Брат? Хм, нет, любовник!

       Прилетев в Москву, я первым делом включил телек и начал смотреть российские каналы. А брат грустно раскладывал по полкам шкафа свои вещи. Мне аж жаль его стало. — Да не переживай ты. Луц все наладит, и мы снова переедем в Берлин, а ты станешь самым богатым ребенком в Германии. — решил подбодрить Августа я. — Я был самым популярным парнем школы, а теперь все, наверное, ржут надо мной! — брат скомкал футболку и швырнул в шкаф, а сам плюхнулся на кровать. — Ну… Когда репутация нашей корпорации будет восстановлена, все наладится. — я снова попытался взбодрить брата. — А вдруг мы вообще не вернем себе ничего?! Тогда мы станем обычными, а не богатыми! Нам придется переехать в обычную квартиру… да еще и в Москве! Хочу домой! — начал ныть Август. — Россия — прекрасная страна, а Москва — прекрасный город! А если не нравится, то можешь езжать обратно и быть отбросом общества! — не выдержал я. Брат замолчал и пошел в ванную. — Что, собрался там поплакать? — крикнул я ему в след. — Иди ты! Я умыться хочу! — ответил брат. — В отличии от тебя, я умываюсь по утрам. — а я и забыл, что мы не умылись в самолете. Точнее, мама умылась, а нам было лень.        Днем я пошел прогуляться с лучшим другом Тимуром по городу. Когда-то мы с ним встречались, но мирно разошлись и остались друзьями. Мы долго гуляли, а вечером пошли к нему. Я просидел там допоздна, а потом вернулся домой.        Когда я вошел в комнату, Август с кем-то говорил по Skype: — И зачем вы мне позвонили? — спросил брат у какой-то женщины. — Ты можешь говорить со мной на «ты». — ответила она ему. — Нет, спасибо, не хочу иметь с вами ничего общего. — ответил брат, он не обращал на меня внимания, но я все равно решил выйти из комнаты и закрыл за собой дверь. Но кто сказал, что нельзя подслушивать? Я прижал ухо к двери. — Август, я лишь хотела вам посочувствовать. Мне жаль, что вы обанкрочены. — продолжала женщина. — Мы обойдемся без вашего сочувствия. — язвил брат. — Август, сынок, пойми, я же искренне. — она сказала «сынок»?! То есть это мама Августа?! Хэх, интересненько. — Не называйте меня так. Я уже восемь лет как не ваш сын. — злобно сказал Август. — А те другие восемь лет, что ты был моим сыном? Ты забыл? — снова спросила женщина. — Я только по свидетельству о рождении был твоим сыном! — сорвался брат. — Ты же меня никогда не любила! Вечно оставляла нянькам, а если и гуляла со мной, то только по своим тупым подружкам. Ты во время беременности курила и пила! Из-за тебя я чуть не умер при рождении! Если бы не дорогущее лечение, за которое заплатил папа, я бы точно умер! А теперь ты говоришь, что была матерью?! Нормальные мамы так не делают! Я рад, что папа выгнал тебя и женился на Анне. — нифига себе списочек ее грехов… — Ты помнишь только плохое, а о хорошем забыл? Забыл, как мы с тобой в парк ходили? — женщина хотела сказать что-то еще, но Август ее перебил. — Ты в этом парке меня потеряла, мамочка. — последнее слово он так мерзко произнес, что у меня аж мурашки по коже пробежали. Потом я услышал, как захлопнулась крышка от ноутбука, кажется, разговор был окончен. — Женя, я знаю, что ты тут! — брат резко открыл дверь и я упал на пол. — Эй, больно же! — я потер ушибленный локоть. — Так тебе и надо, нечего подслушивать. — брат устало плюхнулся на мою кровать и, тяжело вздохнув, закрыл глаза. — Повезло тебе с родителями. — сказал он. — Мне? Повезло? Хах, чувак, ты не знаешь мою маму. — насмешливо сказал я. — Как только умер папа, она уехала в Берлин, оставив меня бабушке. А когда и бабушка умерла, она пыталась пропихнуть меня ВСЕМ нашим родственникам, но те не согласились, и ей пришлось взять меня к себе. — я сказал все это как-то легко и спокойно. — Ну, это цветочки по сравнению с моей… — ответил брат. — Кстати, прости, конечно, когда умер твой папа? — поинтересовался Август. — Десять лет назад, когда мне было семь. — ответил ему я. — А теперь сгинь с моей кровати, я спать хочу. — я зевнул. Август неохотно встал, а я улегся на его место. — А ты не собираешься зубы почистить и переодеться? — подняв бровь, спросил Август. — Не-а, я слишком устал. — сонно ответил я и отвернулся к стенке. Август закатил глаза и глубоко вздохнул, а потом тоже постелил себе постель и пошел в ванную.        