Всё зависит от тебя.

- Будь крайне осторожен и не оставляй следов. Это не просто шиноби, а Хаширама Сенджу. Она очень опасна, если ее вывести из равновесия. - Будет сделано... Хаширама лежала на двухместной кровати, наслаждаясь сном. Но рано или поздно ей пришлось бы уходить из объятия одеяла, но куноичи хотела, чтобы это было поздно. Уже время подъема - шесть утра. Но спать хотелось настолько, что даже лень посмотреть на того, кто пришел. Но она догадывалась, кто это. Кто может заходить в ее покои без стука? Тобирама, конечно. Он стоял рядом с завернутой в простыню сестрой, держа в руках документы. Он уже приходил полчаса назад, но тогда Хаширама сказала, что не хочет выходить за пределы этой кровати. Тогда альбинос подумал и придумал план. - Поскольку тебе так хочется остаться в постели, я взял на себя смелость принести работу прямо сюда, - сказал Тобирама, присаживаясь на кровать сестры, - Вставай, работа ждет. - Тобирама, - пробубнила шатенка и присев, завернулась в одеяло, - Ты не правильно меня понял. В течений двух часов альбинос мучал Хашираму, рассказывая о делах и о том, что нужно для новой деревни. Естественно, шатенка хотела строить новую деревню, но она бы не отказалась от двойника, который бы занялся ее делами. Да и бумаги были не для такой, как Хаширама. Она ничего не понимала и понимать, честно говоря, не хотела. - Будь у тебя такой же ленивый двойник, Хаширама, то вы бы оба валялись, крича, что хотите тройника, - ответил альбинос и сунул в нос шатенки какую-то бумагу, - Ты это видела? - Нет, у меня нет глаз на носу, - буркнула Хаширама, беря в руку документ, - От этих иероглифов у меня крыша едет... Пляшет... Едет... И едет... - Ладно, - вздохнул Тобирама и поудобнее сел на кровать, собрав ноги в позу лотоса, - Сколько нулей ты там видишь? - Где? - спросила шатенка, рассматривая лист бумаги, - Тут же нету. - Вот именно! - рявкнул Тобирама, аж девушка зажмурилась и сильнее укуталась в одеяло, - Это весь бюджет нашего клана! - Но мы же вольный клан, и мы не держим так много денег, - пропищала Хаширама, отчитываясь, - Столетиями мы жили только благодаря лесу... Ты же сам говорил. - Мало ли, что я там вообще говорил?! У нас пусто! - прорычал Тобирама, пытаясь вернуть свою пафосность, - Для постройки деревни нужны деньги. Мы не можем отставать от Учиха. - Они же могут нам помочь, - оживилась Хаширама, - Я же жена Мадары, Тоби. Он нам поможет, все проблемы решены, братик! - Да неужели? - саркастично закатил глаза "братик", развеяв руки, - А я тут думал, почему я вообще парюсь на счет этого! Нам же Мадара поможет, а потом... А ПОТОМ ВСЮ ЖИЗНЬ БУДЕТ НАПОМИНАТЬ, ЧТО У СЕНДЖУ НЕТУ НИ ГРОША! - Ну так заберем! - заныла Хаширама, даже не подумав, - Ой... Я не то имела в виду, Тоби... Я... - Заберем? - кровожадно улыбнулся альбинос и потер свой подбородок, - Звучит заманчиво. - Но воровство - плохо! - Мы не будем воровать, что ты, - улыбнулся Тобирама и подсел ближе, обняв одной рукой за плечи сестры, - Мы просто выиграем. - Эм? - У тебя же есть колоды карт? - все еще улыбаясь, спросил Тобирама и прижал голову шатенки себе на грудь, - Я говорил, что ты очень талантливая? - Тоби, я играть в карты не буду... - Да, не будешь, - согласился альбинос, - Ты просто выиграешь.

