Под котацу

Не то, чтобы Дайки сильно замерзал зимой. Он стойко переносил морозы. Мог носить осеннюю куртку хоть все три сезона: осень, зиму и весну. Но вот в этот раз все было совсем не так… То ли зима выдалась уж очень суровой, то ли что-то изменилось в самом Аомине, вот только мулат понял, что замерзает. Однако из этой ситуации был выход – котацу. Помнится, еще в средней школе его ему подарил Мидорима. Брюнет до сих пор не воспользовался подарком бывшего сокомандника, но вот сейчас почувствовал, что особенно в нем нуждается. Но о каком удовольствии может идти речь, если Дайки будет один сидеть в пустой квартире без еды? Решение тут же пришло ему на ум. Кагами. Форвард Сейрина до сих пор не пробовал посидеть зимним вечером за котацу, но жутко хотел. Поэтому Аомине быстро настрочил смс своему любовнику, с которым они встречались уже около полугода, после того, как асу Тоуо пришла в голову светлая мысль завести отношения, и поспешно залез на чердак в поисках необходимого. Тайга не заставил себя ждать, прислав смс с положительным ответом. Брюнет никогда не сомневался в том, что в доме Кагами его ждут. И не «кто-то», а самый близкий человек, с которым их уже многое связывало. Собственно, это и стало отправной точкой в их отношениях, о которых ни один из баскетболистов никогда не жалел. Достав запыленный котацу и как следует его протерев, парень с минуту подумал над тем, как же ему донести такую ношу. Не особо-то заморачиваясь, мулат вышел, привязав столик к своей спине. Он уже наизусть знал путь от порога своего дома до порога дома своего любовника. Обычно именно Дайки покидал родимый дом, уходя к рыжику. Все просто – форвард жил один, а брюнет с родителями, да и под боком была любопытная Момои, которая и вдохнуть спокойно иногда не даст. Да и тем более… Аомине сильно тянуло к дому Тайги. Там все пропахло обладателем карминовых глаз. Там было уютно и тепло, всегда пахло вкусной домашней едой, хоть Кагами и предпочитал есть бургеры. В конце концов, именно там он мог побыть со своим любовником. Дайки лениво постучал в знакомую дверь, шмыгая носом и пытаясь согреться. Тайга открыл дверь, как обычно поворчав, что парень слишком задержался. Мулат передразнил его и даже чихнул, мастерски изображая больного. В такие моменты мало кто мог его раскусить (к сожалению, Момои вечно догадывалась, что брюнет просто лентяйничал и набивал себе цену). Кагами фыркнул и ушел на кухню. Аомине жадно вдохнул полной грудью запах еды, который доносился из кухни. Хотя даже не так… Парень жадно втянул носом запах своего любовника. Вся квартирка пропахла им. Помнится, на первых порах, когда они только-только стали встречаться, бомбардира уносило с этого. Именно поэтому не было ни одного уголка в квартире Тайги, где они бы не занялись горячим сексом. А все почему? Потому что у Аомине срывало крышу. А когда это происходило, его ничто не могло остановить до тех пор, пока он не добивался желаемого. Хотя рыжик порой тоже себе цену набивал. На самом деле он так же хотел секса, как и его партнер. Но это было в первые месяцы. Сейчас же, заходя в уютненькое «гнездышко» форварда, мулат вел себя спокойно, хотя все же мог завестись с пол-оборота. Секс в самом начале был основой их отношений. Сейчас же, хоть он и остался для Аомине приятным дополнением, был не столь важен. Они стали чаще проводить время вместе и вне постели. - Ахомине, я скоро закончу! – крикнул Тайга, помешивая палочками смесь в сковородке. - Давай! Я уже разобрал. Жрать хочу! – зевнул мулат, уже усевшись за котацу и завернув ноги в одеяло. Для полной картины не хватало еще мандаринов и мяса. Впрочем, Аомине больше не хватало рыжика напротив. Его задорной улыбки, блестящих глаз, больших, как у