... а конь не белый и из железа

Джин издает сдавленный писк и пытается пятиться, когда его грубо хватают за плечо. Он чисто инстинктивно выворачивается и отступает на шаг, нервно теребя край свитера. Конечно, его клиенты - далеко не всегда приятные и образованные молодые люди, но подобных орков ему встречать не приходилось. В эту минуту Джин люто, искренне, всей душой ненавидит своего сутенера. Тот молча взял с неопрятного пьяного мужика деньги, хотя прекрасно понимал, что после такого клиента Джину неделя на восстановление понадобиться может. Но побоялся, зараза. За себя побоялся. Всегда можно позвать охрану, но раз такого впустили сюда, у него наверняка свои связи, и кто его знает, что это за связи. - Не зли меня, принцесса, - грубо рявкает "клиент", и Джина всего аж передёргивает от отвращения. На них оборачивается полбара. Джин не может совладать с собой и продолжает позорно пятиться к барной стойке. Мужик делает было шаг к нему, но тут между ними вырастает щуплая фигурка. Мальчишка в кожаной куртке и узких джинсах - наверняка ещё школьник даже - заступает бугаю дорогу. - Кажется, он не хочет с тобой идти, - парнишка явно старается говорить веско и внушительно, но с его высоким голосом получается неубедительно. - ЧО? - мужик даже замирает на мгновение. Джин не может мысленно с ним не согласиться, что карикатурность ситуации граничит с гротеском. С одной стороны здоровенный пьяный мужик, с другой - мелкорослый мальчишка с мотоциклетным шлемом в руке. С одной стороны, приятно и неожиданно, что за него заступились, с другой - исход ясен заранее. Однако, несмотря на явное весовое преимущество противника, мальчишка в косухе стоит твёрдо, как в землю врос. - Я за него заплатил! - дыша перегаром, потрясает тяжеленным кулаком мужик. Мальчишка упрямо смотрит на него исподлобья. Он едва достает пьяному бугаю до плеча и Джин с тихим ужасом ждёт, что сейчас этот кулачище раскроит пацану череп, ну или хотя бы к чертям сломает нос и навсегда изувечит его в общем-то смазливую мордашку. Дальше всё происходит слишком быстро - дебошир выбрасывает в сторону мальчишки кулак, и тот со всей дури лупит его по этой руке шлемом, сбивая направление удара, пригибается и вдвигает пяткой несостоявшемуся "клиенту" Джина в живот. Тот теряет равновесие и плюхается на пятую точку, сотрясая воздух грязной руганью. Мальчишка подскакивает к Джину и ухватывает его за запястье: - Ноги, живо! Джин колеблется, за недовольного клиента по головке не погладят. - Он тебя искалечит вообще, понимаешь? - мальчишка снова дёргает его за руку и, признав весомость его аргументов, Джин срывается за ним следом. Они выбегают на улицу, и мальчишка втаскивает его в переулок и подталкивает к блестящему Suzuki GSX. Джин покорно усаживается позади своего "спасителя" и неловко цепляется за его плечи. Однако когда мотоцикл дёргается с места, Джин, никогда до этого не перемещавшийся с такой скоростью, обхватывает парнишку за талию и надеется только, что не слишком сильно сжимает - всё вокруг несется слишком быстро. Пару минут спустя, Джин привыкает к бьющему в лицо ветру, к странному ощущению отсутствия опоры, даже с пролетающим мимо пейзажем справляется - очень простым способом: закрывает глаза. Он вжимается лицом в загривок мальчишки и глубоко вдыхает тёплый терпковатый запах его кожи. И что он там делал в том баре, если от него не пахнет ни алкоголем, ни сигаретами? Ещё пару минут спустя мотоцикл тормозит - слишком резко, по мнению Джина - и мальчишка стаскивает шлем. Ерошит волосы и расплывается в улыбке, оглядываясь на Джина через плечо - дескать, выбрались. Он фиксирует машину в вертикальном положении, ласково проводит ладонью по тёплому металлическому боку и, сунув руки в карманы, топает к круглосуточному ларьку. Джин поднимается с сидения и смотрит, как он смеется над чем-то с продавцом, тыкая пальцем в своё запястье, где часов нет, но явно подразумеваются. Затем пацан возвращается с двумя бутылками минералки, одну протягивает Джину. - На, тебе в себя прийти надо. - Спасибо, - Джин делает несколько крупных глотков и устало приваливается к забору. Его спаситель про свою воду, кажется, забыл, рассматривая Джина, впрочем, Джина это не беспокоит, он привык, что на него смотрят. За всё это время почувствовал на себе взгляды самой разной степени восхищения и похабности. Наконец, пацан торопливо несколько раз смаргивает, словно прогоняя наваждение, и отводит взгляд. - Куда тебя отвезти? На другой конец города не потащусь. - К тебе. Парень хмыкает и отпивает из своей бутылки: - Без обид, чувак, но у меня точно на тебя не хватит. - Нет, я... - Джин чувствует, как теплеют щеки. Вот это номер. Когда он краснел в последний раз? - Я не в этом смысле. Можно, я у тебя переночую? Я же вроде как занят на ночь, так что мне... некуда вернуться пока. Мальчишка смотрит на него задумчивым взглядом, постукивая пальцами по шлему. - Окей, - говорит он после небольшой паузы и безразлично жмёт плечами. - Брать у меня всё равно нечего, эта птичка, - он ласково похлопывает по кожаному сидению, - самая дорогая вещь, что у меня есть. Да и её отец купил. Джин хочет возмутиться, дескать, за кого это его принимают, но вовремя прикусывает язык. Всё правильно о нём думают. Очень правильно. Социально и логически обосновано. Он, правда, всё равно собирается обидеться, но пока они едут по ярко освещенным улицами, Джин всё же снова крепко обхватывает мальчишку за пояс и пристраивает голову к нему на плечо. Он тёплый даже сквозь куртку, а на Джине только тонкий свитер, да и к мотоциклу он всё никак не привыкнет. Квартира его "спасителя" оказывается на последнем этаже невысокого панельного дома. Не самое элитное жильё. - Я Пак Чимин, кстати, - представляется парень, бросая ключи на тумбочку у двери и плавным движением скидывая косуху. - А ты? - Джин. Чимин чуть морщится: - А по-нормальному? - И по-нормальному Джин, - Джин улыбается уголком губ. - Сокджин. - Лады тогда, - соглашается Чимин и проходит вглубь квартирки-студии к холодильнику. Джин окидывает единственную комнату взглядом и чувствует почти облегчение, обнаружив только кровать в углу и никаких диванов и кресел. Он не хочет спать один, а Чимин так вкусно пахнет... Чимин вытаскивает из холодильника две бутылки пива. - Только и делаешь, что снабжаешь меня напитками, - улыбается Джин. - Может, есть хочешь? - Спасибо, нет, - Джин успел краем глаза заметить содержимое холодильника, и вот еды там точно не наблюдалось. Чимин молчит и отхлёбывает пиво. Адреналин от стычки в баре явно выветрился и ситуация начинает казаться ему неловкой. Джин в который раз ловит взгляд Чимина на своих ключицах, виднеющихся в вырезе свитера, и усмехается. Тут он в своей стихии. Джин запрокидывает голову, отпивая из бутылки, боковым зрением отмечая, что взгляд мальчишки теперь фиксируется на его шее. Он опускает бутылку и смотрит Чимину в глаза. Тот нервно дёргает уголком губ и отставляет своё пиво на стол. Джин подходит вплотную, берет его ладонь и кладет себе на плечо, накрывает сверху своей и ведет вниз, стаскивая растянутый ворот свитера, обнажая часть плеча. Где-то здесь мальчишка должен смутиться, и Джин окончательно окажется хозяином