэку-младшему показалось предвкушение в его голосе. - Хорошо бы Эванс, она так много выпендривается на приемах у Слизнорта... - Это будет не Эванс, - перебил Регулус. - Это Марлин МакКиннон. - Почему она? - недовольно спросил Эйвери. - На кой черт она тебе сдалась? Выбери кого-нибудь, кто действительно позорит волшебников. - Любая грязнокровка позорит нас, - отрезал Регулус. - Я решил, что это будет МакКиннон и это не обсуждается. - Ладно, как знаешь. А как ты это сделаешь? Не будешь же стрелять Авадой прямо перед носом у Дамблдора? - Конечно, нет. - Регулуса даже передернуло от такой перспективы. - Темный Лорд сам позаботился об этом. Он открыл ящичек возле своей кровати и достал сверток, тот самый, что вчера вечером получил от кузины. - Вчера Белатрисса передала мне это. - Белатрисса была здесь? - У Эйвери от восторга загорелись глаза - она всегда ему нравилась. - Это она напала на Сириуса? - Да, - тихо ответил Регулус. - Она велела не открывать, а просто подсунуть его грязнокровке. - И что будет, когда МакКиннон сдохнет? - Эйвери раздирало от любопытства. - Темный Лорд наконец-то доверит мне важное задание. - Регулус надменно вздернул подбородок. - Он пообещал мне это. И я ему верю. До сих пор я нахожусь в его рядах только потому, что я - кузен Белатриссы, и он уверен, что не предатель. Но смерть грязнокровки решит все, и я заслужу его уважение. Регулус кивнул, словно убеждая в этом самого себя, и его губы расплылись в улыбке, не предвещающей ничего хорошего.