Согрей меня
13 апреля 2014 г., 20:50
Вечер: ночные огни, словно огненное зарево, покрывают город пеленой; холодный ветер, прорываясь сквозь бетонные джунгли, заставляет людей морщиться от резко наступившей прохлады и скорее укутываться в воротники собственных одежд.
— Бр-р, холодно… Чем я так провинился?
Молодой человек, закутанный в шарф, быстро пританцовывал на месте, пытаясь хоть немного согреться. Из его рта вырывался теплый пар, который лишь на мгновения согревал его ледяные руки. Тихо выругавшись, он, также извиваясь, допрыгал до друга, который курил неподалеку от него.
— Игорь, согрей меня.
Игорь бросил в сторону дрожащего приятеля укоризненный взгляд, но сохранил молчание. Парень глубоко затянулся, выдыхая в чёрное небо густой дым. Его мысли блуждали где-то далеко, а тело было расслаблено.
Когда едкий дым прошелся по ноздрям мерзнувшего Лёши — он сразу же громко и истошно закашлял, привлекая тем самым внимание хмурого Игоря. Во взгляде Лёши читался всё тот же немой вопрос.
— Ты, придурок, сам виноват, что ничего кроме шарфа не сподобился надеть, — резко произнес Игорь, выкидывая бычок в стоящую неподалеку урну, и подошел к озябшему другу.
— Игорь, — несмело позвал Лёша, исподлобья наблюдая за мимикой друга.
— Что? — на лице парня была лишь усталость, а мозг всё же ждал очередного глупого вопроса из уст Лёшки.
— А ты меня хочешь? — поддразнивая, протянул Лёша, делая особый акцент на последнем слове.
— Нет! — чуть ли не взвыл Игорь.
— Почему? — немного обиженно вымолвил Лёшка, поглядывая на друга.
— Лёш, а ты, блять, подумай! Хоть раз!
— Да я уже много об этом думал! Согрей меня.
Друг вновь замолчал, отвернувшись от Лёшки. Его железному терпению мог позавидовать любой.
— Игорь, — вымолвил Лёшка с извинением в голосе, но друг тут же его заткнул, стукнув ладонью по губам. Лёша моментально притих, наблюдая за действиями друга.
Тот, бурча себе под нос о том, как сильно его достал «этот придурок», снял со своего тела куртку и накинул её на ледяные нагие плечи Леши. Парень на секунду прикрыл глаза, медленно и незаметно для Игоря вдыхая его запах. Парень немного поморщился, сильнее укутываясь в кожаную одежду.
— Она пропахла этой гадостью, — с сожалением в голосе буркнул Лёшка, буравя взглядом профиль сердитого Игоря.
— Не нравится — можешь снять, только не капай мне на мозги, — парень протянул руку за курткой, якобы собираясь её забрать обратно, но Лёшка тут же отпрыгнул на шаг назад, легко улыбаясь.
— Не, на ней и твой запах тоже есть, — засмеялся юноша, слегка высовывая язык изо рта.
Вызвав тем самым в Игоре вихрь эмоций, он принялся медленно отступать от друга, следя за его мимикой. От этого агрессора можно было ожидать чего угодно. Собственно, он поднял руку, сжимая ладонь в кулаке, готовясь ударить доставшего его друга по голове. Тот присел, прищурившись в ожидании удара. Но его не последовало. Тогда Лёша удивленно распахнул сначала один глаз, а затем — второй, наблюдая за позицией друга.
Заметив, что Игорь просто стоит и рассерженно смотрит на него, он выпрямился, но не удержав равновесия, повалился назад, так как стоял на самом краю бордюра. Руки Лёшки потянулись за Игорем, чтобы ухватить того и тем самым спасти себя от падения, но парень опередил его, хватая за талию и отталкивая подальше от дороги.
— Олух, — фыркнул Игорь, оглядывая с ног до головы друга. Лёшка являл собой пример ёлки, увешанной пёстрыми и непонятными шмотками. При этом, они ни разу его не согревали, пропуская сквозь волокна мороз. На ногах у олуха были сандалии, так подходящие под погоду этого вечера. «Весна — пора носить открытые вещи!» — гордо бросал Лёшка всем подряд, объясняя свой дурной выбор. А то, что живёт он в одном из северных городов России, и весна приходит к ним лишь в июле — его не волновало. На волосатые ноги Леши были натянуты бриджи, еле скрывающие колени. Именно натянуты и именно бриджи. От этого его задница казалась зажатой до невозможного, а ноги перетягивала оранжевая ткань бриджей. Зачем? «Весна же!» Говорить много о том, что сверху он удосужился надеть лишь тонкую майку, даже не стоит.
