Искаженное Серебро

Её нужно убить. Да, определенно, убить. Она слишком... сильно оказывает влияние на окружающих, нарушила доселе существующий устой. Заставила его почувствовать себя... слабым, немощным - пусть даже в отношении плотской связи. Но, кто ей сказал, что он на это не способен?! Да какое, собственно, ему дело до того, что она хочет соблазнить Майрона? У него был глупый приказ - Тху бы позабавился, стал бы веселей и услужливей. Но - нет. Ревность? Скорее, как собственности. Сильвер накануне предложила ему "помощь". Что еще за грязная игра? Что ж, он даст ей ход - но что она будет делать дальше?... Мелькор поднялся с трона. Орк, что сдавал ему какой-то важный отчет о разведке, невнятно залепетал, протягивая Властелину отрывок бумаги. И тут же сгорел в багровом пламени под свирепым взглядом черных глаз. Другие попятились - Моргот исчез в черном вихре, проносясь по коридорам и развилкам собственного замка, напряженно вспоминая, где окончательно поселилась Сильвер - вдалеке от его собственных покоев и покоев Майрона, в удалении от всех, там, где почти всегда холодно и где самый жаркий камин. Она снова его растопила - здесь было так жарко, что толстая корка снега и льда, лежавшего на подоконнике бойницы, растаял и теперь лениво капал с характерным звуком на каменный пол. Толстый ковер с рисунком золотых и черных драконов на ало-зеленом фоне, был пододвинут к камину, где и возлежала Сильвер. Казалось, что она спит - лишь пальцы протянутой руки слегка дрожали, вытягиваясь к огню, и тут же отдергивались, стоило жгучей стихии лизнуть их. На белых руках не было ожогов - неопалимая? Нет... Как ей тут не жарко? Даже Мелькор, при всей его любви к жаре и пламени, чувствовал необходимость снять свои одежды. Она лежит тут, как всегда, в белых одеждах - плащ лишь слегка накинут на обнаженные плечи, но под ним едва виднелись черные хитросплетения лент, заменявших ей нижнее белье, коими она перематывала грудь. - Чего стоишь на пороге? - Мелькор тут же вынырнул из раздумий. Девушка так к нему и не повернулась, лишь раздраженно повела плечом. - Проходи, я не сплю. Он зашел и сел на расстеленную кровать - похоже, сегодня она не покидала комнаты и никого не ждала. На столе разбросаны свитки, клочки пергамента - на них размашисто вычерчены какие-то руны, непонятные ему. Несколько сломанных, замызганных перьев валялись под столом вместе с разлитыми чернилами и разбитой чернильницей. Пара огрызков грифеля торчала из-под одеял, грудой сбитых в углу кровати. Несколько элементов скомканной одежды свисало со стула, что стоял возле письменного стола. - Какой беспорядок... - тихо сказал Мелькор, покачав головой. Сильвер его услышала и, лениво выгнувшись на ковре, пробормотала: - И мне это говорит Мятежный Вала... Ведь беспорядок и диссонанс - это все твое, разве нет? - она перевернулась на спину и поглядела на него снизу вверх. - Ты выглядишь печальным. Что случилось? Он снова поднял голову и посмотрел на неё. Во взгляде не читалась печаль, расстройство, столь привычная злоба - нет, один лишь сизый, скользкий туман непонятных эмоций и ощущений. Темный Владыка встал и опустился рядом на ковер - он был по-прежнему в короне, окован легкими, "повседневными" черными латами. - Не хочешь снять свою корону с бирюльками? Жжет ведь. Легче же будет, - встретившись с ним взглядом, она, хихикнув, заверила. - Не боись, они мне сто лет в обед и даром не нужны. А вот доспехи и корону все-таки сними - что я тебе сделаю? К тому же, жарко, и они, должно быть, тяжелые. Мелькор снова не ответил. Тяжело вздохнув, снял рукой корону и откатил её в уголок возле мягкого кресла. Следом растаяли доспехи, словно и не было их вовсе. Теперь он был в простой черной