Скованные тьмой

Блум волновалась… Сидела в кресле-качалке на крыльце дома и обеспокоенно смотрела в сторону леса, куда вела выложенная камнем тропа. Сидела и волновалась. И на то было две причины. Одна выходила из другой. Первая заключалась в ее супруге. Последние две недели, после их свадьбы, после их первой ночи, когда так не вовремя появился Дракон и вновь напомнил о поджидающих удобного момента врагах, когда Валтор метался с криками из-за кошмара, маг изменился. Дурные сны с каждым днем преследовали его все больше, и мужчина продолжал отдаляться от феи огня, все реже позволял себе обнимать супругу, целовать ее. Если же Блум сама тянулась, у него дрожали руки, а его сердце билось чаще, но при этом – испуганно. Он отстранялся и уходил. В лес, в другую комнату… Куда угодно… От нее. Блум видела, что с ее любимым творится что-то не ладное. Он словно стал бояться, нет…не ее прикосновений. А своих к ней. Словно боялся навредить, испугать, разозлить… Потому и избегал любого разговора с феей или выяснения отношений по поводу его поведения. И Блум не настаивала. Она знала, что Валтор любит ее, а все, что с ним происходит, - временное. Ему…будто нужно что-то решить для самого себя. С чем-то справиться. Молодая женщина готова была помочь и каждый день молилась, чтобы Валтор дал ей хоть какой-то знак-просьбу о помощи… Вторая же причина заключалась в подругах Блум и ее семье. Через неделю, после того, как Валтор стал вести себя странно, фея огня попыталась связаться с Марион с помощью магического медальона, подаренного отцом на свадьбу, чтобы поговорить об этом. Не ответила… Потом – Дафне… Тоже самое… Винкс тоже не отвечали, а способа связаться с ними, кроме как по телефону, Блум не знала. И это ее серьезно беспокоило. Раздались знакомые постукивания каблуков по каменной кладке. Блум резко подняла голову и неотрывно стала наблюдать за идущим к дому мужчине. От его всегда гордой осанки не осталось и следа – идет, опустив голову, спрятав руки за спиной, как какой-то военнопленный, и уставившись прикрытыми глазами себе под ноги. Губы плотно сжаты. Подходит к крыльцу, молча поднимается по ступенькам и, даже не поздоровавшись, тянется к ручке двери. Фея огня прикусывает губы, чтобы не закричать. Она не могла понять, что происходит с ее любимым, обижалась на него за то, что не объясняет причину своего поведения, и в то же время жалела его, видя, что он мучается. И Блум очень надеялась, что его муки не связаны с ней, что он совсем не жалеет о том, что они поженились, что занимались любовью… Боги! Для Блум это была лучшая ночь! По крайней мере, до того, как кое-кто вмешался в их маленькое счастье. А теперь это… Дверь закрывается, и молодая женщина вздрагивает. Косо глядит в сторону. Продолжает кусать губы, боясь сделать первый шаг и узнать наконец, что происходит. Пытается отвлечься, но в этот момент в доме что-то падает. Блум вскакивает и бросается внутрь. Замирает на пороге гостиной и вопросительно смотрит на сидящего на полу длинноволосого мужчину. Валтор, низко опустив голову и обхватив плечи руками, чуть вздрагивает. Фея молнией бежит к мужчине и, упав перед ним на колени, обхватывает холодные щеки своими маленькими ладошками. Подняла его голову, заставляя посмотреть на себя, и вздрогнула. Льдистые глаза застилала влажная пелена, капилляры полопались, от чего лед на фоне алого цвета казался до жути пугающим. Бледный, словно увидел призрака, Валтор заскрипел зубами и резко притянул Блум к себе. Уткнулся лбом в ее плечо и обнял до хруста в костях, продолжая дрожать. -Прости… Прости… Умоляю… - как в бреду твердил маг, обнимая супругу. Блум, ошарашенная подобным поведением мужчины, первые пару минут