***

Как оказалось, развести Мадару на карточные игры было простым делом. Даже Изуна присоединился. В обычного "дурака", но на деньги. Хаширама чувствовала себя не в своей тарелке и все время пыталась уйти, но Тобирама шикал и заставлял сидеть ее. В начале игры Тобирама на всякий случай объяснил правила. Но все всё знали, и слава Богу. Все сидели в доме у Сенджу. Точнее лежали на полу животом, держа перед собой карты и пряча от игроков. Смешнее было наблюдать за Тобирамой и Изуной, который сидели рядом друг с другом и пытались подглядеть карты, вытянув шеи, как жирафы. - Если еще раз зыркнешь сюда, то по яйцам получишь! - рявкнул Изуна прямо в лицо Тобирамы, - Выкалоть бы твои моргала! - Ты сам начал, идиот! А так игра была интересной. Все лежали животом на полу, недоверчиво смотря на игроков, прижимая к себе карты и болтая ногами. Хаширама нервно сглотнула, нервничая из-за того, что у нее все козыри. В любой другой игре она бы ликовала, но не сейчас. А вот дела у Тобирамы были хуже некуда: маленькие карты, ни одного козыря, да и "поднимал" он все время. Мадара и Изуна играли более или менее нормально, но все равно отставали от шатенки. Хаширама сбрасывала карту за картой, отвечая точно и быстро козырями. Когда в руках принцессы-Сенджу не осталось карт, все заметили этого не сразу. На мгновение забыли, почему она просто смотрит на карты, не доставая карты и не отвечая. - Кажется, - промямлила Хаширама и носом уткнулась на ворс ковра, - выиграла. Простите... - Как? - выдохну Мадара, смотря на единственную карту в руке - туз, - Мухлюешь! - Нет, - промямлила шатенка, - Простите... Я не хотела выигрывать. - Черт, - сквозь зубы процедил Учиха, смотря на улыбающегося альбиноса и написал сумму на небольшой листок бумаги, - Реванш! ... Реванш! ... Реванш! ... Реванш! ... Реванш, вашу мать! Время шло, тикало, а Мадара никак не мог понять, почему проигрывает. Да что бы он, Учиха Мадара, шиноби, выживший перед Смертью, проиграл в карты?! Хаширама поддавалась, но игра выходила ей на встречу с удачей. Тобирама и Изуна просто наблюдали, иногда смеясь и ухмыляясь. Изуна пытался остановить брата, ибо Мадара уже тратил казну своего клана. А Тобирама этого и добивался. Потирая ручки, альбинос растягивался в усмешке. Но когда Мадара понял, что записал в бумагу последние нули, понял, что ему конец. В конечном итоге он просто вырубился - инфаркт его все таки догнал. Интересно, а что он скажет своим соклановцам?

***

После той игры прошло немало времени. Хаширама и Тобирама молчали, пытаясь вообще не вспоминать об этом. Но Мадара быстро заполнил карманы каким-то чудом. Деревня строилась быстро, даже, можно сказать, со скоростью роста бамбука* Обычные строители, шиноби, куноичи, даже дети работали без отдыха. Клан Учиха поднимал ограждения деревни, используя стихию землю, благодаря шарингану. Клан Сенджу на ровне со строителями работали с постройкой домов. Граждане взяли ответственность за желудки трудящихся. Тобирама занимался архитектурой и планом деревни, а его сестра усердно продолжала выращивать столбцы для строителей и дома, в целом. Клан Учиха взял на себя феодала, уломав его, чтобы тот дал разрешение на создание валюты, карты, резиденций и вообще всего. Все прошло гладко, в прочем, как обычно. Были некие затруднения, когда пришлось выбирать Главу Деревни. Тобирама настаивал, чтобы Главой выбрали Хашираму, но Мадара... Он выдвинул свою кандидатуру, но за него проголосовали лишь некоторые. - Но, Тобирама! - пытаясь достучаться до брата, заныла шатенка, - Ты же знаешь, что я ничего в этом не смыслю. Пусть Хокаге станет Мадара. - Что еще за "Хокаге"? - удивился Тобирама. - А... Это... - замялась девушка, - Мы с Мадарой придумали... Точнее я, но он предложил назвать деревню "Коноха" - "Лист". Мне понравилось... - Звучит ужасно. - А мне нравится! - альбинос, аж вздрогнул от столь уверенного голоса всегда робкой Хаширамы, - И менять мы не будем! И Хокаге станет Мадара! - Ты хоть знаешь, что... - Знаю! - снова подняла свой писклявый голос шатенка, - Я знаю, что Мадара будет отличным Хокаге! Он прекрасно руководил кланом Учиха и с деревней справится! - Исключено! - рявкнул Тобирама, махнув рукой, - Все выбрали тебя и только ты... - Хокаге будет Мадара! - Хаширама, хватит уже повторяться!!! - Я СКАЗАЛА, ЧТО ХОКАГЕ БУДЕТ МАДАРА! Тобирама снова вздрогнул и проглотил ком страха. Смотря на свою сестру, он не узнавал ее. Темно-карие глаза вспыхнули кровавой яростью, а чакра мгновенно сменилась на удушающе агрессивную. Альбинос ненароком разозлил ее, даже забыв, что этого делать нельзя. На миг Тобирама прикрыл глаза и легонько кивнул. Девушка тяжело дышала, еле сдерживая чувство злости внутри. И все же злить ее не стоит. Совершенно не стоит.