хомяка, щек, когда юноша ел. Но вот когда эти самые щечки втягивались при минете, а карминовые глаза мутнели и смотрели на него с такой похотью и мольбой… Брюнет рыкнул и ударился лбом о столешницу. О чем он думает?! Он ведь хотел провести обычный вечер с Тайгой, поужинать с ним… Момои вот недавно ему мозг протерла до дыр, утверждая, что если они все время будут трахаться, то в скором времени разбегутся. Мол, девушкам романтику подавай… А раз Кагами выполняет роль девушки в их отношениях, значит, может тоже хочет что-то похожее… но это по словам Сацуки. Сам же Аомине просто не мог представить рыжика, ведущего себя как влюбленная девица. Ему нравился Тайга таким, каким он был: тугодумом, грубым, прямолинейным, равным ему по силе… Можно было сказать, что форвард был отражением мулата. Правда, Дайки отличался от любовника тем, что понимал все куда быстрее любителя фастфуда. Но сейчас мулат понимал, что явно думает не о том… - Все готово, - улыбнулся вошедший в комнату Кагами. Аомине оторвал свою головушку от столешницы и посмотрел на огромное блюдо с горячей вкусно пахнущей пищей. Желудок тут же забурчал, напоминая хозяину о том, что домашний быстро приготовленный рамен здесь и рядом не стоял. Тем более обедал Дайки несколько часов назад. Рыжик уселся напротив, забравшись ногами под теплое одеяло. По его счастливому лицу мулат понял, как долго его любовник мечтал об этом. Все же Тайга иногда казался ему странным. Хотя не мудрено. Он ведь почти всю свою жизнь прожил в Америке, а там котацу нет. И ясен пень, что такие штучки для него в новинку. - Хватит ворон считать! Рот открой! – улыбнулся довольный бомбардир, тыча кусочком мяса в губы партнера. Хоть это и выходило слегка грубо, да и рыжий никогда бы не назвал бы мулата милым или любимым, Дайки чувствовал, как по его телу проходят мурашки. Это было так приятно, что парень просто не мог подобрать слова, чтобы описать свое состояние. В такие минуты Кагами ему казался до ужаса милым, и если бы не эта невинная атмосфера вокруг них, брюнет бы набросился на него и изнасиловал до потери пульса. Но сейчас он играл роль послушного мальчика, поэтому с удовольствием съел вкусняшку, облизнув палочки любовника. Хоть косвенный, но поцелуй… Правда Тайга никогда над такими вещами не задумывался. Аомине хмыкнул. Или же ему кажется, или же действительно, скользнув языком по палочкам рыжика, он почувствовал привкус губ Тайги. Дайки начал есть, решив, что поцелует бомбардира потом. Вначале надо наполнить свой желудок. Не зря же его возлюбленный корячился возле плиты. Доев и устало улегшись на столешницу, мулат расслабился. Он краем глаза посмотрел на довольного Кагами, который в отличие от него уже покидал один раз теплые объятия котацу. Чертовски хотелось его сейчас поцеловать… Губы пухленькие, слегка приоткрыты и покраснели после жгучего перца, который бомбардир съел по ошибке; глаза прикрыты, и на удивление длинные ресницы слегка подрагивают; взъерошенная яркая челка спадает на лоб и виски юноши, что еще сильнее подчеркивает его нежно-розовую кожу, до которой брюнет жутко хотел дотронуться. Только он знал, где кожа Тайги была нежнее всего. Аомине все же не выдержал и, протянув руку, хотя было жутко лень двигаться, коснулся мягких коротких локонов баскетболиста, зажимая волосы партнера между пальцами. Кагами лениво приоткрыл глаз, напоминая сытого тигра, который греется в лучах солнца. - Чего тебе? – хрипло спросил рыжик. - Да так, - хмыкнул Дайки, улыбнувшись. Его всегда заводил этот голос. С легкой хрипотцой. Сводящий с ума. Даже сейчас ас Тоуо почувствовал легкое покалывание внизу паха. Аомине закрыл глаза, убрав руку подальше от любовника, чтобы не сорваться. Может, Кагами уже думает, что