Лишь твоих объятий я желаю

Сани бесшумно закрыл дверь в комнату предсказателя, но проходить дальше не спешил. — Ты до беспредела красив, - произнес Коко, оторвав взгляд от книги, которую только что читал. — Не часто от тебя такое услышишь. Парень откинул заплетенные в косу волосы за спину и направился к креслу, в котором сидел брюнет. Коко убрал книгу на журнальный стол и выпрямил до этого скрещенные ноги, обратно согнув в коленях для дальнейшего удобства. Не дойдя до кресла, длинноволосый остановился, обернувшись в сторону двери. — Боишься, что кто-то войдет? – спросил брюнет. — Нет, я закрыл дверь. Просто… у меня постоянно такое чувство, будто нас кто-то подслушивает, - Коко лишь засмеялся в ответ. Вот только Сани совсем было не до смеха. Последние события заставляли вести себя более настороженно. — Чего тут смешного? Я посмотрю, как ты будешь смеяться, когда про нас будут идти сплетни, - проворчал длинноволосый. — А-ха-ха, Сани, сколько лет прошло, а ты так и не изменился, - всё также тепло улыбаясь констатировал Коко, что заставило парня улыбнуться в ответ. Его улыбка сейчас была немного ленивой, но не потеряла из-за этого своей красоты и шарма. - Иди ко мне.       Длинноволосый присел в кресло к предсказателю и еле заметно улыбнулся перед тем, как утонуть в объятиях любимых рук. В детстве малыш Сани немного боялся людей. Но ничего и никого он так сильно не боялся, как Зебру. Он вселял в мальчишку ужас и дикий животный страх. От одного его взгляда хотелось провалиться под землю, чтобы только больше его не видеть. Сани так и делал: запирался в своей комнате, не обедал со всеми вместе, даже с Коко, который был ему по душе больше всех, ему пришлось перестать общаться, ибо когда рядом с Сани был Коко – тут же появлялся Зебра. Ему будто доставляло удовольствие подобным образом мучить юного небесного короля. Он был словно тенью парня, не давал ему прохода, где бы он ни был. — Коко... — М? – нехотя отозвался парень, лениво приоткрыв один глаз. — Расскажи, что тогда случилось… на задании в горах. Некоторые из твоих ран до сих пор не зажили до конца. Брюнет нахмурился, но, немного успокоившись, все же решил рассказать: — Не знаю, по каким причинам, но он меня почему-то недолюбливает. Во время всего задания я произнес только пару слов. Не смотря на это, неожиданно он резко схватил меня и сбросил вниз с горы. Прокатившись кубарем несколько метров, я упал в пропасть, из которой мне чудом удалось выбраться. Естественно, что он не побежал мне помогать и извиняться. Он оставил меня там, а сам направился за ингредиентом, который наверняка там же и съел, - Коко замолчал, а Сани со страхом в глазах воспринимал информацию. Он знал, что Зебра свиреп и ужасен, но не думал, что тот настолько бесчеловечен. — Помнишь, ты мне жаловался, что Зебра везде тебя преследует? Сани положительно кивнул головой. — С возрастом он становился все настойчивее и бестактнее, но утихомирился перед очередным заданием, когда узнал, что будет в паре со мной. В один из вечеров мы столкнулись с ним в красном коридоре. Он, оскалившись, произнес что-то вроде “постарайся сдохнуть”. Сразу же после этого в настенном зеркале я увидел свою тень смерти, которая исчезла, как только Зебра отдалился. Из-за этого я плохо спал несколько ночей. А потом Иричу-сан отправил нас на задание в горы. — Хочешь сказать, что… — Да, - произнес Коко. — Я думаю, что он мне за что-то отомстил там, в горах. Но я даже предположить не могу, за что именно. Сани опустил голову вниз, закрыв глаза: — Я должен был еще раньше догадаться и предупредить тебя, - он встал с колен Коко и подошел к окну, немного приоткрыв занавеску. — О чем ты? Только Коко привстал с кресла: — Из-за меня. — А? – удивился брюнет. — Ты пострадал, потому что ближе всех находишься ко мне, и только с тобой я провожу времени больше всего. Ошеломленный Коко сел обратно в кресло, сжав подлокотники, и опустил голову. Тело его начало трясти. — Ха… Ха-ха… Хахаха, - и комната разразилась безумным смехом. Коко, запрокинув назад голову, смеялся так, как не смеялся никогда. Нервный смех не перепутать ни с каким-либо другим. Вот только Сани оставался таким же спокойным, даже не повернувшись к бьющемуся в истерике другу. Успокоившись, Коко произнес: — Сани, скажи, что ты меня сейчас разыгрываешь, и все то, что ты только что сказал, не имеет… — Он не просто так меня преследовал, - перебил его длинноволосый, всё же развернувшись к брюнету. — Он ждал от меня ответа, постоянно напоминая мне о нем своим присутствием. Ответа, которого я ему никогда не дам. А ты… Ты был лишь помехой на его пути, которую он решил устранить. Правда, чудо то, что ты остался жив. Когда ты вернулся с гор, Зебра был