Я долго не мог уснуть, все думал об Августе. Ему, наверное, тяжело: обанкротился да еще и этот разговор с его мамой… бедняга. *** — ПОДЪЕМ! — крикнул мне в ухо брат. Я еле открыл глаза. — У тебя привычка будить меня в… — я посмотрел на время, — в шесть утра?! — Сейчас будет экскурсия по Москве! Кстати, ты — гид. — радостно сказал Август. — Чего? — не понял я. — Пойдем погуляем по городу, покажешь мне все лучшие места и достопримечательности города. — объяснил брат. — Послушай, — тоном, словно говорю с неуравновешенным, сказал я, — сейчас шесть утра. Вчера ты обанкротился. По идее, сейчас ты должен лежать в подушку плакать, а не идти довольным на «экскурсию». — А теперь ты послушай. Экскурсия меня отвлечет от всего этого, а плачут и показывают свои чувства только девчонки. — нахмурившись, сказал брат. — Плюс, я никогда не гулял по Москве в шесть утра! — радостно улыбнувшись, добавил Август. — Я тоже! — возмущенно сказал я. Мне все же пришлось согласиться погулять с Августом, ибо ему реально нужно отвлечься и немного повеселиться.        Сначала, разумеется, мы пошли на Красную площадь, потом посетили Третьяковскую галерею, после чего погуляли по Садовому кольцу, на Арбате, в Vegas'е, потом поехали к Вечному огню, так как брату захотелось пофотографироваться рядом с ним. Ну, вообще, мы много куда сходили, и везде он фоткал все, что ему попадется на глаза.        Когда мы устали, пошли посидеть в сквере. Август купил сладкую вату нам двоим и принялся обрабатывать фотографии. Я старался вообще не упоминать про Луца, Германию и корпорацию, чтобы не портить нам обоим настроение. ***        Я сидел в своей комнате и читал книгу, дожидаясь ужина. — Вау! Женя научился читать! — Август похлопал в ладоши. — Вообще-то, я люблю читать! — возмутился я. — Да? И что читаешь, «Сказку о трех поросятах» или «Винни-Пуха»? — засмеялся брат. — Читаю «Капитал», ибо больше дома книг нет. — спокойно ответил я. — О! Ты что, что-то понимаешь? — снова издеваясь, сказал Август. — Да, понимаю! — не выдержал я. — Ладно, ладно, только не психуй. — брат поднял руки, будто бы в него целятся из пистолета. — Почитай Пауло Коэльо, у меня в рюкзаке валяется. — Прочитал уже давно. — ответил я. — А ты перечитай, так, чтобы понять. — Август опять издевался. — Уходи. — сказал я и снова уткнулся в книгу.        За ужином я недоверчиво тыкал вилкой в голубцы, ненавижу их. — Анна, а вы знали, что наш Женя читает серьезную литературу? — спросил Август насмешливым тоном у мамы. — Да? А он, что, ее понимает? — мама весьма удивилась. — Ну, вообще-то, да! Я как бы не тупой! — возмутился я. Мама едва сдержала смех, закрыв рот рукой. А вот Август — нет. — Август, нельзя смеяться над глупыми, им нужно сочувствовать. — мама сделала умный вид, но не выдержала и сама засмеялась, а потом встала и вышла из кухни. Я возмущенно цокнул. — Ха-ха, даже твоя мама думает, что ты тупой! — начал дразниться брат. — Ну, все! — я кинул в него скомканную салфетку. Он увернулся и засмеялся.        После ужина я сидел в своей комнате, слушая музыку. — Эй, Женя, будешь смотреть твое любимое шоу? Оно уже началось. — сказала мама, войдя в мою комнату. — Нет, не хочу. — отказался я. — Сынок, ты обиделся? — присев на корточки около моей кровати, спросила мама. — Ну мы же пошутили. Да и вообще, это моя вина, я же родила тебя таким. — мама снова начала смеяться, Август, стоящий рядом, тоже начал ржать. — Мама! Знаешь что, иди лучше в… в зал! — сказал я и включил музыку погромче. Мама рассмеялась еще больше и вышла. — Прислушайся к маме, мама не врет. — добавил брат. Я лишь фыркнул в ответ. POV Август.        