Амнезия

      Они находились здесь уже два дня. Россия на весь мир славилась своим гостеприимством, но на деле она показалась Ким иной. Совсем неприветливой. Чужой. И ужасно холодной. Стоило покинуть здание аэропорта, Нельсон сразу же пожалела, что не прихватила одежды потеплее.       Москва была прекрасна, величественна. Но, глядя на спешащих людей, на непривычный темп жизни, Ким чувствовала себя здесь лишней. И это чувство отдавалось щемящей болью под ребрами, которая, кажется, ощущалась все острее с каждым вдохом. Больше всего она хотела вернуться в Нью-Йорк, домой, к Джону, проводить дни в его квартире. Он бы по утрам варил свой фирменный кофе, который Ким ненавидела, но почему-то пила, Боб свернулся бы в мурчащий клубок у нее на коленях, а в душе поселилось бы унылое чувство безопасности и покоя. Но пути назад у нее не было.       Зимний Солдат молчал с тех пор, как они зашли на борт самолета. Нельсон даже порадовалась этому. Также молча Джеймс привел ее в жилой район, к одному из многоквартирных домов, ничем не отличающимся от других. Девушка спокойно проследовала за ним в темный, грязный подъезд, с подтеками краски на стенах, обсыпавшейся штукатуркой и щербатыми лестницами. Солдат затормозил на восьмом этаже и толкнул дверь одной из квартир. Кажется, она была заперта, но под напором Барнса открылась с легкостью. Нельсон побоялась спросить, что это за место.       В восьмидесятые годы прошлого века вся "Гидра" стояла на ушах. На поиски были подняты все подразделения по всему миру. Их лучший убийца пропал. Ни сообщений, ни тайных знаков, ни следов. Просто взял и исчез. Только сейчас в памяти Баки всплыли моменты, когда сомнения совсем одолели его. В голове спутались отдельные отрывки, лица, мысли. Нервы были как оголенные провода. Казалось, еще чуть-чуть и рванет. Он четко осознал две вещи: ему необходимо разобраться во всем, и "Гидра" - не те люди, с которыми стоит работать. Ответы он решил искать там, где всё начиналось - в Москве. Первые дни он провел в жутком запоре, пытаясь справиться с болезненной ношей памяти. Затем, он нашел одну из служебных квартир, чтобы укрыться, оставил кое-какое оружие на складе в Подмосковье. Его нашли спустя две с половиной недели, за сопротивление подвергли жутким пыткам, а после - обнулению. С него больше не сводили глаз. Приехав сюда, он знал, что подвергает себя колоссальному риску. Искать-то его будут именно в таких местах. Но им было необходимо оружие - добудут его, и как можно быстрее покинут Россию.       Ким сидела, укутавшись в одеяло. Боб удобно устроился у её ног. Девушка потеряла счет выкуренным сигаретам. Вся комната была окружена пеленой табачного дыма, словно туманом. Дышать становилось труднее, но Нельсон перестала обращать на это внимание. Привыкла. Она устало разглядывала серые громады домов за окном. Боб, почувствовав настроение хозяйки, ткнул ее носом под локоть и тихо, жалобно мяукнул. - Все нормально, приятель, - девушка на секунду усомнилась в своей адекватности. Разговоры с котом больше смахивали на шизофрению. Нельсон взяла рыжего на руки, прижала к себе и кот успокаивающе замурлыкал.       Джеймс, до того шумевший на кухне, внезапно затих. Ким насторожилась. Чувство тревоги уже давно начало перерастать в зудящую паранойю. Недолгое затишье прервали тяжелый шаги. В комнату вошел Солдат. Бремя усталости и воспоминаний отпечатывалось на его лице, в его глазах, в понурых плечах. Ким поняла, что не только ей нужен отдых. Или хотя бы хороший сон. - Прекращай курить, дышать невозможно, - тихо проворчал Солдат, хоть запах табака его не так уж и раздражал. Он просто не мог вынести давящую тишину, в которой все угнетало с новой силой. Погрузиться в сон ему тоже не удавалось. Стоило ненадолго прикрыть глаза и в голову врезались кроваво-красные картинки. Это было его проклятьем. Все, что оставалось, - собирать и разбирать оставленную здесь когда-то винтовку. - Надо же, ты заговорил! Чудо. Я уж начинала подумывать, что у тебя язык отсох, - съязвила Ким, криво усмехаясь. Барнс молчал, сверля девушку угрюмым взглядом. Еще немного и он сорвется. Нельсон подумала и серьезно добавила, - тебе необходимо выспаться. Ты не спишь уже вторые сутки, даже в самолете не спал. Так и свихнуться недолго. Ложись сна диван, а я перекочую в кресло. - Не смей мне приказывать! - не с того не сего заорал Барнс. Ким не успела заметить, как оказалась прижата к дивану. Ледяные металлические пальцы сомкнулись на шее, разъяренный взгляд прожигал в ней дыру. Девушка растерялась. Схема самообороны "глаза-горло-пах", которой ее научил Джон, в ее положении не прокатило бы, да и Зимний Солдат - не убитый в хлам хулиган. Шутить Ким не отважилась - убьет еще. Здесь была необходима другая тактика. - Эй, успокойся, - на свой страх и риск Нельсон решила попытаться ослабить его хватку. Не отрывая взгляда, она медленно протянула руку к его лицу. Тонкие пальцы легонько коснулись щеки Джеймса. Девушка начала ритмично поглаживать скулы мужчины так, что все тело Барнса пробило дрожью, будто его лихорадило. - Тише, парень, я поняла, что ты не любишь приказы.       Ким вздохнула с облегчением, когда Солдат убрал руку. Баки отстранился, сел и сделал глубокий вдох. Что пошло не так? Может это время, проведенное вне криокамеры, на него так действовало, а может нервное напряжение? Он не выдавил ни слова, атмосфера накалилась, а Нельсон никак не могла избавиться от тягучего чувства внизу живота. Она до конца не понимала мотивы своих действий, но была твердо уверена, что он нуждается в этом, как и она сама. Ким поползла к Джеймсу сзади, приобняла его, обхватив руками поясницу, и опустила голову ему на плечо. Сразу же отчетливо почувствовала, как участился его пульс. Она вдруг до ужаса испугалась его реакции, но ее не последовало. Барнс застыл, почти перестал дышать. Не возникало ни одной мысли, чтобы следовало сделать. Вообще ничего. - Тебе нужен сон, - тихо, с долей несвойственной ей нежности проговорила Ким. - Знаешь, если бы мы отправились в разные концы, тогда в аэропорте, было бы намного проще. - Возможно, - также тихо ответил Барнс. Сказал он это так холодно и равнодушно, что Ким почувствовала жгучую обиду. Но чего она, собственно, хотела? Они едва друг друга знают. Они просто два потерянных человека, которые отчаянно бьются со своими демонами, и кажется, проигрывают схватку. А Баки понимал, что лжет. Она бесила, раздражала, ее хотелось убить и избавиться от балласта, но вместе с тем в этом новом для него мире, где все перевернулось с ног на голову, она - единственное, за что можно было уцепиться, чтобы не упасть. - Но сейчас мы здесь и нам придётся выбираться вместе. Я должен отправиться за город. Нужно забрать кое-что. Оружие. - Заберешь и снова валим из страны? - Да, - коротко ответил Солдат, не оборачиваясь. - Тогда разбежимся? Деньги у нас еще есть. Я больше не буду путаться у тебя под ногами, сможешь залечь на дно, - слова Нельсон звучали логично. Она действительно только тормозила его и Джеймс был рад, что она это понимала. Он привык к жизни одиночки, по сути всегда был один. Но что-то глубоко внутри с треском ломалось. То была его стена безразличия. Рядом с ней, с живым человеком, он не так сильно боялся потеряться. Неизвестность почти не пугала. - И куда направишься? - Возьму билет до Лондона, наверное. Полечу к старой знакомой. Поживу там немного, - девушка крепче прижалась к Солдату. От него пахло соленым потом, металлом и страхом. Ким чувствовала его одиночество. Она всегда чувствовала такие вещи. - Дело твое, - сухо отрезал Зимний Солдат.       Снова воцарилась тишина. На Ким накатила непонятна тоска, когда она поняла, что больше его не увидит. На ее беду, она уже успела привязаться. Девушка слегка отстранилась от Барнса и аккуратно коснулась губами его шеи. Пользуясь полным замешательством Солдата, она продолжила покрывать кроткими поцелуями его плечо. Она ощущала каждый шрам, каждую мелкую царапинку, всю его боль. Сколько же он пережил? Страшно представить. Ким отпустила Барнса из своих объятий и за плечи потянула к дивану, заставляя лечь. Баки подчинился.       Места на узком диван едва хватало, поэтому Ким снова оказалась зажата между спинкой дивана и огромной тушей Солдата. Вся грусть мимолетно исчезла, сменяясь раздражением. - Подвинься, придурок, - прошипела Ким, в попытке отпихнуть мужчину ближе к краю. - Куда я, по-твоему, должен двигаться? На пол? - прошипел Джеймс на манеру Ким. - Было бы идеально!       Барнс заерзал, развернулся лицом к девушке. От его пронзительного взгляда Ким была готова слиться со спинкой дивана. Солдат просунул руку под нее и приказал лечь. Нельсон с недоверием покосилась на Джеймса. "Придушит еще", - думала она. Не дожидаясь ее действия, Барнс силой прижал девушку к себе, обняв бионической рукой. Нельсон уже хотела возразить такой наглости, но сон начал одолевать быстрее.