их отношения – это простая животная потребность, что им нужно выплеснуть накопившееся, расслабиться, приятно провести время… А Дайки, как и не стыдно было признавать, любил этого «тигра», который некогда решительно вышел против него на поле и одержал победу. Это совсем на него не похоже. Он привык брать свое, диктовать свои правила и не сдерживаться. Все друзья принимали его таким, каков он был. Но ради любимого человека можно ведь немного потерпеть и придержать похотливые желания при себе? И сейчас мулат всячески старался перетерпеть, хотя набухшая головка до боли вдавилась в молнию. Вот что с ним делает Кагами! Один его запах, одна его улыбка, взгляд карминовых глаз, ощущение его волос и кожи на кончиках пальцев, отдающее приятным покалыванием… Раздался шорох. Дайки уловил краем глаза движение и полностью скинул с себя дрему, садясь прямо и осматриваясь. Куда это рыжик пропал? Вскоре он нашел ответ на этот вопрос, ощутив прикосновение чужой широкой ладони к внутренней стороне своего бедра. - Тайга, блядь! Нельзя же так пугать! – рыкнул баскетболист, задрав одеяло и воззрившись на своего любовника. Впрочем, буквально через секунду все возмущение мулата сошло на нет. Его любовник заставил его задохнуться от возбуждения и желания оттрахать непослушного мальчишку, ради которого он сейчас сдерживался. Этот негодник забрался под котацу и подполз к брюнету поближе, поглаживая его бедра и подбираясь длинными пальцами к торчащему бугру. Увидев уже знакомое выражение лица Тайги, Аомине подумал, что просчитался. Во-первых, Кагами тоже мужик и далек от всех этих сопливых романтических отношений, о которых распиналась Момои. Во-вторых, мулат как-то подзабыл, что в половине случаев на секс разводили именно его. Карминовые, мутные глаза посмотрели в лицо аса, будто гипнотизируя его и заставляя нервно сглотнуть. Тайга поддел застежку джинс любовника языком, а затем сжал ее зубами, медленно введя вниз и расстегивая штаны. Дайки усмехнулся, раздвигая ноги и выпрямляя их, чтобы форварду было легче расположиться между ними. Кагами довольно ухмыльнулся обхватив вздутую головку любовника губами прямо поверх ткани боксеров. - Ну вот, что ты со мной делаешь? Только я хотел провести один вечер без этого, как ты меня соблазняешь, - оскалился брюнет, положив руку на затылок возлюбленного, чтобы тот не ударился случайно о столешницу, да и чтобы пододвинуть его голову ближе. - Не я тебя возбудил, Ахомине, - усмехнулся Тайга, обхватив головку губами и начиная смачивать ткань боксеров слюной. Мулат шумно втянул воздух носом, слегка откинувшись назад. Смотреть на такого рыжика – одно удовольствие. Форвард активно посасывал плоть любовника, не желая его избавить от ткани ненужного белья. Ведь лучше всего было довести Дайки до точки кипения, чтобы брюнет потерял над собой контроль и стал настоящим животным. Чужие пальцы приятно оттягивали кожу и сжимали волосы на затылке, подталкивая голову рыжика еще ближе к паху. Тайга знал, что как только брюнет пришел, то тут же возбудился. Его партнер всегда был возбужден, когда они оставались вдвоем. Поэтому Кагами вначале послушно ждал, когда же его прижмут к стенке грудью, оттянув его задницу назад, и грубо возьмут… Но время шло, а мулат, похоже, не собирался этого делать. Все эти минуты ожидания казались рыжему мучительными. Внизу живота все ныло, а сзади узенькая дырочка адски пульсировала, вспоминая все те разы, когда брюнет ее растягивал до легкой боли. Неизвестно, что брюнету взбрело в голову, но Кагами решил напомнить ему о том, что и у него есть свои потребности. Не то, чтобы Тайга зависел от секса… Он не любил, когда его дразнили. Парень сразу понял, что Аомине возбужден и сидит с железным стояком, стоило