ситуации. Но вместо того, чтоб смущаться, Чимин ещё ниже стягивает вязаную ткань и оглаживает кончиками пальцев плечо и ключицы Джина. На его лице ни намёка на стыд, только заинтересованность. Джин мысленно ставит себя в угол за глупость. Никогда нельзя забывать, что ты просто вещь. Но прикосновения Чимина не похожи на оценивающие облапывания, к которым Джин уже привык. Обычно его щупают, как породистую лошадь, когда определяют, так ли она хороша, как написано в родословной, но Чимин трогает осторожно и как-то бережно. Ему явно нравится, что он видит - он несколько раз непроизвольно облизывается и Джин не может отвести глаз от его пухлой нижней губы, поблёскивающей от слюны. Чимин ведет ладонью по шее Джина, поглаживает кадык большим пальцем и, наконец, поднимает взгляд: - Душ принять не хочешь? Джин чувствует, что опять краснеет. Второй раз за день - и опять из-за Чимина, это возмутительно. Он послушно делает шаг назад: - Не откажусь. - Окей, - хмыкает Чимин, - но после меня, - и скрывается за дверью ванной комнаты. Джин закатывает глаза и качает головой. Когда Джин выходит из душа в любезно предоставленном ему халате, Чимин в свободной майке и шортах сидит по-турецки на разобранной кровати и увлеченно играет в гонки на телефоне, каждый раз наклоняясь всем телом в сторону, в которую надо повернуть. С минуту Джин просто за ним наблюдает, опираясь об косяк. Волосы Чимина ещё влажные после душа и растрёпанные, он таращится в экранчик, сосредоточенно кусает губу и выглядит совсем ребенком. Ну совсем. Округлые щёки, мягкие черты лица... Правда руки и плечи мускулистые, явно работает над собой больше, чем можно ожидать от парня в его возрасте. Джин понимает, что теперь уже он пялится, и задравшиеся по самое не балуй чиминовы шорты и сползающая лямка майки вот ничуть не облегчают ему жизнь. Наверное, он слишком громко вздыхает, Чимин его замечает и поднимает глаза от телефона: - А, ты всё? Он тыкает пальцем в экранчик, сбрасывая игру. - Никак пройти не могу, - Чимин надувает губы и смотрит снизу вверх на Джина: - Спать придётся со мной. - Не проблема, - ровным голосом отвечает Джин и равнодушно пожимает плечами, как будто он вовсе и не радовался этому факту буквально полчаса назад. Чимин подползает к краю кровати и тянет Джина к себе за пояс халата. - Так не стой над душой, ложись, в ногах правды нет, - мурлычет он, и Джину становится не по себе от того, как сильно меняется его взгляд. Это то, что называется 'bedroom eyes', понимает Джин, и Чимин явно уже неоднократно использовал этот взгляд. И успешно. Джину приходится ещё раз напомнить себе, что ему-то точно нечего стесняться. Он развязывает пояс, оставляет халат у кровати и в одних боксерах ныряет под тонкое покрывало. Простыни несвежие, мятые и пахнут Чимином. Сам Чимин ничтоже сумняшеся тянется через него выключить лампу на тумбочке - снова слишком близко и, кажется, нарочно. Или у Джина уже паранойя. Слишком много Чимина в его зоне комфорта. Тот залезает под одеяло со своей стороны кровати и подползает к Джину почти вплотную: - Тебе свет не мешает? Я шторы не закрываю. Фонарь под окном действительно не позволяет комнате погрузиться в темноту, но это последнее, что волновало бы Джина, даже если бы он хотел спать, а не хорошенького мальчишку рядом с собой. Так что он отрицательно мотает головой. Чимин хмыкает и укладывается рядом на подушку, кладёт руку под щёку, его глаза поблёскивают в темноте. Джин неловко поводит плечами, ему непривычно просто лежать с кем-то в постели. В последний раз подобное бывало с ним, наверное, в старшей школе, как раз