Прости за все...

POV Дже Проснувшись, я увидел, что никого нет рядом. Неужели, все это мне приснилось? Но посмотрев по сторонам, я понял, что нахожусь в комнате Юно. Значит, все это мне не приснилось. Смотрю на то место, где совсем недавно лежал Юно, и вспоминаю его теплые, успокаивающие объятия. Я лег на его место и, обняв подушку, вдыхаю, она пахла так же вкусно как Юно. Она пахла легким ароматом персика. Такой же приятный, упоительный, солнечный. Я долго лежал, закрыв глаза и вдыхая этот аромат. Стоп, а где Юно?! Прислушавшись, я услышал звук льющейся воды. Ммм, значит он в ванной. Начинаю внимательно осматривать интерьер комнаты. Комната была среднего размера, с большими окнами и балконом. Посередине комнаты стояла огромная кровать, рядом с ней тумбочка, на которой восседал ночник в виде пандочки. А рядом с ней рядами стояли фотографии, приглядевшись поближе, я увидел, что это фотографии пятерки в разные годы. На последней фотографии стоим мы вдвоем и, улыбаясь, машем в камеру. Кажется, что это было очень давно. Беру его в руки, и слезы сами начинают капать. Да-а, тогда мы были безмерно счастливыми, даже не догадываясь, что через несколько лет мы упорно будем делать вид, что не знаем друг друга. Мы будем прятать от всех свои слезы, надевая маски, будем улыбаться и говорить всем, что у нас все хорошо. Но иногда так и хочется снять маску беззаботности и закричать от боли на сердце, от тоски по своим любимым, близким людям. Маска так прирастает к тебе, что ты начинаешь забывать, что такое настоящее счастье, что такое искренняя улыбка, а не та фальшивая улыбка, которую ты каждодневно нацепляешь на себя. Иногда так и хочется прокричать всему миру, что ты тоже человек, а не фарфоровая кукла, которой лишь любуются, даже не задумываясь, что и ей может быть больно. Поставив фотографию на место, я снова начал свои наблюдения. На стене напротив кровати большой плазменный телевизор, а рядом стеллажи с дисками. У окна стояли 2 уютных кресла, и между ними маленький столик с причудливым узором на ножках. Всю левую сторону стены занимал большой шкаф, тоже с узорами на стеклянных дверцах. Открыв дверцу, я увидел, что изнутри шкаф имел зеркало с величиной в человеческий рост, одежда была сложена аккуратными стопками. Закрыв дверцу шкафа, направляюсь к кровати, но услышав как одна из дверей квартиры захлопнулась, поворачиваюсь и на цыпочках выхожу из комнаты. Юно стоял посередине комнаты с обмотанным вокруг бедра полотенцем, и разговаривал по телефону. Я стоял и просто пялился на него, пока он разговаривал стоя ко мне спиной, не замечая меня. Я даже не слышал, о чем он разговаривал, но мое внимание привлекли его слова: «Микки, хорошо... Да. Не волнуйся ты так. Хахаха, я уверен, у тебя все получится. Только не красней как помидор. Ммм, хорошо, я сейчас приеду. Только посмотрю как там Дже. Я думаю ему надо все рассказать. Ну, ладно поговорим об этом при встрече». Я быстро на цыпочках побежал обратно в комнату и притворился спящим. Юно с полотенцем на бедрах прошел к шкафу и, выудив оттуда черные брюки, отбросил полотенце в сторону, и надел их. Увидев его голым, мне вдруг стало так жарко, пульс зашкаливал, внизу живота разливалась приятная тяжесть, и захотелось встать и обнять Юно и не отпускать его никуда. Потом он быстро натянул на себя белую футболку, а поверх нее черную толстовку. Посмотрев на себя в зеркало он, кажется, остался доволен. Он, порывшись в шкафу, вытащил оттуда черную бейсболку и большой черный шарф. Открыв другую дверцу шкафа с аксессуарами, он взял оттуда большие черные очки и, закрыв ее, повернулся в мою сторону. Осторожно присев рядом со мной он еле ощутимым движением рук погладил мою голову и, поцеловав меня в макушку, вышел из комнаты. Вскоре я услышал, как захлопнулась входная дверь. Я, открыв глаза, быстро подбегаю к окну и смотрю, как Юно садится в машину и вскоре отъезжает. Я чувствую, как в груди зарождается чувство ревности. "Черт,кажется мне надо в ванную". Избавившись от напряжения в штанах, я направился в кухню и заварил себе кофе.Сидя за чашечкой ароматного кофе я стал рассуждать, разговаривая сам с собой. «Так, Дже, не накручивай себя. Успокойся. Когда он придет, ты все у него спросишь. Блииин, я не могу успокоиться, что значит его слова: «Я думаю ему надо все рассказать. Ну, ладно поговорим об этом при встрече???». Что я должен узнать? Неужели, он разлюбил меня, и теперь он любит Чунни? Но он ведь сказал, что любит меня. Я же вчера все слышал. Но человеческая память имеет свойство со временем забывать все плохое, все, что причинило им боль. Нет, нет, только не это. Тааак, надо успокоиться. Вдох, выдох, вдох, выдох… Все, успокоился. Пойду, еше заварю себе кофе, и все-таки дождусь Юно».