Истина

Светловолосый парень с тонкими чертами лица, мраморной кожей, длинными красивыми пальцами, да ещё и высокий. Кому он мог не понравиться? Гарри Поттеру. А ещё больше он не нравился ему, когда смотрел из отражения в зеркале. Теперь Гарри - блондин с аристократичной внешностью. От него прежнего не осталось почти ничего, за исключением ярко-зелёных глаз, доставшихся от матери, и шрама, который теперь было не так-то просто прикрыть волосами, ведь они были мягкие, не слишком густые и очень светлые: лёгкое дуновение ветра, и челка спадала со лба, открывая красноватый шрам-молнию, который теперь выделялся на светлой коже так, словно его нарисовали маркером. Но больше всего Гарри раздражало не то, что шрам было почти невозможно прикрыть, не то, что вся одежда ему мала, и даже не то, что его друзья не могут привыкнуть к нему до сих пор, а то, на кого он теперь был похож. Сейчас мальчика отличал от его врага лишь шрам и цвет глаз, переливавшийся зеленью травы, в отличие от холодной стали, поблёскивающей в ненавистном взгляде. Каждый раз, когда Гарри подходил к зеркалу, на него оттуда смотрел зеленоглазый Драко Малфой с непривычно взъерошенными волосами. Конечно, в так называемом превращении были и свои плюсы: например, Гарри не нуждался в очках, да и ростом он стал повыше, но всё же то, что произошло с ним, посеяло в нём настолько большую тревогу, что замечать что-либо приятное его разум отказывался. Троица очень часто стала обсуждать проблему Гарри. Друзья высказывали различные предположения, что же могло случиться, но они всегда приходили к выводу: либо что это всё - результат действия Пожирателей (а конкретно семьи Малфоев), но цель этих действий по прежнему оставалась слишком туманной, даже не смотря на многочисленные догадки, звучавшие довольно правдиво, либо, что это - очень необычная магия, о которой раньше не доводилось слышать даже Гермионе. Конечно, все больше склонялись к первому варианту, решив всё-таки, что слизеринскому семейству зачем-то необходимо было превратить Гарри в Драко. Вероятно из-за того, что последнему угрожала опасность. Однажды вечером Гарри и Рон сидели в их комнате и разговаривали о квиддиче, что получалось у них довольно редко, потому что почти все разговоры, которые затевались в компании, сводились к новому образу Гарри. Вдруг дверь резко распахнулась, внося в комнату поток воздуха, пропитанного ароматом еды, готовящейся на первом этаже, и неприятным запахом какой-то дряни, которую, судя по всему, притащила Гермиона. Девушка ворвалась в комнату, она вся раскраснелась, а её и без того непослушные волосы торчали сейчас во все стороны, в руке у неё была сумка, из которой высовывалась книга и ещё что-то довольно большое, похожее на банку варенья, но внутри этой банки было нечто отвратительное. Нечто, что, судя по всему, и издавало этот запах. Мальчики испуганно уставились на неё, потому что в таком состоянии девушку можно было встретить чрезвычайно редко. Поначалу они подумали, что произошло что-то страшное, но после того, как Гермиона просияла улыбкой, успокоились. - Гарри! Кажется я придумала, что может помочь вернуть тебя в прежний вид, - Гермиона продолжала улыбаться, а вот Гарри очень серьёзно посмотрел на неё. Он уже хотел было сказать что-то, но девушка быстро заговорила, объясняя, в чём заключалась гениальность её задумки: - Помнишь, ты говорил про седые волосы, которые находил иногда по утрам? - Гарри неуверенно кивнул. - Так вот, если в рецепте оборотного зелья при приготовлении была допущена ошибка, то человек может застрять на стадии обратного превращения, - глаза Гарри округлились. - Но... Гермиона, я же тебе говорил, что не пил обо.. - Гарри не смог договорить, потому что Гермиона перебила его: - Нам нужно лишь приготовить оборотное зелье, превращающее в тебя. Мне нужна частичка твоего тела до превращения, у тебя же остались те седые волосы? - Д-да, но... но Гермиона, я же говорил, что не пил никакого зелья, - Гарри посмотрел на девушку, ожидая, что она скажет что-то умное и убедит его согласиться на план, придуманный ей. Но Гермиона сама смотрела на Гарри с какой-то надеждой и неуверенностью. - Это единственный способ, Гарри... Нужно хотя бы попробовать, тебе ничего не сделается от этого, - голос Гермионы звучал тихо, неуверенность в её глазах становилась всё сильнее, казалось ещё минута и она сама уже откажется от этой затеи. - Тем более, мы всё же думаем, что Пожирателям понадобилось обратить тебя, они ведь могли подлить тебе зелье, пока ты не видишь, - девушка говорила уже не так тихо и даже с какой-то напускной уверенностью. Гарри резко встал, вышел из комнаты, Гермиона опустила голову, присела на кровать рядом с Роном, вид у неё был совершенно расстроенный. Она полагала, что Гарри не понравится эта затея, но девушка совершенно не представляла, что он