***

Мадара принял титул Хокаге, но был уверен, что в этом замешана его жена. Хаширама ликовала больше всех, радуясь вместе с ним. Но... Но Тобирама так и не промолвил слова, после небольшой ссоры с сестрой. Перемены заметили все! Даже Изуна, всегда пытавший нагадить Тобираме на некоторое время перестал его доставать. Хаширама пыталась поговорить с младшим братом и даже просила прощения, но он лишь отворачивался и уходил, не проронив ни слова. Это ранило ее... Причиняло боль... Страдание... Девушка сдерживалась, не лила ни слез, ни нюни. Пыталась завалить себя делами, где ничего не понимала, пытаясь помочь Мадаре хоть как-то. Брюнет часто разговаривал с девушкой, но теперь они жили отдельно, пусть и были скованы браком. Мадара начал сомневаться, что любовь между ними есть, но что-то внутри все еще грело сердце. Они часто беседовали обо всем на свете, но только не о своих отношениях. Мадара чувствовал на себе какое-то бремя, ведь именно Хаширама так старалась ради него и бросив ее поступит по свински. Хаширама сделала первый шаг к миру, напомнила о старой мечте, подтолкнула его на пост Хокаге. Она был слишком... Доброй или наивной? Он не мог понять, что стало с той Хаширамой, с которой он готов был кость живьем проглотить. Где та грубая, холодная маньячка? Нету, словно никогда и не было! Ф.Б. - Я хочу с фундуком! Звонкий девичий голос раздавался по всему дому, изгоняя тишину. Небольшая фигура десятилетней шатенки сидела на поверхности кухонного стола, смотря на женщину, что достала горшочек с каким-то угощением. Это была женщина лет пятидесяти с белоснежными волосами, собранные в высокий пучок. На лице виднелись неглубокие морщинки и... Теплая, добрая и радостная улыбка, готовая согреть любое сердце. - Няня, с фундуком! - Хорошо, девочка моя, - улыбнулась няня и протянула горшочек с печеньями, - А где твой братец? Если есть вместе, будет вкуснее, Хаширама-тян. - О? - удивилась кареглазка, держа в руках одно из круглых угощений, - Тобираме, тоже, нравятся печенья с цельным фундуком... А тут остался один. Я тоже хочу, но печенье не разделить. - Старшие всегда должны заботиться о младших братьях и сестрах, - улыбнулась женщина, - Медовые печенья тоже вкусные. Если сейчас поделишься со своим братом, то я испеку еще. С цельным фундуком. - Ураа! Хаширама плюхнулась на деревянный пол кухни и поставила перед собой горшочек с печеньями. Смотря содержимое, шатенка достала одно печенье и откусила кусок. Потом встала и достала из шкафа три коробки с шоколадом. Снова присев, начала уплетать. Девушка остановилась, когда взялась за печенье с цельным фундуком. Но потом быстро отправила в рот и прожевав, проглотила. В карих глаза защемило и по щекам покатились капли слез. Шмыгая носом, шатенка продолжала есть сладкое, иногда потирая кулачком свой нос. - Вкусно! - радостно сказала Хаширама, все еще не переставая плакать, - Очень вкусно...*хнык* Вкусно и без Тобирамы! Шмыгнув носом, шатенка закрыла лицо руками и заплакала. Слишком многое на нее навалилось за последнее время. Мадара переехал, а Тобирама перестал вести беседу. Дела и проблемы новой деревни сыпались на нее, как на главу клана Сенджу. А Тобирама отмахивался, отказываясь помогать ей, придумывая разные причины и отговорки. Альбинос раньше всегда помогал ей, а сейчас - нет. Даже наоборот: стал избегать. Они никогда не ссорились и сейчас девушке было трудно. Очень трудно. На миг ей показалось, что осталась и в правду одна: без мамы, без папы, без братьев, без Тобирамы, без поддержки. Поговорить было не с кем. Мадара живет в другой части деревни, но... Послышались чьи-то легкие шаги и вскоре в кухне стоял Изуна. Так как было темно, парень включил свет и увидев сидящую к нему спиной не на стуле, а на полу, Хашираму, удивился. Он, молча подойдя, сел рядом и хотел было спросить что-то, но заметив слезы на ее покрасневших щеках, замер. - Хаширама, - пробормотал Изуна, смотря на открытые коробки конфет и горшочек с печеньями, - Такими темпами ты поправишься же. Шатенка молча шмыгнула носом и отправила в рот сразу два шарика с шоколадом, словно игнорируя его. Изуна решил промолчать, как и она, и взяв одну шоколадку, покрутил в руке. Они молчали и молчали, но потом брюнет решил все таки нарушить тишину: - Ты чем-то расстроена, Хаши-тян? - Болит, - прошептала обладательница мокутоном. - Что? - переспросил парень, - Тебе, что ли? - Почему? - громко шмыгнула носом Хаширама и покрасневшими глазами и лицом посмотрела на Изуну, - Почему Тобирама меня ненавидит? Почему фундуковое печенье не вкусное, как раньше? Я столько уже съела, но не могу насытиться... Внутри все равно пусто и... Болит. *хнык* Почему братик отвернулся от меня? Он же единственный, кто остался у меня! - Хаши, - промямлил Изуна, никогда ранее не видевший ее такой подавленной. И она Величайшая Хаширама Сенджу? - с досадой подумал брюнет, - Да что с тобой случилось такое, что ты стала такой? - Почему он разозлился из-за того, что я хотела выбрать?! - завопила шатенка, - Я же тоже хочу! Я же могу чувствовать, как человек! Почему Тоби разозлился, что я не захотела стать Хокаге?! Почему я обязан всем?! Я же... Люблю Мадару... Хочу, чтобы он стал Хокаге... Почему у меня не должно быть право выбора?! - Главы Клана всегда отказывать себе многого, - задумчиво протянул брюнет, - Они выбирают то, что выгодно. - Надоело быть Главой клана, - зарычала Хашираам и шмыгнула носом, - Работа, бессонница, нытье старейшин... Надоело всё, - икнула шатенка и посмотрела на сладости, - Я сейчас умру от тошноты. Не успела девушка закрыть рот, как рухнула спиной на пол и вырубилась. Изуна удивленно заморгал и принюхался к шоколадному трюфелю. "С алкоголем" - с досадой подумал брюнет и вздохнул. Учитывая тот факт, что Хаширама съела, чуть ли, не все, можно понять ее внезапный порыв к сну. Странно это: Величайшая шиноби спит без задних ног на кухонном полу. Странно, что она так изменилась. Изуна с очередным вздохом взял на руки обмякшее тело шатенки и понес в ее же комнату. Потом мирно ушел, закрыв дверь. Хаширама ничего не чувствовала, кроме усталости. Она не почувствовала, как в доме оказался чужой человек. Незнакомец действовал очень аккуратно и тихо. Он вколол снотворное и Хаширама вырубилась теперь надолго. Но незнакомец был удивлен, что она бездействует. Он то думал, что она начнет драку и, возможно, убьет, а нет же, наоборот - ничего не предприняла. Он просто забрал ее, как мешок с картошкой и ушел, не оставив ничего, кроме пустой кровати.