***

      Это конец. Наташа чувствовала холодные руки смерти. Остатками помутненного разума она понимал, что ей оставалось не долго. Она уже не чувствовала ни боли, ни страха. Она ждала смерть с нетерпением.       Пытки стали невыносимыми, горло было разодрано в кровь от криков. Кажется, Гадюка давно поняла, что не получит от нее информации, и теперь пытала только ради удовольствия. Романофф, не знала, что до сих пор поддерживает в ней жизнь. Она столько раз молила Гадюку о смерти, но та назло не заканчивала начатое.       Говорят, что перед смертью перед глазами пролетает вся жизнь. И Наташа чувствовала, что ее момент пришел. Будто сквозь барьер она слышала выстрелы и крики. Потому что такова вся ее жизнь - пропитанная сочащейся кровью, состоящая из лжи, криков, молений о пощаде и убийств. Где-то скрипнула дверь и Наташа улыбнулась из последних сил. Больше не было страшно. Спасительная смерть пришла за ней. - Боже, что они с тобой сделали, - у смерти надрывающийся мужской голос. Сквозь туман она видит ее расплывающийся облик. У смерти лицо Фила Коулсона. - Наташа, не смей отключаться! - Фил? Я мертва? - спрашивает Вдова, прежде чем потерять сознание. Вот оно - ее спасение.