не знала, как на такое реагировать, но потом положила руки на голову мага и прижала к себе. Улыбнулась. -Мне не за что тебя прощать, милый… -Прости… -Валтор… Я действительно не представляю, за что ты просишь прощения. – фея вздохнула, но поглаживать мага по голове не перестала. Легко коснулась губами виска любимого. - Я люблю тебя… От этих слов мужчина вздрогнул, замер, сильнее вцепился в супругу и повторил: -Прости… -Господи, Валтор! За что?! За что?! – Блум впервые повысила голос. Отпрянула от мужчины и, схватив за ворот рубашки, встряхнула. – Просто ответь, за что мне тебя прощать?! Что ты сделал не так?! Что? Что произошло, что ты так убиваешься?! Сторонишься меня, как прокаженной! Мечешься из угла в угол, как умалишенный! Мотаешься неизвестно где, пока я волнуюсь за тебя! Я люблю тебя! И готова выслушать все, что тебя терзает! Потому что, когда больно тебе – больно и мне… Мне больно, что ты не позволяешь касаться себя так, как раньше, почти не целуешь в ответ, не спишь со мной в одной кровати… Что… Что произошло? Умоляю, ответь… Я больше не выдержу этого… Не выдержу… Блум заплакала, закрыла лицо руками и поджала губы. Ее плечи задрожали, а маг, удивленный и озадаченный, не знал, куда деть тянущиеся к супруге дрожащие руки. Он понимал, что причиняет любимой боль тем, что сторониться ее. Но одновременно с этим он боялся коснуться ее, боялся причинить боль, навредить… После той злополучной ночи, когда Дракон разговаривал с ними и…когда магу приснился кошмар, Валтор понял, что же это значило… Блум всегда была и будет владелицей Светлого огня. Чистой и непорочной, даже коснувшись демона… Он же… Вернув себе силу, изменившись, став куда более человечным, остается владыкой Темного пламени, порождением тьмы. А значит, он способен причинить людям вред, даже самым дорогим. Дракон говорил, что они должны оставить в этом мире Светлый и Темный огонь, если вдруг их не станет… А кошмар только подтвердил, что сам маг и есть эта тьма… -Валтор… Я люблю тебя… Люблю больше жизни… Любить тебя для меня все равно что дышать… Так не лишай меня дыхания… Пожалуйста… - глотая слезы, пробормотала фея. Маг поднял на нее взгляд и спустя пару минут, аккуратно положил свою ладонь поверх ручки любимой. Она тут же обхватила его ладонь обеими руками и притянула к своему лицу, коснулась губами, прижала к щеке. Боялась, что он снова отпрянет. Но маг не отпрянул… Он обнял любимую и притянул к себе. Не дав опомниться, накрыл уста феи своими губами и на какое-то время позволил и себе, и Блум забыться… Вновь вернуться в день их свадьбы, когда ничто, кроме них двоих – не существовало. Нигде и никогда. Блум шумно выдохнула и прикусила губу, на этот раз от удовольствия. Маг сцеловал ее слезы с гладкой кожи и спустился на шею. Руками обнимал супругу, не позволяя отстраниться. А фея и не была против. Она сама льнула к мужчине, изголодавшаяся по столь дорогим нежным рукам, сладким губам и ярким глазам, в которых лишь любовь. Валтор, незаметно для Блум, перенес ее на мягкий ковер у камина. Одним щелчком пальцев зажег пламя и вновь поцеловал фею. Ставшей ненужной одежда полетела в сторону, позволяя мужчине и женщине почувствовать тепло друг друга, коснуться гладкой теплой кожи, покрыть поцелуями каждый миллиметр. Услышать тяжелое сбивчивое дыхание у своего уха. Прошептать слова любви, отдаться удовольствию, доверить себя любимому… Сжать его в объятиях, срываясь с обрыва наслаждения и широко улыбнуться, чувствуя, как супруг легко целует в шею, слегка касается кончиками пальцев щеки. Вновь извиняется, снова целует. А потом опять и опять… Пока оба не засыпают в объятиях, согреваемые огнем из камина и пламенем, вновь соединившихся душ…