***

Тобирама вернулся домой только к рассвету. Он был не особо удивлен, когда в доме было тихо. Но тишина вокруг была какой-то другой, давящей. Обнаружив на кухне обертки от шоколада, Тобирама направился к комнате сестры. Но там не было никого, только одеяло была помятой. В любой бы день альбинос подумал, что она просто вышла куда-то, но на этот раз была какая-то тревога. - Хаширама? - позвал младший брат, но ему ответила лишь домашняя тишина, - Что за чувство тревоги-то? Альбинос вышел на улицу и осмотрелся. Все еще спали, лишь некоторые стояли на дежурстве. Тобирама был отличным сенсором и он решил проверить, есть ли шатенка в деревне. Приложив два пальца к земле, альбинос прикрыл глаза и сосредоточился. Источников чакры было много, так как жителей было не мало. Но всегда спокойный порыв энергий не было ни где. Не было даже намека на Хашираму. После этого Тобирама начал панику... - Подъем всем! - заорал альбинос не своим голосом, тем самым разбудил всю деревню разом. Лишь бы не разбудили ее вторую личность... Боже, прошу, пусть только не разозлят ее! Все, что произошло потом - суматоха. Все искали пропавшую принцессу клана Сенджу, крича ее имя. Но когда Изуна рассказал, что она была в комнате, сомнения развеялись - Хаширама бы не проснулась по свой воле, а раз не проснулась и пропала, значит ее похитили. Это было очень странно на слух, ведь сильнейшего шиноби убили бы, но вместо этого она взяла и пропала. Мадара тоже не спал, подключил на поиски весь клан Учиха, пригрозив, что если вернутся пустыми руками, то просто отрубит их конечности. Не было ни одной подсказки, что бы начать поиски с уверенностью. Но Тобирама все равно продолжал искать везде, не только в деревне. Можно сказать, что перерыл весь лес носом, но нигде ее не было.