когда он был примерно возраста Чимина и оставался ночевать у кого-то из друзей. - Зачем ты вмешался? - всё-таки задает Джин мучающий его вопрос. Чимин с полминуты молчит, затем отвечает: - Не знаю. Я как подумал, что этот урод тебя, такого красивого... - он цокает языком и морщит нос. - Ты не подумай, что я такой хороший, мне обычно вообще без разницы. Просто дёрнуло что-то. - Повезло мне, что тебя дёрнуло, - тихо произносит Джин и ещё тише добавляет: - Спасибо. - Не проблема, - передразнивает Чимин и опять смеется. Джин касается тыльной стороной ладони его щеки, и Чимин перехватывает его руку. - Ладно, ладно, я уже понял, что секса не будет, - фыркает Джин. - В твоей жизни разве его не хватает? - Чимин придвигается ближе и снова смотрит своим взглядом из-под тяжелых век. - Повернись. Джин, стараясь не выдать бегущей по позвоночнику дрожи, покорно поворачивается к нему спиной. Чимин обхватывает его за талию и прижимается всем телом. - С ума сойти, - обжигает ухо его шёпот, - прям взял и послушался? Хён... Джин всё-таки вздрагивает. До этого Чимин почему-то благополучно игнорировал уважительные формы и разницу в возрасте, и вот вам - вспомнил. Не в самое удачное время, однако. Губы Чимина легонько касаются шеи Джина - раз, другой - и Джин едва сдерживается, чтоб не попросить: "Сильнее". - Ладно, спи, - приказывает Чимин, хлопая Джина по бедру. Он не отстраняется, только чуть отодвигается, чтоб не дышать Джину в ухо, и замирает. "Он серьёзно?" - почти с ужасом думает Джин. Его давно так не обламывали. Его вообще редко обламывали в плане секса, если учесть его... хм, "профессию". Но Чимин явно действительно не намерен больше ничего делать. Он действительно просто так взял Джина в захват, от которого у последнего в животе скручивается тугой узел и едва в глазах не темнеет, и намерен так уснуть. С минуту Джин размышляет, не вырваться ли, но Чимин так ровно дышит, и это успокаивает. Джин вздыхает и дает себе команду расслабиться. Когда ему ещё удастся поспать ночью. Они просыпаются от противного пиликанья будильника. - Тебе в школу что ли? - Джин с усилием отрывает голову от подушки. По его внутреннему календарю вроде как воскресенье. - Не, - Чимин от души прикладывает кулаком орущий аппаратик. - Забыл вчера отключить. Он перекатывается на спину и трёт кулаком глаза. Помятый, сонный, растрёпанный... Джину хочется его укусить. За нос. За щёку. За такое красивое округлое плечо. Джин приподнимается на локте и смотрит на Чимина сверху вниз, думая, куда бы ещё укусил, если бы было можно, Чимин тем временем приоткрывает один глаз и смеется, и тянется обеими руками пригладить волосы Джина: - У тебя капец стильная укладка, - голос хриплый и ломкий со сна, и без того небольшие глаза Чимина почти совсем исчезают, когда он улыбается. Справившись с волосами, насколько это возможно, имея вместо расчёски только собственную пятерню, Чимин притягивает Джина к себе и утыкается носом куда-то ему под подбородок. Проводит пальцами по щеке и завистливо вздыхает, ощутив лёгкое покалывание пробивающейся щетины. У самого Чимина кожа такая же гладкая, как была вчера вечером. Ну, конечно. Он же ещё ребенок. И этот ребенок льнёт ближе, тёплый и податливо-мягкий со сна, и развратно прикусывает губу, когда Джин отстраняется, чтобы заглянуть ему в лицо. Джин обреченно стонет и закрывает ладонью довольную физиономию Чимина, вдавливая его голову в подушку. Это просто нечестно, проститутка тут он, это он должен соблазнять, а не вестись на школьника с улыбкой порнозвезды. Чимин отбрыкивается, ржёт и вертит указательным пальцем у Джина