— Ты так вкусно пахнешь, Горюшка, — тихо протянул Лёшка, широко улыбаясь.
Смелый парень, точнее, парень без мозгов, признался другу, что влюблен в него. Реакцию Игоря можно представить долго не думая: он, будучи ярым натуралом, всячески противился всей этой «гомосятине». Но старая дружба не позволила послать Лёшку ко всем чертям, дав добро лишь на лёгкое избиение лучшего друга.
— Во-первых, — устало протянул Горюшка, — не смей меня так называть! А во-вторых, прекращай меня нюхать.
Лёшка вновь захихикал, желая опять что-то сказать насчёт манящей глубины его синих глаз или мягкости тёмных волос, но его прервал кашель, раздавшейся неподалёку.
— Эй, чудной! — парень тут же обернулся, точно зная, что позвали, а точнее обозвали, именно его. — Заходите.
— Ура-а-а! — словно ребенок завопил Лёша, бросаясь навстречу человеку в костюме.
— Блять, — тихо простонал Игорь, плетясь следом за своей головной болью.
Ночной клуб встретил их громкой, бьющей по ушам музыкой, запахом пота и яркой светомузыкой. Игорь тут же попытался схватить друга за руку, дабы не потерять его из виду, но Леша уже покинул радиус видимости, скрываясь в заведенной толпе прыгающих людей, в каждом из которых было не меньше пятидесяти грамм спиртного.
— Блять, — повторился парень, проталкиваясь сквозь толпу, пытаясь отыскать кого-нибудь из знакомых.
Этой ночью отмечал свой день рождения одногруппник Игоря и Лёшки — Витас. Кроме них в клубе должны были появиться не меньше половины его группы и фигова туча «+1», желающих нажраться в честь чужого праздника.
Игорю эта идея не нравилась, а в клуб он явился только ради того, чтобы присматривать за чудным другом. Гей с детским характером и херовым вкусом, но всё же друг. Друг, с которым он знаком чуть ли не с пеленок; человек, которого он, казалось, знал, как облупленного. Несмотря на это, ориентации друга Игорь не замечал.
— Романов! — раздался крик где-то рядом, но из-за оглушительной музыки до Игоря не сразу дошло, кто и откуда назвал его по фамилии.
Через несколько мгновений на его плечо легла тяжелая рука именинника и виновника этого гуляния. Он широко улыбался, пьяные глаза святились от веселья и лишней энергии.
— Я и не думал, что ты придёшь! Но очень рад! Рад! За это надо выпить! — пытаясь перекричать клубные басы, вопил Витас, глядя в синие и уставшие глаза одногруппника.
Первой мыслью было отказаться от предложения принять на грудь, но, увидев извивающегося в танце Лёшку, который к тому же полностью надел на себя куртку Игоря, парень решил, что немного в этот вечер не повредит, а наоборот успокоит его нервы.
Оставив Лёшку в компании друзей на танцполе, он прошел за именинником и сел за барную стойку. Его пальцы ритмично постукивали по столешнице, пока Витас что-то кричал барменше и та, флиртующее улыбнувшись, начала выполнять заказ. Витас, несмотря на своё сидячее положение, пританцовывал в такт музыке, широко улыбаясь.
Его улыбка проявляла на щеках ямочки, а под глазами были видны синяки от недосыпа. Светлые волосы парня были убраны назад при помощи геля, а голубые глаза искрились весельем.
— Готово! — крикнула барменша, выдавая по три стопки каждому.
Тяжело вздохнув, Игорь оглядел толпу вновь, приметив своё горе на том же месте с теми же людьми, затем повернулся обратно к Витасу, и на счёт три они осушили все три рюмки, громко стуча ими по стойке. По горлу парня тут же разлилась обжигающая теплота, побуждая парня блаженно улыбнуться. Алкоголь в больших количествах — его враг, так как Игорь, мало соображая, может натворить всё что угодно. Но, убедив себя в том, что сегодня можно, да и друзья за ним, если что, присмотрят, Игорь кивнул Витасу, соглашаясь на «еще по три».
Для Игоря время летело, пусть он даже и не смотрел на часы. Чёрные волосы, убранные в незатейливую причёску, взмокли от удушающей жары, запах пота, поначалу вызывавший отвращение, теперь был и на нём, а музыка уже не казалась такой оглушающей. Витас придумывал каждый раз новые тосты, и они пили. Вика, так звали леди-бармена за стойкой, продолжала им подливать, стреляя в Игоря кокетливым взглядом, полным не двусмысленного желания.