На следующий день к Жене пришел какой-то Тима с ночевкой. Он мне не понравился. Женя слишком симпатизирует ему. Я весь вечер за ними наблюдал. И всякий раз, когда я смотрел на них, мне убить Тимура хотелось. Опять ревность… Бесит меня уже то, что я ревную! Нормально ничего делать не могу, постоянно думаю о том, как бы Женя ни с кем не встречался и близко не общался. Да что же это?! Кстати, этот Тимур был довольно красивым. Высокий брюнет, с темными карими глазами и белой, как снег, кожей… Белоснежка какая-то! Прям Женин вкус.        Сначала я долго пытался понять, гей он или нет. Но через час все само стало ясно: гей. Ну да, а чего еще я ожидал от другого гея? — Август, мне кажется, тебе скучно, может, посидишь с нами? — спросил Тима у меня, говоря на немецком почти без акцента. — Нет, спасибо. — смотря на Тимура исподлобья, ответил я. — Кстати, у тебя почти нет акцента, прекрасный немецкий. — Спасибо. Я каждое лето езжу в Германию практиковаться в знании языка. — улыбнувшись, ответил Тим. — Да, а в какой город? — с неподдельным интересом спроси я. — В Берлин и в Лейпциг. В Берлине живет мой дядя, а в Лейпциге — сестра. — ответил Тима. — Может, все же присоединишься к нам? — снова настаивал брюнет. — Ну… — я прикусил одну губу. — Можно, но только давайте что-то не гейское поделаем, а то меня вырвет, если я увижу еще педиков… — не успев договорить, я прикрыл рот рукой. — Ой, простите. — Да ничего, привыкли… — вздохнув, сказал Тимур. Весь оставшийся вечер мы играли в карты, ибо больше никаких развлечений дома не было. А когда наступила полночь, мы стали смотреть какой-то очень тупой фильм про вампиров по телеку.        Ночью я проснулся попить воды. Когда я пошел на кухню, встретил там брата, который ел МОЙ йогурт. — Не офигел? — возмущенно спросил я. Женя с открытым ртом и ложкой, поднесенной к нему, смотрел на меня. — Привет. — улыбнувшись, сказал брат. — Да доедай уже, дарю. Надо же все-таки когда-нибудь жертвовать голодающим. — усмехнувшись, сказал я. — А, да, хотел спросить, вы с Тимой встречаетесь? — добавил я. — Нет, а что? — с набитым ртом, ответил Женя. — Да так, просто интересно. Я думал, что тебе такие нравятся. — ответил я. — Ну, нравятся, но только у него характер слишком мягкий что ли… Он как Алекс, такой же милый и услужливый. — объяснил брат. — А, ясно. — сказал я, попил воды и пошел обратно спать.        Уф! Прекрасно, они просто друзья, значит я смогу спокойно поспать! Опять я как гей… Я спал, но вдруг меня разбудил сигнал сообщения на телефоне Жени. Я посмотрел на время, было три часа ночи. Кто в такое время пишет? Я убедился, что брат крепко спит и прочитал SMS. Писал Алекс, он спрашивал, как мы тут, сказал, что скучает, а в конце поставил милые смайлики. Бе, противно. Я решил ничего не отвечать и удалил сообщение. А потом поставил телефон на место и уснул.        Проснулся я в час дня. Тимы дома уже не было, мама тоже ушла, а брат переписывался с Алексом в Facebook. У меня опять возникло чувство ревности. Ненавижу уже этого Алекса! Это меня ужасно взбесило. — Может, хватит уже разряжать мой ноутбук? — злобно сказал я и захлопнул крышку. — Ты что?! — возмутился Женя. — Ничего. Надо разрешение спрашивать, прежде чем чужие вещи брать! — сказал я и унес ноутбук в комнату. — С каких пор тебя так это волнует?! — брат пошел за мной. — С таких. Сказал нельзя, значит, нельзя! — ответил я. — Ну и подавись своим ноутбуком! — сказал Женя и вышел из комнаты, хлопнув дверью.        Если честно, то дело вовсе не в ноутбуке. Мне вообще плевать, кто им пользуется. Просто я взбесился, что Женя опять общается с Алексом. Он, конечно, теперь зайдет с телефона, но зато я почитаю их переписку…        Через полчаса мне позвонил по Skype Алан. Я рассказал ему о том, что случилось утром. Мы говорили на английском, специально, чтобы брат ничего не понял, у него плохо с английским. Алан: Слушай, а по-моему, ты влюбился в Женю. Я: Ты, че, больной?! Я не гей! Алан: Ну… ты так странно ведешь себя. Ты ревнуешь, беспокоишься за него… Я: Когда это я за него беспокоился? Алан: Ну… в лагере, когда он еще со мной