Переплетение судеб

- Она вообще дышит? Целый час уже не можем её разбудить… - Она просто устала и очень крепко заснула. Бедная девочка была не готова к такому. Просто оказалась не в том месте, не в то время. - Люди нередко умирают во сне! - Реджина, что за разговоры! Я четко слышала отдаленные голоса, но проснуться не получалось. Мысли текли медленно, будто густой мёд. Сны приходили один за другим. Хоровод видений кружил меня, словно листок на ветру: Генри лежит в лодке, бледный и неподвижный; Питер Пэн стоит на горе из костей; я стою на краю скалы и кричу, кричу, но меня никто не слышит. Веки словно приросли друг к другу. .... Я медленно разлепила глаза. Над головой раскинулось голубое небо с белыми облаками. Я зажмурилась и снова открыла глаза. Черт! Я всё ещё в Нэвэрлэнде. Значит, встреча с Пэном была не сном. Ох, как жаль. Я с трудом села. Болело везде, особенно шея, под затылком. Я осмотрелась. Реджина нервно ходила взад- вперед и раздраженно кидала взгляды на сидевшую перед огромным камнем Эмму. На камне лежал какой-то непонятный листок бумаги. Видимо, я опять что-то проспала. Как всегда. - Пэн всё играет в игры, - серьёзно сказал Крюк, который сидел на огромном валуне напротив Эммы. - Какие? – раздраженно воскликнула Реджина и указала рукой на пустой лист бумаги. – Здесь ничего нет. - Если он сказал, что на пергаменте карта – она там есть, - уверенно сказал Крюк, сжимая и разжимая руку в кулак. И снова Питер Пэн. Этот мальчишка преследует меня. Значит, он приходил не только ко мне. И что ещё за карта? Теперь я запуталась ещё больше. Эмма сидела, подперев руками лицо и внимательно вглядывалась в карту. - Ладно, - устало вздохнув, сказала она. – Честно признаюсь себе кто я, чтобы это не значило, и она проявится. - Откуда нам знать, что Пэн не приготовил нам ловушку? – спросила Реджина, сузив глаза. - Ему это не нужно, - сказал Крюк, вставая со своего места. – Весь этот остров – сплошная ловушка. Я непонимающе хлопала глазами, пытаясь понять, что происходит. Сейчас, я чувствовала себя настоящей тупицей. - Нет никаких следов! – послышался голос Прекрасного и вскоре он и Снежка, размашистым шагом вышли из леса. Все были взвинчены и взволнованы. - Что здесь, черт возьми, происходит?- не выдержав, непонимающе воскликнула я и вскочила со своего места. Удивленные лица всех присутствующих тут же обратились ко мне. Мне показалось, что они только сейчас вспомнили о моем присутствии. - Не суй нос не в свое дело, - раздраженно фыркнула Реджина, удостоив меня пренебрежительным взглядом. - Если я здесь, значит это и мое дело, - резче чем рассчитывала, сказала я. В глазах Королевы вспыхнуло яростное пламя. Внутри меня появилось липкое и мерзкое чувство страха, но я старалась не показывать этого. - Дамы, сейчас не время ссорится, - встав между нами, примирительно сказал Крюк. Напряжение между нами всё нарастало. - Алисия, сейчас действительно нет времени на рассказы, - массируя пальцами виски, устало сказала Эмма. Моя злость сменилась на обиду. Я разве так много прошу? Я конечно совершенно не вписываюсь в их компанию, но раз уж так получилось, и я оказалась здесь, с ними, втянутая во все это, разве я не имею права хотя бы знать, что происходит? Неужели я многого прошу? - Да пошли вы все! – зло выплюнула я ,и, психанув, скрылась за густым кустом, чтобы некоторое время побыть в одиночестве и привести свои мысли в порядок. Но далеко отойти я не успела, так как кто-то крепко схватил меня за руку и повернул к себе лицом. Это был Крюк. - Отпусти! – рявкнула я и попыталась высвободить руку. Но пират держал меня крепко, поэтому мои старания высвободить руку были тщетными. - Сейчас не время истерить, - спокойно сказал он, пытаясь поймать мой взгляд. Но я упорно избегала встречаться с ним глазами. - А когда будет время? – с издевкой в голосе произнесла я. - Идем обратно,- серьёзно проговорил Крюк,- Побудешь там, пока мы не вернемся, а после, мы все тебе объясним. - Вы хотите оставить меня одну? - Алисия, - пират тяжело вздохнул. – Мы не можем тебя с собой взять. Это опасно. - А оставлять меня одну – это не опасно?- задыхалась я от гнева. – Боитесь, что я буду мешаться у вас под ногами? Думаете, что я ни на что не способна? Внезапно я почувствовала, что вот-вот взорвусь… Мною двигали гнев и обида. Крюк был в растерянности. Он никак не ожидал от меня такого порыва. - Алисия… В моих глазах вскипели жаркие слёзы. - Отпусти меня и вали ко всем остальным! Я больше видеть вас всех не могу! Вы все меня раздражаете, чертовы герои! Да вам вообще наплевать на меня! Я сама найду Генри, ясно вам?! Сама! Я грубо пихнула Крюка в грудь. Опешив, он потерял бдительность, и я воспользовалась этим моментом, чтобы избавить свою руку от его цепких пальцев. Да, я прекрасно понимала, что это очень неразумно с моей стороны, но выносить эти озабоченные лица больше не было никаких сил. Я быстро бежала, не разбирая дороги, то и дело натыкаясь на какую-нибудь ветку или куст. Когда я остановилась и оглянулась, то поняла, что забрела очень далеко. Я не знала, где именно нахожусь, и в какой стороне находится лагерь. Сердце бешено колотилось в моей грудной клетке. Шаг за шагом, метр за метром в лесную чащу… Время