Через несколько стопок, Вика объявила, что её смена подошла к концу, и теперь её сменил хмурый парень с сонным взглядом. Девушка, потянув Игоря за руку, потащила на танцпол и принялась извиваться перед ним, показывая все свои прекрасные формы. Под градусом Игорь не мог разобрать, насколько в действительности прекрасна его партнёрша по танцу. Мысли были затуманены, а тело двигалось без его желания. Виктория всё теснее прижималась к молодому человеку, наслаждаясь его мимолётными касаниями и ласками. Её кудрявые волосы метались из стороны в сторону в жарком танце, мельтеша перед глазами парня.
— Да отвали ты от меня! — послышался из-за спины знакомый недовольный голос.
Игорь не придал этому особого значения, пока парень вновь не завопил, подходя ближе к другу со спины.
— Я сказал: отвали!
Резко обернувшись, Игорь уставился на Лёшку, чьи плечи уже покинула тёплая куртка. Его глазёнки поглядывали на парня снизу вверх, а во взгляде читалась мольба. Игорь, переведя одурманенный взгляд на причину истошных воплей его несносного ребенка, увидел парня, ростом который был чуть больше самого Лёшки. В плечах он был гораздо уже, чем Игорь, да и по массе явно проигрывал защитнику Леши. После того, как Игорь сурово взглянул на него, парень тут же ретировался прочь, скрываясь в толпе.
«Все педики такие трусливые?» — пронеслась в голове Игоря мысль и тут же затерялась.
Трезвый Лёшка крепко обнял Игоря, уткнувшись ему в грудь лицом. Картина происходящего казалась бы очень умилительной, ведь Игорь был раза в два больше Лёшки, если бы не знак, брошенный в сторону обиженной Вики, что стояла за спиной Игоря, ожидая его возвращения в танец. Леша, гордо показав ей средний палец, сильнее стиснул Игоря в объятьях.
— Тише, задушишь, — негромко проговорил Игорь.
Они просто стояли, выбиваясь из общего ритма пляса. Игорь глядел на светлую макушку головы Лёшки, что прижималась к его груди. Будь он трезв, не позволил бы другу вот так просто обнимать себя. Ведь все могли бы сразу же заподозрить его в принадлежности к «пидорам». Но никто и малейшего внимания не обращал на парочку. Даже Вика, потеряв интерес, уже прижималась к другому.
— Спасибо, — слегка потеревшись носом о широкую грудь Игоря, промолвил Лёшка. Но это было сказано настолько тихо, что Игорь лишь по губам сумел прочесть смыл сказанного.
Широко распахнутые серые глаза Лёшки, полные нежности, расширились еще больше, когда рука друга коснулась его подбородка и, слегка вздёрнув, потянула наверх.
Грубые губы Игоря неуверенно накрыли губы Леши, и парень тут же углубил поцелуй, пробиваясь языком во влажный рот Лёшки. Во вкусе Игоря чувствовался алкоголь и никотин, но даже это не казалось противным ошалевшему от радости чудному парню. Он еще сильнее прижался к Игорю, привставая на носочки. Игорь крепко прижал к себе тело друга, чувствуя наступающее возбуждение. Похоже, что и сам Лёша его заметил, отстранившись от него.
Парнишка потянул его вслед за собой, хватая за руку. Игорь, утомленный танцами, сразу же последовал за другом. Вскоре они уже вышли из клуба, и холод ночи вновь встретил кожу парней. Вот только теперь ни на Игоре, ни на Лёшке куртки не было.
Лёшка вновь потянулся за поцелуем, сначала слегка чмокая губы Игоря, а затем впиваясь в них. Такие нежные и ласковые, они манили Игоря, заставляя углублять поцелуй, исследуя рот Лёшки. Парнишка трепетал в его руках из-за желания и холода, резко напавших на него.
Слегка прикусив нижнюю губу партнёра, Лёшка разорвал поцелуй, счастливо разглядывая лицо Игоря. Он был готов рассмеяться, что, собственно, и сделал. Разорвав объятья с другом, он начал высоко прыгать, забыв про мерзлоту. Казалось, что его сейчас ничего сможет утихомирить. Ведь так и было.
Понимание медленно настигало Игоря, пока он отслеживал пируэты Лёшки, пока вслушивался в его звонкий смех. Затем голос друга завопил на всю улицу:
— Он меня хочет! — и вновь засмеялся, собирая на себе взгляды ночных зевак.
— Блять, — уже в четвертый раз проговорил Игорь, когда к нему пришло осознание содеянного. Затем пришло осознание того, что он с лёгкой улыбкой на губах продолжает неотрывно любоваться счастливым Лёшкой.
Завтра, а точнее сегодня, точно кому-то не поздоровится.