рубахе с, тем не менее, изящной шнуровкой и причудливой вышивкой по вороту и рукавам, узких штанах и сапогах. - Лучше? - он кивнул. - Видимо, ты пришел сюда, чтобы молчать? Вынуждена тебя расстроить: я девушка, и мне жизненно необходимо с кем-то поболтать, пусть ты там... кто ты там? Черный Враг Мира, да! Тем более, я отсюда не выходила три дня, с момента нашего последнего разговора. - Он снова промолчал. - Может, скажешь хоть что-нибудь? - Помолчи, - Мелькор прикрыл глаза и сунул руку под голову, повернувшись к огню. Сильвер лежала так же напротив, откровенно разглядывая Валу. Они пролежали так довольно долго, и пролежали бы еще больше, если бы девушке не надоело простое созерцание Господина Мелькора. - Мелькор, - прошептала она. Тот открыл один глаз, судя по недовольному его выражению, она помешала чему-то очень важному. - Я, конечно, понимаю - тепло и все дела, но ты мог это устроить в своих покоях, и вряд ли тебе просто приятна или выгодна моя компания. Скажи, зачем ты пришел? Моргот тяжело вздохнул и сел. Сильвер стало слегка неудобно под этим пристальным взглядом, что словно пытался пробуравить её насквозь, пробить трещину в прочном фундаменте, а затем наблюдать, как высокая башня падает, в середине преломляясь, столь некрасиво крошась в пыль и затмевая жалким зрелищем остальной мир. Он ничего не говорил, лишь подсел ближе, ладонью уперся ей в грудь, заставляя лечь. Девушка поддалась и легла, слегка прикрыв глаза на миг, и тут же их распахнув. Она лежала, повернув голову на бок - Мелькор сидел все в той же позе и не сводил с неё глаз. Она попыталась перевернуться на бок - снова его рука вернула её в исходную позицию. Сильвер лежала, не шелохнувшись, когда её уже за колени прижали к кровати, а на лицо спали длинные волосы. Дева чихнула, и уставилась в его глаза. - Почему ты молчишь? - А что мне говорить? - он на сей раз ответил, но в излюбленной форме: лежа на ней, почти касаясь губами его уха. Эру, какие они горячие. Да она мало не задохнулась - Владыка не пушинка! Сильвер высвободила правую руку и вцепилась в ворот его рубахи и, не прерывая зрительного контакта, чуть приподнялась, насколько позволяло его тело, и коснулась губами его губ. Неожиданно, но он будто того и ждал: с жаром ответив, он сжал её бедра и перевернулся, таким образом, Сильвер оказалась сверху. Она скинула плащ, грудь теперь прикрывали черные ленты - но разве они помеха? Нет, Мелькору не потребовалось и секунды - он тут же их сорвал и сжег прямо в своей руке, стряхнув пепел на простыни. Сильвер отвлеклась от поцелуя и удивленно посмотрела на останки белья - неужто и шаровары он тоже сожжет? Они, между прочим, одни-единственные и самые любимые! - У тебя будут десятки, - сказал Мелькор, прочитав мысли, резко сев. Придерживая её одной рукой за талию, другой он разрывал мягкую ткань штанов, тут же спаливая у себя в ладонях. Слишком горячие его руки, что скользили по его спине. Сильвер ласкала губами его шею, слегка проводя языком по месту, где сквозь тонкую бледную кожу были видны пульсирующие сине-зеленые вены, запуская руки под рубаху и проводя по его торсу, груди, пока он избавлялся он нижних частей её одежд. Наконец, она восседала на нем - абсолютно голая, в то время, как он был полностью одет. Она фыркнула, приподнимая края рубахи, намереваясь снять, но она тоже сгорела, прямо на его теле - и пепел тут же осыпался вниз, легким сквозняком уносимый прочь. Сильвер толкнула Валу на постель, снова оказавшись сверху. Она смотрела в его глаза - как странно, в них не было той звериной, грязной похоти, что была в огненных, змеиных глазах Майрона. В них было... безразличие? - Тебе все еще холодно? - шепнула она, прикусывая мочку уха и проводя