once we were heroes.

Be still for a moment Everything depends upon you.

Эрик пытается взять себя в руки. У Эрика ни черта не получается. Он задерживает дыхание и считает до шестидесяти. Ничего не происходит. Эрик - словно безмолвная кукла с пустыми глазами; Эрик спокоен снаружи, но внутри у него поднимается шторм и просыпается вулкан. Однажды, Чарльз сказал Эрику о том, что он не одинок. Теперь же Эрик чувствует себя безумно одиноким, он ощущает каждую секунду своего одиночества. Здесь все по-другому - в мире без Чарльза - здесь секунды бесконечно долгие. Здесь каждая секунда обладает голосом, каждая напоминает ему о том, чего он лишился. Каждая секунда обвиняет его в том, что он не смог сохранить то, что, кажется, искал всю жизнь. Эрик думал, что жил для того, чтобы отомстить ему, но нет, он жил для того, чтобы найти Чарльза. Он нашел Чарльза, но его больше нет рядом. Эрик пытается взять контроль над своими мыслями, Эрик хочет думать о чем-то совершенно постороннем - например, о звездах. О падающих звездах, ни одна из которых не исполнит его желаний; ни одна из которых не исправит то, что он сделал. О звездах, которые он терпеть не может, потому что слишком давно их не видел. О звездах, которые выглядят тусклыми, по сравнению с глазами Чарльза. Когда Эрик думает о Чарльзе, он чувствует себя так, будто проваливается в темноту, и ему хочется кричать от бессилия. Отсутствие Чарльза невыносимо. Эрик в тысячный раз задается вопросом: зачем Чарльз заставил его уйти, зачем заставил его покинуть? Эрик обещал себе, что создаст то будущее, в котором Профессор Икс будет на его стороне, но, похоже он не умеет сдерживать обещаний даже перед самим собой, и ему кажется, что он достоин всего, что получил в итоге. Эрик думает о том, сколько боли он причинил Чарльзу и о том, как ему хочется сделать это снова, потому что глаза Чарльза выглядят прекрасно, когда он плачет. Его голубые глаза, покрытые пеленой слез - самая прекрасная вещь на свете. Эрик думает о том, что он был единственным, кто причинял Чарльзу столько боли и при этом он чувствует нечто, похожее на гордость. Эрик всегда слышит Чарльза в своей голове и это похоже на ад. "Не стоит, Эрик", говорит Чарльз в ответ на каждую его мысль. "Не стоит, Эрик". Он посылает воображаемого Чарльза к черту и продолжает тонуть в своих воспоминаниях, испытывая при этом странное удовлетворение. Эрик слышал Чарльза даже в тот самый момент, когда собирался совершить то, от чего Чарльз его так отговаривал. Он слышал его, но, к собственному огромному сожалению, он его не слушал, и кто бы мог подумать, чего это будет Эрику стоить. Эрик помнит, как после смотрел в его глаза, в которых отражалось небо - или же глаза Чарльза были для него самим небом, Эрик не совсем уверен - и уже начинал проклинать себя. Эрик просил его присоединиться к нему, встать на его сторону, говорил, что нуждается в нем, но Чарльз подарил ему свою грустную улыбку и сказал, что они, к сожалению, преследуют разные цели. В тот момент Чарльз разрушил все, что от него осталось. Эрику кажется, что он умирает, потому что вулкан, проснувшийся внутри него, чертовски больно обжигает. Эрик думает о том, что мог бы уничтожить все вокруг одним движением руки, мог бы наблюдать за тем, как все рушится и засыпает его своими обломками, но вместо этого он вытягивает руку и представляет, как касается лица Чарльза. Эрика тошнит от безнадежности. Ему совсем не хочется вспоминать то, как он касался лица Чарльза, не хочется вспоминать и то, с каким восхищением он на него смотрел, и как тихо стонал теми ночами, когда они были самыми близкими людьми на планете. Теперь же ему хочется взорвать эту чертову планету, потому что он не может дотронуться до Чарльза. Эрику хочется разрушить весь мир - так же, как он разрушил Чарльза. Эрик сидит на холодном полу с вытянутой вперед рукой, и ему хочется кричать в голос, кричать от того, что Чарльз слишком далеко. Словно в другом мире - в их общем мире, из которого он его прогнал. Эрик продолжает винить Чарльза во всем, потому что так он чувствует себя менее паршиво. Он знает, что это целиком и полностью его собственная вина. Он не стал тем, кем Чарльз хотел его видеть. Эрик разочаровал его. Эрик думает о том, что мог бы вернуться, не смотря на то, что Чарльз его не ждет. Эрик мог бы вернуться к Чарльзу, только для того, чтобы вновь уйти. Он мог бы снова сделать Чарльза своим, только для того, чтобы вновь разочаровать его. Ради его глаз, наполненных слезами, ради его умоляющего взгляда, ради его тихого шепота. Эрик готов причинять ему боль, раз за разом, снова и снова, каждую секунду, сопровождая это тихим "прости меня, прости, прости, я просто слишком сильно тебя люблю". Эрик закрывает глаза и вновь считает секунды. Эрику кажется, будто он задыхается в этой темноте; он готов разодрать себе горло, чтобы нормально вздохнуть, он готов разрезать свою грудь, чтобы выпустить боль, но не готов отпустить это. Эрик чувствует, как темнота окончательно заполняет его, стирая все прежние чувства. Словно черная лава течет и смывает все на своем пути. Эрику хочется, чтобы его спасли, спасли от того, кем он становится. Эрику хочется вновь обрести спокойствие. Эрику хочется, чтобы вулкан внутри него вновь уснул. Эрику хочется кричать его имя так, чтобы разрушить эти стены. Эрику хочется, чтобы он пришел за ним. Чарльз, его невидимый герой, его невозможно далекий враг.

Once we were heroes, But everything has changed since then.