только увидеть потемневшие глаза любовника, которые напоминали ему море во время шторма. Еще чуть-чуть и утонешь. Поэтому рыжик решил действовать сам. И сейчас, ощущая тяжелую руку на голове, форвард ни капельки не жалел об этом. - Сними ты их уже, Бакагами, - прохрипел Аомине, облизнувшись. Вот, он уже меняется. Становится диким, неконтролируемым. Он всегда напоминал Кагами дикую кошку. Пантера и тигр. А что? Красиво. Иногда Тайга так доводил любовника, что они и вовсе из дома не выходили, трахаясь с утра до ночи и наоборот. Как кошки во время течки… Кровь бурлит, чьи-то клыки впиваются в кожу, чьи-то ногти оставляют отметины на теле партнера… Дайки рыкнул, сжав сильнее волосы рыжего в кулаке. Его шустрый язык творил с ним что-то нереальное. Уже плевать было на минет. Просто хотелось трахнуть форварда. Прямо здесь… ибо до кровати они просто не дойдут. - Вылезай, - прохрипел Аомине, оттянув голову любовника от своего члена. Кагами довольно облизнулся, вылезая из-под котацу и садясь на бедра любовника. После теплого котацу казалось, что в комнате слегка прохладно. Однако страсть, которая сейчас бурлила в венах, просто не давала парню замерзнуть. Он стянул с себя толстовку, прогибаясь и позволяя мулату видеть, как на прессе под кожей перекатываются мышцы. Дайки в свою очередь не сумел удержаться и укусил любовника, оставляя на коже заметный след от зубов. Руки брюнета сжали упругие ягодицы баскетболиста, раздвигая их и надавливая сквозь одежду на анал. Тайга простонал, ощутив, как его чувствительного местечка коснулись и стали его тереть грубой тканью одежды. - Ты возбудился, когда отсасывал? – спросил брюнет, облизнув торчащий сосок форварда и забравшись рукой под его штаны, начиная надрачивать плоть. - А ты от чего уже сидел с неплохим стояком? – простонал тот, облокачиваясь о котацу и не зная, куда двигать бедрами: то ли сильнее потираться о пальцы сзади, то ли толкаться в сжатый кулак партнера. Дайки рыкнул, впившись в пухлые губы возлюбленного, и резко стянул его джинсы с бельем. Ткань одежды чуть ли не трещала по швам. Так сильно в нее вцепился мулат. Форвард выдохнул, позволяя любовнику стянуть с него одежду. Но решив, что несправедливо лишь ему мерзнуть, стал раздевать Аомине. Брюнет зарычал, недовольный тем, что его отвлекают от дела. Однако почувствовав, как чужие губы обхватывают его, а чужой язык проникает внутрь его рта, ас сменил гнев на милость, раздвигая грубоватым движением ягодицы Кагами, оставляя на нежной коже следы от ногтей. Пускай форвард потом даст ему по ушам за такое обращение. Сейчас они оба увлечены страстью друг к другу. Дайки никогда не растягивал парня. Точнее растягивал, но не до конца. Предпочитал причинить любовнику немного боли. Впрочем, Тайга никогда не возражал. Когда ты видишь перед собой буквально дикое животное, да и сам являешься таким же диким, думать становится крайне сложно. Он любил это нетерпение в Аомине. В такие моменты чувствовалось желание Дайки быстрее проникнуть внутрь любовника. Вот и сейчас мулат особо-то не заморачивался, насаживая на свой твердый член рыжего. От легкого толчка, из-за которого Кагами ударился поясницей о котацу, баскетболист простонал, вцепившись руками в плечи любовника и выгнувшись. Сцепив ноги сзади брюнета, рыжик и сам начал двигаться, насаживаясь на большой член любимого. Пускай завтра спина будет выть от этого, да и сзади расползется темно-синий синяк, Тайга не будет об этом сильно жалеть. Ведь сейчас он может смотреть в красивые глаза зверя, который хочет обладать лишь им. Аомине все же накрыл поясницу партнера рукой, не желая, чтобы тот стукался о котацу и набивал синяк на коже, которую лишь брюнет смел «пачкать» своими укусами. Он рвано