Граф.

Чон Тэкун сидел в своём кабинете, лениво перебирая бумаги, касающиеся его поместья. Но, ни количество полученной прибыли, ни новые сюзерены, которых граф взял под свою опеку, не приносили должного счастья. А всё потому, что мысли парня были заняты отпрыском одной разорившейся семьи, принадлежавшей к так называемому "дворянству мантии". Этого юношу Лео встретил на каком-то пышном званом вечере, проходившем в то время, когда семья юнца ещё не лишилась всего состояния. Хан Санхёк. Это имя крепко засело в памяти и никак не хотело покидать её. Тэкун даже навёл справки про семью юноши и в последние пару лет внимательно следил за угасанием недолго блиставшей фамилии представителей "нового дворянства". Сейчас дела у рода Хан шли просто ужасно: глава семьи промотал все деньги, его супруга была тяжело больна, а их дочь, встретив молодого богатого дворянина, с благословения матери вышла замуж и уехала. Она пересылала родителям деньги, но, увы, их не хватало на оплату всех долгов, что успел в кратчайшие сроки наделать её отец. Младший же в семье, Санхёк, был в последнее время лишён обучения, и ему открывалась только дорога в рекруты. Эта перспектива не особо радовала парня, но иного выхода у него не было: всё равно роскошная дворянская жизнь теперь для него оставалась недосягаемой. Но случилось нечто более ужасное... Отец решил продать сына и тем самым покрыть хоть часть своих долгов, ибо полностью выбраться из долговой ямы он бы всё равно не смог. Граф Чон совершенно случайно узнал об этом от своего друга, Ким Воншика, который был не прочь нелегально прикупить юношу, или девушку, для "дел ниже пояса". И последней его "покупкой", которая, к удивлению Лео, уже долгое время не надоедала Воншику был как раз-таки парень, приобретённый на том самом рынке, где на продажу отец хотел выставить собственного сына... Мысль о том, что юношу купят в рабство сексуального, или иного характера не позволяла Тэкуну думать о делах насущных, поэтому парень, подхватив со спинки кресла чёрный сюртук, стремительно покинул кабинет и начал спускаться в холл, по пути приказав проходившему мимо слуге подать карету. Пока экипаж петлял по извилистым мощёным улицам старого города, Тэкун изо всех сил старался не думать о том, что он опоздал и сделка уже состоялась. Граф старался отогнать эти мысли, но они снова и снова настойчиво возвращались, терзая сознание и навевая плохое предчувствие... На нелегальном рынке, торговавшем людьми, сегодня было непривычно спокойно: ни мельтешащих то тут, то там продавцов, сутенёров и перекупщиков, ни напыщенных лордов, графов и просто состоятельных буржуа, которые выбирали живой товар с присущей только им тщательностью, при этом брезгливо морщась при виде грязных тел и порванной одежды. Лео подобные места никогда не нравились, поэтому он предпочитал проводить своё свободное время за чтением книг или конными прогулками. Нет, бывали моменты, когда парень пользовался услугами особ "лёгкого поведения", но это происходило в легальных и довольно дорогих публичных домах, где шанс заразиться болезнью или остаться неудовлетворённым сводился к минимуму. Но такое происходило крайне редко, и то для того, чтобы не прослыть в высших кругах импотентом. Такая репутация бы лишила Тэкуна новых сюзеренов и сильно повредила финансовым делам поместья, а он не мог допустить разорения того, что его предки создавали неимоверными усилиями многие годы. Быстро проходя между группками продающихся и продающих, граф Чон искал взглядом знакомое лицо. -Господин! Господин! - к Тэкуну торопливо приближался мужчина среднего роста в порядком поношенном, но когда-то красивом, костюме. Многодневная щетина покрывала подбородок, щеки и часть шеи, грязные волосы топорщились в разные стороны, некогда белая рубашка покрылась отвратительными жёлто-серыми разводами. Так теперь выглядел глава семьи Хан. -Да, я Вас слушаю, - Лео даже учтиво наклонил голову в приветствии, ведь человек перед ним хоть и был промотавшимся, но всё равно в какой-то мере оставался дворянином, да и был значительно старше. -Ваше сиятельство, не могли бы Вы купить одного юношу... Он может выполнять любую работу, уверяю Вас! - раболепно залепетал Хан-старший. - Даже услуги сексуального характера, хотя он ещё совсем юн и невинен, - понизив голос, продолжал мужчина. -Крайне мерзко слышать это от Вас, господин Хан, - слегка поморщился Тэкун, а собеседник, услышав подобное обращение, вздрогнул и с подозрением покосился на человека перед ним. - Но хорошо, покажите мне этого юношу. Мужчина закивал и поспешно засеменил под небольшой грязный навес, где раньше хозяева оставляли лошадей. Теперь же здесь особо заботливые продавцы прятали живой "товар". -Санхёк, выйди, - крикнул Хан-старший и из-под навеса появился высокий парень. Совсем ещё мальчишка, с бледной кожей, светлыми, словно соломенными, волосами, в потрёпанном, но относительно чистом сером сюртуке, брюках той же ткани и рубашке, которая когда-то была белой, а теперь по цвету не отличалась от сюртука. Внимательно оглядев парня, граф слегка нахмурился, но, к неимоверному облегчению мужчины, согласился на покупку...