перед носом. - Йа! - Джин ловит наглую руку за запястье и прижимает к кровати. Чимин издает непонятный сдавленный звук и внезапно замирает, отводя взгляд. Джин вопросительно приподнимает бровь и исключительно ради эксперимента придавливает Чимина локтем к матрасу. Тот судорожно вдыхает и прикрывает глаза, тёмные ресницы чуть дрожат. Джин нависает сверху и ведет ладонью по груди Чимина вниз, слегка царапая гладкую ткань ногтями. Ногти у Джина ухоженные. Чимин хватает ртом воздух. - Не может быть, - выдыхает Джин ему на ухо. Чимин ёжится и сжимает ноги. Джин теребит резинку на шортах мальчишки и тот ёрзает, комкая в ладонях простыню. И куда вся наглость подевалась? Джин глазам своим не верит, неужели всё так просто? Он наваливается на Чимина всем весом, толкая его колени в стороны, тот сдавленно охает, прогибаясь в пояснице, но в целом его растяжка приводит Джина в восторг. Ему практически удается раздвинуть ноги мальчишки настолько, чтоб прижать его присогнутые колени к матрасу по обе стороны от своих бёдер. - Кто бы мог подумать, - издевательски тянет Джин. Чимин пробует дёрнуться, но Джин перехватывает его за горло. Теперь он уже даже не боится переборщить, Чимину всё равно ведь понравится, чёрт его забери. - Я буквально под тебя стелился, - шепчет Джин. - А ты не брал. Чимин тяжело дышит и смотрит в сторону. - То есть, так тебе нравится больше? - он надавливает на бедро Чимина коленом, сильней разводя его ноги - тот вздрагивает от боли в растянутых мышцах и кусает губу. Джин наклоняется над ним и скребет зубами его шею. Наконец, прикусывает плечо, как хотелось уже давно. Проводит языком обратно вверх до мочки уха и покусывает ушную раковину. - Хён! - выдыхает Чимин. - Погоди, - Джин ухмыляется, как маньяк, - ты поиздевался надо мной вечером, теперь моя очередь. Он просовывает руку под майку Чимина и ведет кончиками пальцев по груди вниз, чувствуя, как ходит от частого дыхания грудная клетка. Кожа гладкая и горячая на ощупь. Джин задирает майку и прижимается губами - невесомыми влажными поцелуями. Чимин пытается податься вверх, навстречу, он лихорадочно стаскивает майку и зарывается пальцами в волосы Джина. Но не смеет тянуть. Джин ухмыляется. Он обводит пупок языком и проскальзывает ладонью между ног Чимина. - Хороший мальчик, - севшим голосом комментирует Джин. Чимин почти всхлипывает, толкаясь навстречу его руке, Джин чувствует, как напрягаются бёдра Чимина по-прежнему надёжно зафиксированные его коленями. Джину прямо жалко, что придется его отпустить, чтоб раздеть до конца. Но пока ему этого делать не хочется, и он просто просовывает руку под ткань, нарочно очень медленно. Чимин тяжело дышит открытым ртом, жмурится и хватает его за запястье. Джин прижимается губами к напряженной шее, пахом - к бедру Чимина, и чувствует себя довольным, как кот, нализавшийся сметаны. Чимин отрабатывает за вчерашнее, ему придётся потерпеть. Однако Джину быстро надоедает просто тереться о Чимина, он, наконец, отпускает ноги мальчишки и избавляет его от шортов. - Презервативы есть? - хрипло спрашивает Джин. Зрачки Чимина почти сливаются по размеру с радужкой, когда он кивает и тянется к тумбочке. Джин не забирает блестящий квадратик из руки Чимина. - Ты же знаешь, что с этим делать? - шепчет Джин, стаскивает боксеры и переворачивается на живот. - Нет, - выдыхает Чимин. - Нет? - Джин приподнимает бровь. - В смысле, нет, ляг на спину. Джин слушается. - У меня нету... - Чимин краснеет. - Смазки. - Ты думаешь, она тебе понадобится? - Джину горько произносить это, но если это заставит Чимина сделать уже-чёрт-возьми-хоть-что-то... У