***

Очнулась Хаширама в очень просторном месте, но к сожалению не у себя дома. Оглядевшись, куноичи со вздохом встала и не обнаружила, что голова гудит, как пчелиный улей. Ну, и на этом хорошо - хоть голова на месте. Вокруг было светло, даже очень, аж щуриться от света приходилось. Комната была заперта задвижными, бумажными дверями с изображением ястребов. Не смотря на сильное головокружение, усталость, тошноту и жажду, Хаширама встала на ноги и шатаясь, направилась к выходу. Передвинув двери, куноичи наткнулась на коридор. Из какой-то стороны несся приятный аромат мяса. Ориентируясь по замаху, куноичи направилась в неизвестную сторону. Она остановилась перед очередной задвижной двери. Медленно раздвинув двери, куноичи вошла и обнаружила двоих человек, стоящие рядом с накрытым столом. Она никогда их не видела, и не могла сказать, кто они. Первый был мужчина средних лет с длинными, белоснежными волосами, собранные в высоки хвост, одетый в плащ красного цвета. Второй из них: паренёк лет так восемнадцати, атлетического телосложения. Глаза были зеленого цвета с красными белками. Волосы были черные, короткие, спрятанные под маской, как и рот. - Вы не знаете, что я тут делаю? - виновато улыбнувшись, спросила Хаширама, - Я не помню, как сюда попала. - Можно кое-что уточнить? - спросил беловолосый, - Ты Хаширама Сенджу? - А? Да, это я. - Какузу, а ты был прав, - растянулся в улыбке первый, - Садитесь, Хаширама-сама. Позавтракаем вместе. Поговорим. - Нет, спасибо... Меня, наверное, ищут и... - Раз нет, то и суда нет, - прервал тот самый Какузу и вытянул одну руку, - Футон: Ацугай! Резкий порыв ветра резанул бледную щеку шатенки и та тут же отпрыгнула в сторону, закрывая лицо локтем. Голова загудела еще сильнее и Хаширама зажмурила глаза. Какузу начал действовать незамедлительно, атакуя тайджитсу. Но девушка, хоть еще была в полусонном состояний, уклонялась от его ударов. Очередной удар ногой со стороны Какузу. И шатенка схватывает того за голень, отбрасывая в сторону. Перед падением зеленоглазый собрал пальцы в печать и выплеснул струю воды. Хаширама готова была уклониться, но из под пола появились каменные руки и схватили ее ноги, не позволяя сделать ничего, кроме как укрыть лицо рукой. - Вода? - удивилась шатенка, осматривая свою промокшую блузку, - Что тут происходит? Почему вы... - Райтон: Гиан! Новый порыв, на это раз, молний. Хаширама собрала пальцы в печать и деревянные прутья обвили ее, защищая от неистового потока молний. Но из-за того, что ранее шатенку облили водой, даже маленький удар током чувствовался, как гром Бога. От нестерпимой боли Хаширама стала обнимать свои плечи, а мокутон развеялся, оставив девушку совершенно беззащитной. - И это Легендарный шиноби, Кен? - усмехнулся Какузу, медленно складывая печати, - Всего лишь обычная слабачка. Катон: Зукокку! Огненная струя волной направилась на шатенку, но даже в такой ситуаций она не шелохнулась. Беловолосый увидел сумасшедший блеск в ее темно-карих глазах, прежде чем она исчезла из поля зрения. Когда огонь укутал всю комнату, Какузу осмотрелся, ища Сенджу. Когда двое шиноби обернулись, увидели, что Хаширама сидит на подоконнике, растягивая блузку, пытаясь разорвать длинные рукава. - Я не знаю, кто вы, - совершенно холодный голос послышался из уст шатенки, - Но я не позволю себя убить, - холод, исходящий от Хаширамы заставил вздрогнуть шиноби, но шатенка пока бездействовала, не переставая рвать рукава, чтобы те не мешали в бою, - Поиграем, мальчики? После этой ядовитой усмешки земля под ногами поплыла и вскоре пол затрещал по швам. Какузу и Кен отпрыгнули в сторону и толстые корни деревьев чуть ли не цапнули их. Хаширама сползла с подоконника и похлопала в ладоши, глазами ища спрятавшихся шиноби: - Раз, два, три, четыре, пять: будем в Смерть с тобой играть... Буду резать, буду бить. Будешь плакать, будешь ныть. Так, я не поняла, а где отзывы?