пальцами за ним. Мелькор едва слышно вздохнул - во вздохе сквозила легкая усмешка. - А ты все еще думаешь о Гортхауре, - он снова перевернулся подмяв её под себя. Девушка тут же притянула его к себе, снова припадая к нему устами, другой рукой слегка оттянула край штанов, намереваясь скользнуть внутрь. Мелькор тут же взял её за запястье, прищурив очи. - Нет дорогая, не пойдет - я уже возбужден, а ты - нет. - Да? И где это видно? - насмешливо протянула Сильвер, немного сжимая обтянутую штанами горячую плоть. Теперь была очередь Владыки. Если говорить честно, девушка-менестрель до конца не верила в то, что сейчас происходит. Казалось, вот так просто - она уже делит ложе с Темным Властелином. Однако, одно дело - просто раздвинуть ноги, другое - сам Мелькор пытается довести её до края, вместо того, чтобы просто взять. Странно это, как ни погляди. Он не хочет, чтобы она думала о Тху - ладно, она не будет, но пусть же он постарается, чтобы, по крайней мере, в эту ночь, она позабыла обо всем. Похоже, он думал о том же - миг, и края кровати, простыни, хаотично раскиданные по ней - загорелись. Сильвер вцепилась в плечи Мелькора, с некой опаской глядя на золотое, алое пламя, бушующее в опасной близости вокруг них. Одна рука легла ей на затылок, но, против ожидания, он скользнул губами по подбородку вниз, по шее, оставляя влажные дорожки и прикусывая в особо тонких местах. Другой рукой он скользнул ей меж ног, тремя пальцами осторожно нащупав чувствительный бугорок, и тут же сжав его. Девушка зашипела, с силой вцепляясь в обнаженную спину, выгибаясь и пытаясь сжать ноги. - Тише, - теперь в его голосе сквозила насмешка. Он спустился по ключице вниз, к груди, и сильно сжал зубами сосок. Сильвер выдохнула, запуская руку в его волосы. Между ног стало влажно и жарко. Казалось, еще чуть-чуть - и влага стечет вниз прямо по его пальцам. Мелькор словно почувствовал её состояние, но счел его недостаточным. Он встал и снял штаны. Достоинство было внушительным и толстым. Скулы Сильвер слегка окрасились розовым - она старалась туда не смотреть, пусть и велико было искушение. Темный хохотнул и подхватил её под мышки, снова усадив на себя. Тем не менее, она решила по-другому: снова прошлась устами по шее, груди, мстительно укусив розовый сосок на безволосом теле, рукой спускаясь ближе к паху. Прохладная ладонь легла на член и провела вверх-вниз по стволу, несильно впиваясь пальцами в мягкую нежную кожу. Из уст Мелькора впервые вырвался долгий, мучительный вздох. Сильвер снова примкнула губами к его губам, сталкиваясь с ним взглядом. Снова там не было ничего - хотя, быть может, такое же, непонятно-изумленное выражение было и у неё. Кто знает? Девушка продолжала терзать его достоинство, пока он не набух в её руке окончательно. Сильвер тут же перевернулась набок, закидывая одну ногу на его бедра. «Давай же, Мелькор, сделай это»,- говорили её смешливые глаза, и Владыка впервые за долгое время отвечал ей слегка приподнятыми уголками губ, закидывая вторую ногу Сильвер себе на бедро и нависая над ней. Пламя шептало заветные слова где-то сбоку, поначалу одаривая нежным, трепетным теплом, а после - неистовым, диким огнем, что обжигало плечи и колени, не оставляя следов, но все же распаливая тело и душу добела. Она почти не помнила, когда он вошел - разум словно заволокло плотной влажной дымкой, когда он снова посмотрел на неё и запечатал уста поцелуем - крепким и терпким, до неприличия горячим и... страстным? Он словно отдавался ей полностью, и требовал того же от неё, властно прижимая её к себе. Он тянул её за те длинные пряди волос, что она оставила на затылке и виске, запрокидывая её голову назад и продолжая терзать шею. Больно не было - лишь