двигался в теле баскетболиста, срываясь на грубость, двигаясь быстро или специально медля, чтобы ощутить прикосновение чужих ногтей на своей спине и услышать возмущенную просьбу Кагами. Дайки с удовольствием впился зубами в нижнюю губу партнера, оттягивая ее и смотря в глаза любовника, которые были наполнены похотью и желанием. Они оба рычали, извиваясь и стараясь тереться о тела друг друга. Мышцы под их кожей напрягались, перекатывались, а на спинах появились капельки пота, которые попадали в ранки от ногтей, заставляя их немного саднить. Тайга постанывал, крепче прижавшись к брюнету. Его плоть терлась о твердый лобок мулата, размазывая по смуглой коже смазку. Сзади все горело. Было чертовски хорошо от ощущения растянутости и заполненности. Это удовольствие было ни с чем несравнимо. Дайки кусался, рычал, оставлял синяки на розоватой коже, чтобы оставить следы, свидетельствующие о том, что форвард принадлежит только ему. Иногда, когда они это делали в позе животных, Кагами представлял, как его трахает брюнет с ушами и хвостом. За такие мысли Тайга иногда считал себя больным, хотя винил в этом партнера. Когда тот так рычал и скалился, он чертовски сильно напоминал пантеру. - М-м-м, кто-то сейчас кончит? – прохрипел Аомине, сжав плоть рыжика рукой. - Не зажимай… - простонал Тайга, не осознавая, что и сам уже насаживается на член любовника, желая, чтобы тот добрался до любимого местечка. - А я смотрю, ты как-то сильно меня сжал… Твоей дырке так хорошо? – улыбнулся мулат, сбавляя темп. - Ахомине… Сука… - прорычал Кагами, а его карминовые глаза опасно блеснули. Этот блеск Дайки хорошо знал. Непокорный. Да-да, сколько бы они это ни делали, какие бы тайны друг друга ни знали и как бы сильно друг друга ни любили, они все так же не диктовали друг другу свои правила. Точно кошки. Каждый сам себе голова. Каждый был готов защищать свою территорию, пуская в ход клыки и когти. Когда такой блеск в глазах появлялся у Тайги во время секса, брюнет по-настоящему терял голову. Ему просто хотелось затрахать этого неугомонного противника до крика. Поэтому-то он и срывался на грубость. Парень резко опрокинул рыжика, придавив его спиной к котацу и закинув его ноги себе на плечи, почти складывая баскетболиста пополам. Наверняка после такой гимнастики у него все будет болеть, но то, как Тайга задышал, прикусив губу, чтобы только не застонать от того, что теперь его любовник задевает очень чувствительное местечко, стоило многого. Аомние вновь начал бешено вбиваться в любимое тело, которое было под стать его. Кагами застонал, схватившись руками за края столешницы и выгибаясь под мулатом. Только Дайки он позволял такое. Только тот мог его удовлетворить и подчинить себе на время. Брюнет сильно шлепался своими бедрами о растянутые ягодицы Тигра, оставляя на нежно-розовой коже бордовый след от шлепков. Член форварда подрагивал от каждого толчка. Из его головки вытекала смазка, пачкая твердый пресс баскетболиста. Тайга осознал, что действительно сейчас кончит, смотря в лицо озверевшего Аомине. Рыжик вцепился пальцами в короткие волосы любовника, притягивая его ближе и влепляя ему дикий поцелуй. Они столкнулись зубами, но, казалось, что никто из них на это не обратил внимания, потому что они сразу сплелись языками в грешном танце. Пульс в висках превысил максимальную точку. Кожа будто плавилась от каждого соприкосновения с кожей партнера. Внизу становилось до одури горячо. И когда все показатели страсти достигли своего предела, оба парня громко простонали, содрогнувшись в экстазе. Дайки выдохнул, отстраняясь от любовника и с характерным звуком выходя из него. За головкой члена потянулась цепочка спермы. Тайга прохрипел что-то и облизнул губы, которые