него-то смазка есть, конечно. Но она в заднем кармане джинсов, а джинсы в ванной так и лежат, и пошли они на хрен, раз они так далеко, он ни за какие коврижки не хочет сейчас отлипать от Чимина. Точней отлеплять от себя Чимина. Тот уже навалился сверху - горячий и тяжелый - и жарко дышит в шею. - Просто сначала пальцами, если не хочешь сделать больно, - выдает ЦУ Джин. Чимин сосредоточенно облизывает два пальца, и Джин УЖЕ благодарен всем потусторонним силам, что не лежит лицом в подушку и не пропускает это зрелище. Видимо, Чимин даже не специально всё делает так, что рейтинг 19+ кажется крайне уместным. Чимин наскоро растягивает его, скользя по шее и ключицам мокрыми губами, изредка прикусывая кожу. Джин запрокидывает голову и зарывается пальцами в короткие волосы на затылке Чимина. У Чимина явно маловато опыта, но столько энтузиазма, что хватит на двоих, и Джин уже очень давно не чувствовал себя настолько желанным. - Давай, - командует Джин и обхватывает его ногами за талию, Чимин восхищенно прицокивает языком и ведет ладонью от лодыжки до бедра, оглаживает колено. - Эй, мы вроде как тут чем-то занимались? - сварливо торопит Джин. - Извини, забылся, не приходилось бывать между таких охуительно длинных ног, - без тени раскаяния отвечает Чимин, опять выдает эту свою развратную ухмылку и толкается внутрь. Джин прикусывает кулак и подается навстречу: - Быстрее, - требовательным тоном. Чимин не слушается, вместо этого подхватывает одну ногу Джина и закидывает себе на плечо, обводит языком щиколотку. У Джина аж в глазах темнеет. - Ну же, - уже не требует, а почти жалобно просит он. Чимин подхватывает его под бёдра и начинает двигаться резче. Джин скребет ногтями простыни и прогибается. Глаза у Чимина совсем чёрные, а взгляд настолько интенсивный, что почти плавит кожу, Джин сдает себя этим глазам и рукам целиком и полностью. Он до синяков впивается пальцами в плечи Чимина и тянет его на себя, чтоб ближе, чтоб сильнее. Воздуха радикально не хватает. Чимин буквально ложится на него сверху и непрерывно негромко стонет прямо на ухо, и почему-то Джина это заводит ещё сильней, хотя он не поклонник громкого выражения чувств и в постели из него самого лишнего звука не выдавишь (разве что для клиентов, конечно, приходится стонать). Но он всё же издает слабый полузадушенный стон, когда Чимин обхватывает его ладонью и двигает рукой сначала в такт, а потом уже просто безо всякого ритма, но зато резко и быстро. Этого Джину хватает, его накрывает так сильно, что в ушах звенит, и кажется, он всё-таки кричал. Чимин сползает с Джина, чтоб улечься рядом на бок, и небрежным жестом отбрасывает в сторону мусорки использованный презерватив. Он утирает ладонью лицо и ерошит взмокшие волосы. От него так остро пахнет сексом, что у Джина немного плывёт в глазах. А потом Чимин просто приподнимается на локте и целует, медленно и тягуче, настойчиво раздвигая его губы языком, и Джин чувствует неприятное покалывание под рёбрами. - По ходу мне надо двигать, - говорит он, глядя в потолок. - Ты же не работаешь днём? Джину не очень уютно от упоминания его "работы", но Чимин не заостряет внимания на этой теме и продолжает: - Так оставайся пока, - он сладко зевает, спихивает на пол испачканную простыню и оставшейся чистой прикрывает Джина. - Ты не бойся, от голода не умрёшь, пиццу закажем. А потом я возьму тебя в душе. Или ты меня. У Джина что-то едва заметно ёкает внутри. Вряд ли от перспективы очередного секса... наверное, от упоминания о еде. Да, точно, это всё обещанная пицца. Пожалуй, ради пиццы можно и задержаться.