Untouchables

      Маюзуми направился прочь из спортзала, даже не утруждая себя прощанием, едва тренер объявил об окончании тренировки. После ухода Акаши общаться с ним стало решительно невозможно. Даже Хаяма, которого за пределами игровой площадки невозможно было чем-либо пронять и задеть за живое, стал ворчать и возмущаться по поводу этих оскорблений. А он же просто хотел поднять сокоманднику настроение!       Терпение Лео тем более было не резиновым. Теперь он отвечал за команду и должен был сделать все, чтобы этот высокомерный упрямец наконец забыл о своей гордости и попробовал отвечать сам за себя. А не строить из себя сломанную и брошенную куклу. Что бы там ни говорил невидимка Ракудзана о том, что он лишь совершенное орудие, ныне оставшееся без своего хозяина, Маюзуми, в первую очередь, был живым человеком.       Мибучи, который периодически предпринимал попытки доказать Тихиро этот очевидный и нехитрый факт, доставалось, как следствие, больше всего. Именно на него выплескивалась львиная доля ненависти и раздражения, что никак не могли отпустить Маюзуми. Приятного было мало, но отступать Лео не собирался. Он обещал Акаши, что будет вести команду к первому месту и сделает это. Точно также, как пообещал вбить в голову этого несносного и много возомнившего о себе болвана хоть толику здравого рассудка.       - Эй, Маюзуми!       Тот нехотя остановился, с досадой наблюдая, как с платформы в нескольких метрах от него отходит нужная электричка.       - Что еще? – буркнул Маюзуми, даже не поворачиваясь к новому капитану. Мибучи коротко усмехнулся.       - Ты домой сейчас?       - Да.       - Поедем вместе?       - Без разницы.       - Вот и отлично.       Поддерживать разговор Маюзуми определенно не собирался. Лео тоже не настаивал, вложив в уши по наушнику.       Так, в молчании, оба дождались следующей электрички и пробились внутрь. Народу, как всегда, было много, но стоять можно было вполне спокойно, не впечатываясь в стенки или двери транспорта всем телом от зажавшей тебя толпы.       - Маюзуми, скоро у нас матч, рассчитываю на тебя, - произнес Мибучи, удобно вписавшийся в промежуток между окнами. Стоящий перед ним и держащийся за верхний поручень юноша только равнодушно кивнул. Незаметно смерив того пристальным взглядом, брюнет нехотя убрал наушники.       - Я напоминаю тебе об этом, так как хочу, чтобы ты отнесся к этому серьезно.       - Сам знаю.       - Я отлично понимаю, что тебя не устраивает. Однако это не причина такого отношения к команде. И ко мне в частности. Я не Акаши, но тоже делаю все возможное для победы.       - Ты для этого со мной поехал? Читать нотации?       - Мне так или иначе нужно было поговорить с тобой. Мне порядком надоело, что ты ничего не делаешь для того, чтобы начать играть, думая собственной головой, и самому прикладывать все усилия, чтобы победить, потому что ты хочешь этого. А не по чьим-то указкам. Акаши знал тебя и умел хорошо манипулировать, но теперь капитан я, и я хочу, чтобы ты по своей воле поддержал команду. Поддержал потому, что тебе самому не все равно. Потому что мне – не все равно. Не все равно то, что с тобой происходит.       - Одни слова, - непривычно тихо сказал Маюзуми. Но, кажется, упорство Лео дало свои плоды. Ему было вполне достаточно тех сомнения и неуверенности, которые наконец пробились в холодном равнодушном тоне баскетболиста. Электричка вздрогнула на повороте, так что Маюзуми неловко качнулся вперед, не удержавшись и выпустив поручень. Момент оказался как никогда удачным и подходящим. Лео почти без раздумий приобнял его, помогая устоять на ногах. Чувствуя, как крепче сжимается невольно ухватившаяся за его плечо рука, а почти упавший на него Тихиро не спешит отстраняться, Мибучи лишь довольно улыбнулся. Что ни говори, а он не привык отступать, пока не добьется своего.