тут же засаднили. Опять мулат его так покусал, что будет стыдно на улицу выходить. Хотя это же он его развел, так что вся ответственность была на самом Кагами. Парень кое-как сел и сполз с котацу, вытерев капельки семени с живота. По виду своего возлюбленного рыжик понял, что не только он остался чертовски довольным. Аомине залез вновь под одеяло, выдохнув и подтаскивая к себе любовника. - С какого ты внезапно стал сдерживаться? – спросил Тайга, перекатившись на бок и подперев щеку кулаком. - Пф, забей… Опять происки Момои… Мозг вынесла своими разговорами про отношения… Вот и подумал, что мы с тобой только сексом и занимаемся, - лениво отозвался Дайки, прикрыв рот рукой и зевнув. - Только сексом? А как же баскетбол, видеоигры? Как же подготовка к учебе? Походы по магазинам, м? – усмехнулся форвард, осмотрев тело партнера и понимая, что тоже оставил достаточно следов на смуглой коже. - Да-да, забей… Понял свою оплошность, - фыркнул как большой кот мулат, потерев шею. – И все же хорошо, что я притащил котацу… - Да, под ним тепло… Даже лучше, чем у Куроко, - согласился «тигр», поудобнее ложась. - ЧЕ?! Что значит «лучше, чем у Куроко»?! – опешил Аомине, сев и уставившись на любовника. – Ты же вроде говорил, что ни разу не сидел за котацу! - С тобой нет. Но у Куроко, когда готовились к экзаменам, - много раз, - равнодушно пожал плечами рыжик, перекатившись на живот и потянувшись. - И хули я его тащил?! – рыкнул Дайки. – Ты сам знаешь, что дорога тут неблизкая! - Потому что я хотел посидеть с ТОБОЙ под котацу, - ответил таким тоном, будто говорил об очевидных вещах, Кагами. – Чего ты бесишься? Ведь хорошо посидели. Да и так теплее. У меня как раз обогреватель сломался. - Теплее то, теплее… Но я думал, что ты ни разу не сидел за ним. Хотел приятное сделать. Мол, в первый раз… - пробурчал насупившийся брюнет, вновь ложась и подтаскивая к себе подушку. - Ну, так в первый раз я с тобой сижу за котацу, - вновь пожал плечами Тайга. – Сидеть с другом за котацу – это одно, с любимым – другое, - заметил он. Аомине довольно прищурился. Он думал, что никогда такое не услышит от рыжика. Пусть форвард и сказал это будничным голосом, но по телу все равно прошла волна тепла. Брюнет потерся лбом о плечо любовника и завалился на него сверху, укусив за лопатку, из-за чего Кагами еле заметно дернулся. - Не кусайся и слезь с меня, - пробурчал баскетболист, подняв голову и посмотрев на мулата. Парень вновь заметил в карминовых глазах еле заметную тень вызова. Хитринку. Все же иногда Тайга был на редкость понимающим и соблазнительным… - Давай повторим? – усмехнулся Аомине, облизнувшись и заметно прижавшись к его ягодицам вновь вставшей плотью. - Какого хрена ты опять возбудился? – наигранно возмутился Кагами, скрывая в глазах смешинки. - Потому что ты чертовски сексуальный, когда строишь из себя недотрогу… Я же говорил, что мне стоит только почувствовать твой запах, как я вновь во всеоружии, - заметил мулат, облизнув чужие губы. - Запах? Ты кот что ли? – посмеялся баскетболист, решив больше не скрывать свои чувства. - А почему бы и нет? Рау... – мяукнул на манер большой кошки Дайки, скользнув языком внутрь рта собеседника. - М-м-м, опять под котацу? – довольно протянул Тайга, сплетаясь с языком партнера. - Тут теплее… - отозвался Аомине, потершись разбухшей головкой об анал любовника. – Давай будем делать это как большие коты во время течки? - Если начнешь мяукать – я тебе точно зубы выбью, - усмехнулся Кагами, притянув любовника к себе и вновь завладев его горячими губами. Мулат мысленно посмеялся перед тем, как его разум вновь помахал ему ручкой. Все же они действительно были похожи на двух больших изголодавшихся друг по другу котов в сезон течки.