отреагирует настолько резко. Однако Гарри вернулся уже через минуту, а в его руке была прядь светло-серебристых волос. Рон с Гермионой посмотрели с удивлением и некоторым испугом сначала на светлые, словно выжженые, волосы, а потом на самого Гарри. Гермиона попыталась скрыть улыбку, которая появилась на её лице. Гарри молча протянул волосы Гермионе, девушка достала банку с отвратительной жижей внутри, открыла её, после чего по комнате распространилась ужасная вонь. Все трое поморщились, мальчики натянули на лица футболки, чтобы хоть как-то оградить себя от этого запаха, руки Гермионы были заняты, поэтому от столь резкого аромата у неё начали слезиться глаза, а сама она не прекращала морщиться. Девушка бросила прядь волос в банку, жижа вспучилась, зашипела, около минуты она пенилась и испускала ужасный тошнотворный запах, после чего приняла золотисто-жёлтый цвет, но тут же он поменялся на изумрудный, да и столь резкая вонь сменилась вполне терпимым, но всё же довольно неприятным запахом. Гермиона протянула Гарри банку с зельем, он сделал три больших глотка, после чего там осталась ещё половина этой жидкости. Кожу Гарри начало покалывать, мышцы стало немного тянуть, а в животе заурчало, но ничего не произошло. Внешность Гарри никак не изменилась. Гермиона смотрела на Гарри с недоумением и разочарованием, которое даже не пыталась скрыть. В её взгляде был укор, отчего Гарри почувствовал себя виноватым в том, что зелье не действует на него. От смущения на по-восковому светлой коже проявился лёгкий румянец, отобразившийся розоватыми пятнами. - Оно подействует сразу? - Гарри выжидательно смотрел на Гермиону, надеясь, что у неё есть этому объяснение. - Да, должно. Оно работает как всегда, Гарри уже должен был стать собой, превратиться, - голос Гермионы дрожал, а во взгляде читался испуг. - Рон, - девушка резко повернулась к парню, сидящему слева от неё. - Пей! - она протянула ему банку с зельем. Глаза Рона округлились, он уже хотел было что-то возразить, но гневный взгляд Гермионы заставил его промолчать, он взял банку и допил её содержимое. Кожа начала пузыриться, словно воск. Лицо молодого человека исказила гримаса боли, ему казалось, что все внутренности скручиваются. Тело Рона стало сужаться, его волосы стали светлыми и как будто начали втягиваться внутрь черепа, лицо вытянулось, черты стали более заострёнными, голубизну глаз постепенно заливала лиственная зелень, ступни уменьшались в размере, кожа словно обесцветилась и все веснушки стали растворятся. Гарри с Гермионой смотрели на всё это глазами полными страха и ожидания. Когда превращение было окончено, лица друзей озарило разочарование и удивление. Гарри расстроился настолько, что казалось он сейчас заплачет. Его тонкие губы подрагивали, а светлые брови были нахмурены. Обычно, когда лицо Драко приобретало такое выражение, то уже через несколько мгновений оно сменялось презрением и злостью, а затем шипящий голос говорил коронную фразу: "Мой отец узнает об этом!". Рон превратился в Гарри, но не в настоящего. Выражение испуга на лице девушки сменилось на непонимание. Она взяла свои вещи и быстро вышла из комнаты. Гарри смотрел уже не на Рона, а сквозь него. - Я не понимаю, - тихо сказала Гермиона, когда мальчики встретили её после ужина. - Гарри, ты уверен, что это те волосы? Ты вырвал их до твоего превращения? - глаза девушки были очень серьёзными, брови нахмурены, казалось, что это расстроило её ничуть не меньше самого Гарри. - Уверен. Я убрал их сразу же и... никто не знал, где они лежат, - намекая на то, что Пожиратели никак не могли подменить их, и опережая вопрос Гермионы, ответил Гарри. Остаток дня друзья почти не разговаривали, хотя Рон несколько раз безуспешно пытался завести разговор о квиддиче или о "Ведуньях". - А ведь скоро Хогвартс, пора покупать всё к школе, - перед тем как лечь спать, сказал Рон. - Отправимся завтра в Косой Переулок? - Давай, - тихо согласился Гарри. Больше всего он боялся этого. Он боялся возвращаться в Хогвартс, боялся, как его такого примут там, но в то же время Гарри надеялся встретить Малфоя, так как был почти уверен, что это всё - его рук дело . Луна освещала комнату через маленькое окошко под потолком, придавая всем вещам голубоватый оттенок. Гарри заметил, что некоторые пряди на голове Рона всё ещё были белыми, словно седыми... Мысли начали хаотично метаться в голове волшебника, постепенно выстраиваясь в одну цепочку. От внезапно озарившей его догадки, Гарри приподнялся на локте. Точно! Так вот откуда у Гарри появлялись седые волосы! Его превращение началось заметно раньше, ещё в самом начале лета. Это значит, что с ним что-то сделали ещё в школе. Теперь ни малейших сомнений, кто это за этим стоит, уже точно не оставалось. Гарри с нетерпением ждал завтрашнего дня, надеясь встретить чету Малфоев в Косой Аллее.