в ярости. Буквально за день до твоего возвращения он снова задал мне тот же вопрос, что и тогда. Я лишь молча ушел. Знаешь, что за вопрос он мне задал? — Я не хочу слышать его, - почти умоляюще, даже устало, отозвался тот. — Согласен ли я отдаться ему и отказаться от тебя. Он сказал, что сделает всё, чтобы мне было хорошо с ним; сказал, что создаст для меня такие условия, что я даже и не вспомню о тебе, как о любовнике. — Что? Сани? Что ты… — Даже не спрашивай, почему я не ответил ему! Это не значит, что я не уверен в тебе, - парень вновь отвернулся к окну. Эмоции захлестывали его своими могучими волнами. Сани многое пришлось пережить за его детство и юность, но эти переживания накрывали его с головой, не давая вдохнуть. Смешанные чувства душили его. В легкие будто перестал поступать кислород. Коко поднялся и резким движением развернул Сани к себе. Он схватил его за плечи, вглядываясь в его глаза. — Объяснись. Что значат эти твои слова? Я понимаю твой страх, но разве ты не понимаешь, что я в любой ситуации буду на твоей стороне? Мне все равно, что думает Зебра. То, что творится между нами, лишь наше с тобой дело. Длинноволосый опустил голову, уткнувшись носом себе в плечо. Были слышны тихие всхлипы. — Сани? — Ты не понимаешь одного, Коко… Если мы будем вместе, то вскоре кто-то не останется в живых. Я не хочу оплакивать твою могилу, но и сам я в нее не собираюсь! – закричал небесный король. Только ему, Коко, он мог открыть себя, свои чувства, свои страхи. Из глаз потекли горькие слезы отчаяния. Сложившаяся ситуация обоих заводила в тупик.       Тонкими длинными пальцами юный прорицатель поднял вновь опустившуюся голову юноши за подбородок. Всматриваясь в заплаканное, но такое красивое лицо, брюнет одной рукой утирал другу влажные дорожки от слез на щеках, другой нежно придерживал за талию. Да, не одному Коко порой казалось, что с годами Сани становился все более привлекательным, будто тот впитывал в себя всю природную красоту, которую та только могла дать. Ни одна юная особа, которую встречал прорицатель, не могла бы сравниться с юным небесным королем в грации, манерах и силе шарма. Но именно эта красота сейчас и губила его. Коко тяжело выдохнул, на мгновение прикрыв глаза. — Послушай меня, Сани, - юноша успокоился, стараясь не лить больше слезы, и теперь смотрел возлюбленному прямо в глаза. - Кто бы ни встал перед нами, какая бы беда не преградила нам путь... Мы с тобой будем вместе, как бы трудно нам ни было. Я не собираюсь кому-либо тебя отдавать.       Что Коко делал лучше всего, так это готовил, целовался и умел убеждать. Вот и сейчас после слов прорицателя Сани покинул страх, слезы больше не окропляли лицо. В его объятиях у юноши разгорались совсем иные чувства. Положив руки на плечи брюнету, Сани медленно потянулся к другу за поцелуем. Аккуратно и осторожно, будто впервые, парень накрыл своими губами губы возлюбленного. Переполняющая его нежность просила больше: больше тепла, больше прикосновений, больше поцелуев, больше... больше Коко. — Я люблю тебя, - Сани непроизвольно дернулся, но не от того, что впервые слышал эти слова, а от прикосновения к лицу холодной любимой руки. — Я тоже люблю тебя, Коко. Хах, больше жизни тебя люблю... паршивец. — Не выражайся. На слова прорицателя Сани лишь засмеялся, потянув того в заветный угол небольшой комнаты. Кровать Коко была больших размеров с балдахином из темного бархата, который Сани почему-то не жаловал. Он говорил, что темные тона его комнаты не отражают всю доброту и скромность души прорицателя, а только омрачают ее. Но, не смотря на это, Сани нравилась столь спокойная и уютная атмосфера. — Пойдем в душ, - брюнет взял друга за руку, направляя в ванную комнату. — М-м-м, ты собрался делать это там? - ехидно заулыбался Сани, прижимаясь к Коко бедрами. — Я смотрю, ты быстро отошел. А-ха-ха, только не надо дуться! — Не дуюсь я... совсем, - а ведь дуется. Коко подхватил Сани и закружил по комнате, которая залилась звонким смехом влюбленных. — Я буду повторять эти заветные слова столько, сколько ты пожелаешь. Сани, мой милый Сани. — Хэй, не смущай меня! — Хорошо, больше не буду. Такой нежный, такой теплый, такой искренний и такой надежный, готовый всего себя посвятить ему. Коко, его Коко. — Я. Тебя. - брюнет осторожно прикоснулся кончиком носа к носу возлюбленного, шепча, - Люблю. Раскрасневшись, Сани уткнулся носом в шею к прорицателю. По телу от таких слов пробежала волна мурашек. Давно на душе не было так приятно и спокойно. Окутывая все тело Коко волосяными сенсорами, будто кокон, Сани твердо решил, что ответить на вопрос Зебры. — Я тоже.

***

— Хм... Вот, что ты решил, малыш Сани, - произнес Зебра, прекращая эхолокацию.