почувствовала, как кровь быстро стекла по внутренней части бедра и первый толчок, показавшийся неприятным. Темный двигался сразу размеренно, ровно, пока позволяло дыхание. Сильвер вжималась в него, подавалась бедрами вперед, царапая плечи и руки. Он смеялся сквозь поцелуи и вздохи, слыша её кошачье раздраженное шипение и едва слышные стоны. Помнится, Сильвер хотела сесть сверху, но он ей не позволил: - Надо было раньше, девочка моя, - жарко шептал ей на ухо, особенно сильно сжимая грудь и больно оттягивая сосок. Её губы стали красными, почти карминовыми, щеки алели, а вокруг не прекращал танцевать огонь. - Черт, - ответила она. Мелькор стал двигаться быстрей и неистовей, словно разрывая изнутри. Толчки стали рваными, не динамичными, словно он был на последнем издыхании. Сильвер улучила момент, когда волна удовольствия почти захлестнула её с головой, почти истощив Мелькора, и быстро перевернулась, оседлав его. Владыка ответил ей слабой, немного измученной улыбкой, которая словно говорила: «Чего не сделаешь ради неразумного дитяти». Разве что руками не развел. Сильвер насаживалась быстро, резко, дрожащими руками упираясь в грудь, а Мелькор придерживал её за бедра, пытаясь задать темп и оставляя лиловые синяки. Их крики были слышны, наверное, во всем Ангбанде, но это их сейчас совсем не волновало: Сильвер, как и ожидал Мелькор, напрочь позабыла обо всем, он сам - позабыл о всем, видя перед собой лишь её глаза да приоткрытый алый рот. Последние движения были особенно яростными, пламя вздымалось вверх, сжигая легкий голубой тюль балдахина, осыпая яркие снопы искр на два сплетенных обнаженных тела. Наконец, обессиленная Сильвер обмякла, руки сотрясала крупная дрожь, и Мелькор, который раз перевернувшись, сделал финальный рывок, абсолютно расплавившись в ней. Как ни странно, он, обессилевший, рухнул на кровать рядом с Сильвер, притянув её к себе. Она засыпала, все еще силясь не провалится в царство Ирмо под его укоряющий взгляд. - Ох... - о чем она хотела сейчас поразмыслить..? Уже и позабыла. Девушка выгнулась, хвастаясь изящно-хрупкими формами перед неведомо кем - Владыка то все уже видел. Он смотрел на её спину, рукой все еще продолжая ласкать грудь. Сильвер задрожала от нахлынувшего желания и сама коснулась пальцами лона. Мелькор с интересом наблюдал, продолжая ласкать грудь и прижимаясь сзади. Девушка, всхлипывая, теребила мягкий бугорок, лаская клитор и сжималась в комок, не в силах заменить пальцами достоинство Темного. Но он ничего не предпринимал, видимо, наслаждаясь зрелищем, распаляя её ленивыми сжатиями набухших сосков. Сильвер погрузила в себя пальцы, несколькими рваными движениями заставив себя кончить. Соки заструились по пальцам и она сильнее выгнулась, после обессиленно растянувшись на подушках. Порыскала рукой сбоку - одеял не было - сгорели. - Мелькор! - Это было потрясающе, - промурлыкал он, прижимая её к себе и накрывая своим плащом, притянутым с ковра. - Надеюсь, ты как-нибудь повторишь это дивное представление. - Ага, лечу и падаю... - протянула Сильвер, накрываясь плащом с головой и прижимаясь к Мелькору. Руки легли ей на спину, слегка сжав. Она уснула. Ему тоже не хотелось думать. Мысли, многочисленные, роились надоедливыми и запоздалыми пчелами в голове. Помнится, утром он шел сюда с твердым намерением её убить. Так почему? Он сам не знал ответа. Он может убить её сейчас - кинжал под подушкой, пламя в руке. Но она позабыла Майрона на эти мгновения. А может, дело в другом? Эру с ней, он не хочет сейчас думать ни о чем - он смертельно устал. Пламя затухало, постель устлалась пеплом. Но все же один лишь вопрос: «Почему она использовала ту жалкую отговорку о его бесплодии? В чем тут, собственно, дело?»