поругался. Помнишь? А, еще ты мне сам рассказывал, что когда Женя спит, он тебе кажется милым, а когда ест, похож на хомяка. Я: И что? Алан: Ты обожаешь хомяков! Значит ты подсознательно сравнил Женю с объектом обожания. Да ладно тебе, в жизни все бывает. Я смирюсь с тем, что мой лучший друг — гей. Я: ДА НЕ ГЕЙ Я! Алан: Ну ладно, тогда би. Я: И не би! Я на-ту-рал. Натуралом был и останусь. Алан: Окей, окей, но ты все же знай, я не перестану с тобой из-за этого общаться, поэтому ты можешь всегда на меня положиться и… Я: Да заткнись ты уже! После этого разговора, мы еще немного поболтали, только уже не о моей ориентации. А потом Алану уже пора было идти и он вышел из сети.        Женя сидел в зале и смотрел телек. Я подсел рядом, но брат тут же встал и пошел в комнату. Я пошел за ним. — Что тебе нужно?! — обиженно и одновременно злобно спросил Женя. — Слушай, прости меня. Я сам не знаю, почему на тебя наорал. — стоя в дверях, сказал я. Женя никак не реагировал. — Правда прости, это, наверное, из-за переживаний за папу. — снова попытался оправдать себя я. — Ладно, ничего. — ответил Женя. — Так уж и быть, простит тебя Царь-батюшка, холоп. — усмехнулся брат. — Можешь брать ноутбук в любое время. — я примирительно улыбнулся.        На следующий день Женю позвал к себе его очередной друг, который, по словам брата, ему немного нравится. Во мне опять вспыхнула ревность.        А еще в этот день Анна улетела в Германию, чтобы помочь с какими-то делами папе. Я поругался с Аланом по переписке, папа сказал, что судебные слушания продлятся еще на месяц, а несколько тупых изгоев, над которыми я издевался в средней школе, отправили мне видеообращение с издевками над тем, что я теперь почти один из них. В общем, день был ужасным.        Пока я сидел дома один, мне стало скучно и я решил пойти купить себе чего-нибудь выпить и посмотреть какой-нибудь депрессивный фильм. POV Женя.        Я вернулся домой довольно поздно. Сначала думал, что дома никого не было, но когда вошел в комнату, увидел пьяного брата, окруженного кучей бутылок разного спиртного. — Фу! Как воняет! — сказал я, взяв двумя пальцами бутылку недопитой водки. — О, наш любимый Женя пришел! — похлопав в ладоши, сказал Август. — Сколько ты выпил? — спросил я, подняв бровь и посмотрев сначала на бутылки, а потом на брата. — Не знаю, но я по тебе так соскучился! — крепко обняв меня, сказал брат. — Очевидно, много. — освобождаясь от объятий, выдавил из себя я. — Сейчас тебе нужно проспаться и протрезветь. — держа брата за плечи, сказал я и посадил его на кровать, после чего стал помогать ему переодеться в домашнюю одежду. Но Август резко встал и повалил на кровать меня. — Что ты делаешь?! — возмущенно спросил я. Ничего не отвечая, брат резко поцеловал меня в губы. — Да что ты делаешь?! — я начал вырываться, но он был сильнее. — Да прекрати ты дергаться! Не видишь, я тебя тут поцеловать пытаюсь! — прижав мои руки к подушке над головой, сказал брат. — Да я уже понял. Ты пьян, — все еще вырываясь, сказал я, — ты не понимаешь, что делаешь. — Ну и что? Не делай вид, что тебе не нравится. — сказал брат, усевшись на меня сверху. — Окей, давай, — я перестал вырываться, — давай займемся сексом, после которого ты сам же жалеть будешь. — сказал я. — Давай. — все еще сидя на мне, согласился Август. — Чувак, это был сарказм. А еще ты будешь жалеть об этом завтра утром, ведь ты не гей! — попытался отговорить брата я. — Мне плевать, я же все равно сверху. — ответил брат. — О блин… — я глубоко вздохнул и закатил глаза, перестав сопротивляться и позволив Августу раздевать меня.        Стянув с меня футболку и джинсы, он провел рукой по моей груди. — А может, все-таки не надо? — спросил я, немного приподнявшись на локти. — Да заткнись ты уже! — резко опустив меня обратно, ответил брат.        Окей, ладно, подумаешь, все равно месяц уже секса не было… POV Август.        