Безумие твое проклятье

— Черт, — прошептал В, глядя, как странный паренек, у которого не было над головой даты смерти, что-то шепчет Мисоре, после чего та, как сомнамбула, выбрасывает телефон и документы, направляясь в маленький, глухой переулок. А паренек выглядит весьма довольным… но и это еще не все. За ним движется странная тень, смутно похожая на создание, которое Бейонд, как ему казалось, видел в полубреду. — Наоми, какого черта творится? Он ускорил шаг, догоняя девушку, которая в полуразрушенном здании уже соорудила для себя петлю: — Мисора, что ты делаешь? Наоми?! Но та словно его не слышала и уже почти просунула голову в петлю. Б в секунду оказался рядом, вытаскивая ее оттуда, крепко сжимая в руках. — Бейонд, ты ей не поможешь… — Армония? Это снова ты? — напрягся В, ведь теперь он не мог списать явление шинигами на свой полуобморочный бред. — Что с ней? — Ее имя вписано в Тетрадь Смерти. — С этим можно сделать что-то? — Да. Но у всего есть своя цена. — И какая? — Ты небезразличен ей, а она — тебе. Но, когда она откроет глаза, для нее ты будешь простым знакомым. Не самым приятным, причем. Пойдешь на это? — И ты еще спрашиваешь? — усмехается В. Если то, что она будет держаться от него подальше, сохранит Мисоре жизнь, то это не самая большая цена. — Хорошо. Шелест крыльев, и в полупустом, грязном помещении они снова одни. Наоми, до этого пытающаяся вырваться, теперь обмякла в его руках, а через несколько долгих минут открыла глаза: — Рю? Ты откуда здесь? Почему я… о, черт! Я знаю, кто Кира! — Да, я тоже. — Ты что, следил за мной? — девушка недобро нахмурилась и с недоумением перевела взгляд на свой ремень, болтающийся над ней в форме петли. Она снова встала на сооруженный из хлама постамент, заставив В вскинуться за ней, но вешаться явно не собиралась, принимаясь отвязывать деталь гардероба: — Блин, не получается… это как же я его так затянула, а? — Давай помогу? — со вздохом предложил В. — Обойдусь! Вот они и вернулись к тому, с чего начали. Но ведь Армония не упоминал, что ее неприязнь навсегда? Кое-как отцепив любимую вещицу и спустившись вниз, Наоми предложила: — Давай уберемся отсюда? Вот дерьмо! Я ведь выбросила документы! Надо скорее вернуться, может, они еще там! В молча протянул ей и корочки, и мобильный: — Ты права. Надо уходить. Мисора-сан, ты помнишь, о чем говорила с Кирой? Я был поблизости, но не подслушивал. — Он был настолько убедителен, что я показала ему свои настоящие документы, а потом он записал мое имя и стал пялиться на часы. Я спросила, зачем, он ответил, что Кира. А дальше все, как в тумане, и я здесь. Что ты сделал? В?! Что произошло? — Я сам понимаю не все, — вздохнул Б, поворачиваясь и медленно идя к выходу. А Наоми смотрела ему вслед, не понимая, почему поехала в Японию именно с ним. — Б, я никуда не пойду, пока ты не объяснишь! Что он сделал? Это бы гипноз? — Нет, Мисора-сан. Это был не гипноз, — В так и не повернулся к ней, говоря очень тихо, чем напомнил ей манеру общения L. — Что ты знаешь о шинигами? — О… шинигами? Богах Смерти, что ли? Детские японские страшилки, — фыркнула девушка. — А если бы я сказал, что они существуют? — Тебе, кажется, все-таки нужно лечиться, В, — протянула Наоми. — Ты должна была умереть сегодня. Новая дата твоей смерти — семнадцатое января две тысячи сорок второго года, — протянул В. — Я знаю дату смерти любого, стоит мне увидеть их лицо. Кроме своей и Ягами Лайта. — О, так ты теперь — Бог Смерти? — расхохоталась Наоми — Нет. И он тоже. Просто я знаю, как он убивает. То есть — с помощью чего. Не знаю только, где он взял это и как доказать. — У меня есть диктофон с записью, где он признается, — улыбнулась Мисора. — Угу, он скажет, что разыгрывает тебя. Знаешь, что… или ты меня сейчас очень внимательно слушаешь и делаешь так, как я скажу, или едешь назад. Наоми хотела поспорить, но что-то в тоне В и его взгляде заставило ее заткнуться и кивнуть: — Говори.