Untouchables

      Никто не спорил с тем, что нынешний Зимний кубок стал самым захватывающим и зрелищным противостоянием всех последних лет. Сперва невероятная, почти невозможная победа Сейрин над Ракудзаном... Хотя, казалось бы, даже самая первая их победа над Тоуйо уже была чем-то выдающимся, однако когда заветный Кубок оказался у Сейрин, ребята уже окончательно поверили, что прошли через это испытание.       …Но это будет позже, после всех остальных соревнований, а пока Сейрин и Ракудзан стояли на построении после финального сигнала, ознаменовавшего конец матча. Некоронованные генералы Ракудзана несколько нервно переглядывались, явно с трудом приняв факт своего поражения. Но больше всего их пугало спокойствие Акаши. Куроко также наблюдал за ним, но по словно окаменевшему лицу капитана ничего нельзя было понять. Пожалуй, именно этот факт и мешал Тени с чистой совестью полностью и без остатка впустить в себя радость победы. Сейчас был не самый лучший момент для вопросов. Но позже они непременно поговорят. Куроко должен был сам услышать, что Акаши скажет о его победе. Узнать, сумел ли он объяснить своему бывшему капитану, почему покинул своих товарищей.       Если раньше Акаши непременно остался бы при своем мнении, то теперь его поражение оставалось единственной надеждой объяснить, что красноволосый собственноручно и целенаправленно искоренил в некогда дружной (пусть и довольно специфически) команде Тейко. Какое чувство понимания и доверия к своей команде на корню уничтожил в гениальных спортсменах.       Куроко даже не заметил, с каким беспокойством на него самого стал поглядывать совершенно ошалевший было от всепоглощающей радости Кагами. Тетсуя полагал, что в ближайшее время так и не сможет поговорить с Сейджуро, но в широком коридоре, куда вышли обе команды с игровой площадки после долгих и оглушающих возгласов болельщиков, их перехватили остальные члены Поколения чудес.       Первым, конечно, был, вездесущий Кисе Рета. - Куроко-чии, Ака-чии, это было невероятно! Эй, Ака-чии, ну куда ты пошел?! Ты что, даже не поздравишь Куроко-чии с победой?! Чего ты надулся?! - Кисэ, тебе жить расхотелось? – прошипел пробившийся откуда-то из толпы Аомине. - А? Но я же… - растерялся блондин, однако, перехватив взгляд Акаши, панически сглотнул и позволил оттащить себя в сторону. - Это была хорошая игра, - послышался сдержанный голос также подошедшего Мидоримы. Как и Куроко, он не без труда скрывал свое беспокойство за реакцию Акаши на итог матча. Тот в своем пока нечитаемом и потому непредсказуемом состоянии мог сделать с собой или с другими что угодно, и снайпер с более чем обоснованным облегчением подумал о том, что надежно припрятал свои ножницы – и те, что были талисманом дня, и маникюрные. - Поздравляю с победой, Тайга, - к командам пробились Химуро и Мурасакибара. Химуро покосился на своего как обычно жующего что-то напарника и снисходительно улыбнулся, слегка подтолкнув того локтем. – Атсуши также впечатлен вашими результатами, правда же? - Конечно, - негромко фыркнул Атсуши. – Ака-чин вас все-таки не раздавил, я искренне удивлен. - Спасибо, - коротко поблагодарил Куроко. – Акаши…       Вокруг, несмотря на снующие толпы людей и несмолкающий шум посторонних голосов и разговоров, сразу как будто стало тихо. Поколение чудес – в том числе и непоседливый Рета, Сейрин, Ракудзан на доли мгновений застыли, ожидая решающего момента, который поставит точку в этом противостоянии. Даже до Кагами дошло, чего так боялся Куроко и не мог не признать правоты его опасений. Акаши наконец посмотрел на фантома, и остекленевший ало-золотой взгляд немного ожил. Но тут же утратив интерес к соперникам и бывшим своим игрокам, Акаши двинулся вперед по коридору со своими генералами. - Эй!.. - слабо возмутился было Кагами, но все же безопасности ради ограничился этим негромким возгласом. Зато лицо Куроко, напротив, внезапно просветлело, и тот с едва уловимой улыбкой повернулся к товарищам, лишь сейчас позволив себе в полной мере насладиться истинным вкусом победы. Разумеется, никто в стоящем вокруг шуме не услышал слов Акаши, которые, собственно, и не предназначались для посторонних. Он бросил походя лишь пару слов, даже не обернувшись, но для Тени и этого оказалось достаточно, чтобы уже безоговорочно поверить в Победу.       «Вы отлично сыграли» - Мы и правда победили, - тихо сказал Куроко. – Победили. Победили. Победили!..       С этим радостным, неожиданно громким, звонко и ясно прозвучавшим криком, Куроко повис на шее на мгновение чуть не лишившегося дара речи Кагами. Остальные тоже несколько удивленно переглянулись и… рассмеялись, сбрасывая накопившееся напряжение и уже ни сколько не сдерживаясь, бурно, от души также теребя, тормоша и на перебой поздравляя друг друга. - …Мои очки!.. - Мидорима-чии!.. - Отлипни, Кисэ!.. - Правильно, Шин-чан, иди лучше ко мне, - к снайперу с трудом протиснулся наконец разыскавший его Такао. - Никогда не думал, что в чем-то с тобой соглашусь, но в данный момент ничего не имею против, - пробурчал Мидорима, позволяя вытащить себя из этой весело бурлящей, смешавшейся кучи.  