Резко засунув руку ему в трусы, я слегка надавил на член. Он схватил меня за запястье. Я нежно поцеловал его в щеку, немного прикусив кожу, от чего осталось легкое покраснение, прямо у кончика маленького шрама, он ослабил хватку, затем я стал мягко целовать его в шею, чтобы он хоть немного расслабился, и это помогло. Стянув с него трусы, я стал надрачивать его член, Женя начал тяжело дышать, что меня еще больше возбудило. Я отпрянул. В глазах брата появилась надежда на то, что я все-таки передумал, но когда я подошел к ящику и достал оттуда маленький тюбик детского крема, он вздохнул и недовольно откинулся на подушку. Вернувшись в постель, я навис над братом, упираясь руками по обе стороны его головы.        Плавно опустившись к его груди, я легонько прикусил его сосок, брат дернулся и попытался приподняться, но я тут же резко опустил его обратно и прижал за запястья к кровати. Выцеловывая грудь Жени, я плавно спустился к пупку, проскользнув в него языком, брат учащенно задышал. Оставив пупок в покое, я удобно устроился между его ног. Обхватив рукой член брата, я взял головку в рот и стал облизывать ее. Женю это начало возбуждать, он приподнял таз, дав понять, что хочет, чтобы я полностью взял его в рот.        Сначала я облизывал его вокруг, как леденец, затем посасывал головку, слегка покусывая ее, но брату этого явно было мало и он резко прижал меня к себе, я заглотил член полностью, но чуть не подавился и резко отстранился. — Прости. — прошептал Женя. Поняв от чего брат возбуждается, я стал неумело делать ему минет, заглатывая не до конца. Женя возбудился до предела, он стонал и переминал простыню руками. Но я же не позволю ему кончить сейчас. Поэтому я отстранился и резко раздвинул ноги брата, приподняв таз. Женя вздрогнул и снова попытался вырваться, но зря. Я медленно открыл баночку со смазкой и аккуратно намазал содержимым брата, перевернув его на живот и поставив на четвереньки. Чтобы ему было удобнее, я подложил под него подушку. Женя стиснул зубы, приготовившись. Я стал водить своим членом по его входу, поглаживая ягодицы.        Нежно проведя рукой по его спине снизу вверх, я вплелся пальцами в его волосы, заставив откинуть голову назад, и прикусил шею, оставив небольшой засос. Женя вздохнул, довольно ухмыльнувшись. Я аккуратно раздвинул его ягодицы, приставив член ко «входу» брата. Женя слегка напрягся, а я медленно начал входить в него, останавливаясь, чтобы он привыкнул.        Полностью войдя в брата, я подумал о том, что я сейчас делаю. Но, черт, я не могу остановиться. Женя такой теплый, приятный, нежный, хочется не отходить от него никогда. Как же приятно находиться рядом, уже плевать на ориентацию, на то, что раньше я всегда считал, что это противоестественно, что геи были мне омерзительны. Сейчас я просто хочу его, и мне это нравится.        Я начал медленно двигаться, постепенно наращивая темп. Женя начал довольно постанывать, что еще больше меня завело.        Прикусив губу, брат откинул голову назад, сказав, чтобы я двигался быстрее. И я послушался.        Перевернув его на спину, я снова резко вошел в него, сразу же начав двигаться в бешеном темпе, резко вдалбливаясь в брата. Женя начал стонать громче, обхватив мою шею руками.        Покрывая его шею глубокими поцелуями, я спустился к груди, оставив и там несколько засосов, после чего принялся языком ласкать его соски, слегка покусывая их. Брат от удовольствия промычал, приподняв грудь и одновременно попытавшись насесть на меня еще глубже.        Глубоко проникнув языком к нему в рот, я стал страстно целовать его, иногда кусая его губы, от чего они становились ярко-алыми.        Немного отстранившись, я стал все быстрее и быстрее двигаться в Жене, забыв о ласках и поцелуях и одновременно надрачивая ему, от чего он стал стонать очень громко, глубоко дышал и немного жмурил глаза, выгибая спину.        Еще несколько таких толчков, и Женя кончил, сжимая руками простыню под собой. Я все еще продолжил двигаться в нем несколько раз и тоже обмяк, упираясь руками по обе стороны Жениной головы. Вынув свой член из брата, я лег рядом и почти мгновенно заснул.