будто застыло : секунды казались часами, а часы секундами. Возможно, так получилось, потому что лес был везде одинаковым. Кто знает, вдруг я хожу кругами? Я то и дело спотыкалась и все чаще падала. Под конец я налетела на что-то черное, не удержалась на ногах и не смогла подняться. Повернувшись на бок, чтобы привести в порядок дыхание, свернулась в клубок на мокром папоротнике. Я так и лежала, понимая : времени прошло больше, чем кажется. Что со мной такое? Только сейчас я осознала, что потеряла контроль над собой. Я до такой степени была захваченная, ослепленная иррациональными эмоциями, что не отдавала себя отчета в своих действиях. Как будто мной что-то управляло. Я дрожала, хотя холода не чувствовала. Идиотка! Я совершенно не знаю, где нахожусь. Вокруг всё кажется таким одинаковым… Силы словно покинули меня… А затем послышались голоса. Кто-то звал меня по имени. Влажная листва приглушала крик, но звали, вне всякого сомнения, меня. От горя и потрясения мысли текли медленно, и, когда я все-таки решила откликнуться, звать уже перестали. Через некоторое время меня разбудил дождь. На самом деле я не спала, просто всеми силами цеплялась за ступор и оцепенение, помогающее отрешиться от ужасной правды. Больше всего беспокоил не дождь, а холод. Отпустив судорожно сжатые колени, я закрыла лицо руками и вновь услышала голоса ; на этот раз вдалеке. Как будто несколько человек зовут меня хором. Нужно набрать в грудь побольше воздуха и ответить. Только вот получится ли? Смогу ли я крикнуть достаточно громко? Потом послышался совсем другой звук – сопение, звериное сопение. Причем зверь, похоже, не из мелких. Именно он и заставил меня кое-как оклематься. Страх помог мне собраться с силами, чтобы встать. Дождь лил как из ведра, по лицу текли ручейки холодной воды. Медленно, медленно я хлюпала ботинками по мокрой грязи, совершенно не разбирая дороги. Дождь постепенно прекратился. Я сильно замерзла и уже не чувствовала своих рук. Почему же я такая дура ненормальная? Я собиралась с силами, чтобы сделать ещё один шаг, когда увидела свет. Внезапно где-то впереди и чуть выше я услышала приглушенный звук голосов и прибавила шагу. Мерцающий свет пламени отбрасывал скачущие тени на окружающий лес, и , потихоньку подойдя поближе, я увидела поляну. Деревья обступали её широким кругом. Там были люди. Возможно человек десять, а может и больше…Перед глазами всё плыло. Я стояла, спрятавшись в тени громадных деревьев, словно мотылек, нерешительно замерший за миг до встречи с огнем. Я пыталась прислушаться к голосам, но все они сливались в какой-то неприятный гул. Под моей ногой хрустнула ветка, и эхо, подхватив этот звук, разнесло его по лесу. - Здесь кто-то есть, - послышался чей-то громкий голос, и, в страхе, я попятилась назад. Сердце в моей груди начало колотиться, словно у напуганного кролика. - Подсматривать не хорошо, - послышался грубый мальчишеский голос над моим ухом, и кто-то очень больно схватил меня за руку. Я хотело было закричать, но у меня ничего не вышло… Немой крик застрял в моем горле. Я отчаянно брыкалась, пытаясь вырваться, но моих сил было недостаточно. Я была слишком слаба. Я с трудом удерживала себя, чтобы не провалится в небытие. Я испуганно посмотрела на нападавшего: он был очень высок и нескладен, а его лицо было скрыто капюшоном. - Мне больно, отпусти! – проскулила я, но он лишь резко дернул меня на себя и грубо потащил за собой. Он шел очень быстро и я не успевала уворачиваться от веток, которые встречались на нашем пути. Ветки больно царапали лицо и руки, но это было единственное, что не давало мне провалиться в темноту. Наконец-то мы дошли до поляны. Голоса мгновенно умолкли и все головы повернулись в мою сторону. На меня смотрели десятки мальчишек возрастом примерно от 10 до 16 лет. « Потерянные мальчишки» - пронеслось у меня в голове. - У нас гости! – пробасил громила. Наступило тягостное молчание, нарушавшееся только потрескиванием дров в костре, откуда искры по спирали устремлялись куда-то в ночное небо. Вдалеке ухали совы. Мальчишки выглядели какими-то напуганными. Но их явно пугала не я. Можно сказать, что вокруг костра повисла мертвая тишина. - Может кто-нибудь все-таки поприветствует нашу гостью? – послышался знакомый звонкий голос и внутри меня всё похолодело. Питер Пэн медленно вышел из толпы и вопросительно оглядел всех мальчиков. Ситуация, похоже, доставляла ему удовольствие. Никто не отозвался. - Какие невоспитанные мальчишки! - возмущенно воскликнул Пэн, театрально нахмурившись. Юноша пристально посмотрел на меня, изучая с головы до ног. Мне почудилось, что этот взгляд вытягивает из меня душу. - Ну здравствуй, Алисия! – сверкнув глазами, сказал Питер так, словно точно знал, что я забреду сюда. Он медленно подошел ко мне, и , в этот момент, громилу выпустил мою руку. Видимо, я держалась на ногах только из-за того, что этот парень крепко держал мое запястье. Мои коленки подогнулись, и я почувствовала сильное головокружение. Я начала падать. Но не упала. Пэн быстро сократил расстояние между нами и подхватил меня на руки. Последнее, что я помню перед тем как провалится в темноту, это тепло его ладоней, которые бережно держали мое окоченевшее тело.