***

      Фурихата устало брел в одиночестве по уже опустевшим коридорам и корил себя за то, что ухитрился забыть телефон. Команда отправилась в полюбившийся всем ресторанчик Окономияки, чтобы отметить столь важную победу, и Коуки, только-только собравшийся воздать должное вкуснейшей пицце, обнаружил, что оставил телефон в спортивном комплексе. Делать нечего, наскоро перекусив и попрощавшись с ребятами, Фурихата поехал обратно.       Зрители давно успели разойтись, так что шатену несколько не по себе было идти по гулким темным помещениям, предварительно едва убедив охрану, что он просто вернулся за забытыми вещами. С трудом разбирая в приглушенном свете еще неубранные с дверей таблички, Фурихата кое-как отыскал раздевалку, отведенную их команде. Мигом воспрянув духом, обнаружив свой мобильный на шкафчике, парень в еще более приподнятом настроении повернул назад. И с удивлением услышал, как в конце коридора тоже хлопнула дверь, и кто-то почти неслышно идет ему навстречу. От хорошего настроения не осталось и следа, едва Фурихата различил в полумраке ярко-алые волосы.       Сразу с утроенной силой заныли перегруженные мышцы, а в груди невыносимо потяжелело. Однако Фурихата помнил, с каким высокомерием (как ему показалось) Акаши принял победу Сейрин. Как будто Ракудзан сделал величайшее одолжение, позволив обыграть себя какой-то заштатной команде. С самого начала Фурихату не то, чтобы покоробило от такого презрения, нет, он отлично понимал, что ему пока не сравниться с Куроко, Кагами и теми же Некоронованными. Однако Коуки был убежден, что этим признанным гениям из Ракудзана стоило проявить хотя бы малейшее уважение к их стараниям, признать то, что они заслужили эту победу, и что даже рядовые игроки, вроде него и Коганея, поспособствовали ей. - Это еще не конец, - в полголоса сказал Фурихата, когда Акаши прошел мимо него.       Сейджуро невольно приостановился. - А, ты, кажется, из Сейрин. - Верно, - Фурихата нервно куснул губу, радуясь, что стоит к капитану спиной. – Впереди еще два Зимних кубка и национальное первенство. Наша победа – не случайность, и мы докажем это!       Позади стояла тишина, поэтому Фурихата продолжил, сам поражаясь неизвестно откуда взявшейся смелости: - И больше я не отступлю! Себя я тоже заставлю признать и запомнить!       В ответ раздался короткий смешок. - Тогда жду с нетерпением.         Эта фраза в последствии буквально въелась в сознание игрока. Даже Рико поразилась тому, с каким решительным, почти агрессивным видом прежде неприметный и тихий Фурихата взялся за тренировки, хотя после триумфального взятия Кубка нагрузку пока можно было бы и поубавить. Почти все свободные часы Коуки теперь проводил в зале или на площадках, ни на день не забывая о данном обещании, которое, возможно, даже не приняли всерьез. И не менее старательно раз за разом убеждая себя, что не относит это целиком на свой личный счет.