А говорите не сумасшедший.

      Они ехали уже долго. Повозку то и дело трясло из стороны в сторону. А скрип, раздающийся из-под её колёс, резал уши. Что именно скрипело, не было понятно до самого конца путешествия. Ник всё время смотрел на спину графа. Было скучно... Вскоре, когда они заехали на горку, и повозка зашаталась, граф не сделал ни одного движения, а всё также продолжал молча смотреть в даль. Дряхлая повозка начала ещё пуще трястись. И в момент, когда они наехали на очередную кочку, одно из колёс и вовсе отвалилось и укатилось в сторону. Такая безалаберность не нравилась графу, но он делал вид, что ничего не произошло. Сказать, что повозку нельзя было восстановить, это ничего не сказать. Как только отвалилось одно колесо, последовала цепная реакция. Ось, на которой держалось колесо, начала тоже отходить, а когда "кучер" слез, так и вовсе, укатилась с другим колесом. При этом действии, как не трудно догадаться, начала падать другая часть телеги, вместе с теми, кто на ней сидел. Упав, она создала наклонную поверхность, по которой начали скатываться граф и Николас, а также тот хлам, на котором они сидели. Лошадь испугалась и резко дёрнулась с места. Николас, не успевший встать с остатков телеги, прокатился несколько метров и с свистом вылетел из уже кучи хлама, найдя самое пыльное место и приземлившись туда. Граф Генри Перси, как ни в чём не бывало, пошёл по дороге дальше, при этом бубня что-то совсем не понятное. Либо это современный язык, либо французский, который естественно Николас не знал. Поднимаясь с земли и потирая пятую точку, Ник начал осознавать, что от деревушки они отдалились не далеко, до неё было с километр, если не меньше.       С этого места деревушка выглядела довольно не плохо, если не смотреть на хижины людей. Деревья в основном её закрывали, что сыграло немалую роль. Было видно лишь дом довольно богатого крестьянина, который, видимо, чем-то торговал или был лекарем. Но дом хорошо выглядел лишь с большого расстояния. Если присмотреться, то можно увидеть дыры в крыше которые пытались заткнуть ветками и какой-то травой. В общем, зрелище не из приятных.       Николас повернул голову и увидел, что граф с неплохой скоростью отходит дальше от деревни. Ник должен был выбрать: либо идти за графом, либо вернуться в деревню. В деревне Николасу не понравилось, он не понимал язык крестьян, только некоторые слова ему были знакомы. К тому же там была жуткая антисанитария. Чего только стоит речка с остатками еды, имеющая жёлто-коричневый цвет, а отчего она такая не сложно догадаться. Вид жителей тоже производил не лучшее впечатление. Оборванная одежда, язвы и мозоли по всему телу. А запах, чего стоит запах... От них прёт за несколько десятков метров. Такое поселение найти несложно по запаху. С графом всё было немного иначе. Он был более опрятно одет, от него шёл не такой ужасный запах. Да и к тому же он граф. А значит, имеет власть над этими крестьянами. И почему бы в таком случае не выбрать графа? Вот и нашему герою тоже взбрело в голову. Как ни крути, а он всё ещё думает, что это сон.       Подумав ещё немного, Ник поспешил за графом. Он, то есть Генри Перси, шёл всё так же вальяжно, то и дело оглядывая всё вокруг себя. Он ожидал, что Николас пойдёт за ним, ведь в этом парне он видел выгоду. Но на свои замыслы он не пролил свет. По ходу он всё так же возмущался своим извозчиком и бранил его как только мог. К счастью, этот несчастный остался подле своей развалившейся повозки и пытался её собрать. Но попытки его были безуспешными.        Ник очень быстро догнал графа, и, пройдя ещё немного,почувствовал вонь, которая с каждым метром становилась всё сильнее и сильнее. Страшно было представить, что там находится и что источает такой аромат. Делать было нечего, приходилось идти туда. Ведь, судя по всему, замок графа находился именно за этим местом. Что сказать, не самое удачное место выбрали для строительства замка. Запах был такой, что можно было подумать, что там находится болото или очередная речушка-вонючка, кто знает, может быть это и была та самая, из деревни. Ведь нет ничего невозможного в мире снов.       Нику уже наскучил этот сон, и он решил вновь проснуться. Он решил, что если резко открыть глаза - всё, он проснется. Попытка первая: парень зажмурил глаза, насколько у него только хватило сил, и резко распахнул их. В глазах всё помутнело, а после стало очень больно от палящего солнца. Поняв, что он находится всё там же, брюнет предпринял вторую попытку. Он зажмурил глаза, открывая их со всей силы, парень хлопнул себя по щекам. Его зелёные глаза невыносимо болели. Ник привёл своё лицо в порядок. При этом, потирая подбородок, он пошёл дальше. Думаю, что и так ясно, что и удары по лицу, и прикусывание губы до первых капель крови ни к чему хорошему не привели. Только доставили боль и всё. Николас, как бы ни старался, не смог проснуться. Совсем отчаявшись, парень решил, что для того, чтобы вернутся в свой мир, нужно вмешательство извне. Но кто это мог сделать, кроме Дениса, который явно был обижен из-за лаборатории, в голову парня так и не пришло. Ну, тогда оставалось только одно. Досмотреть сон до конца и увидеть, чем же это всё обернётся для него.       Задумавшись, парень и не заметил, что вонь всё больше усиливалась, а граф, затащив брюнета на какой-то холмик, сел со словами:"Я отдохну-с немножко". От сюда, было видно, что вдали возносится над землёй какая-то постройка. Николас поднялся повыше, чтобы рассмотреть это строение.       Это был замок. Его стены были обнесены каменной крепостью серого цвета. Цвет был неоднородным, местами он был желтоват, рыжеват и даже коричневат. Удивительно было то, что эти пятна были исключительно по бокам дозорных башен, которые были одним из самых высоких мест у этого замка. Башни были огромными, в их серых стенах иногда можно было найти что-то наподобие окон. Стёкла были разных цветов. Вершины башен украшали огромные, конусообразные крыши, их цвет немного отличался от стен, они были потемнее. От башни к башне тянулись не очень широкие проходы, по ним могли спокойно пройти два человека, при этом почти не потревожив друг друга. Эти проходы не были ничем украшены, кроме невысокого заборчика, выложенного из тех же блоков. За стеной был сам замок. По форме местами он напоминал христианские соборы более поздней постройки, а местами наоборот. Вход в замок был выполнен из красной дубовой двери. Что было вырезано на ней, с такого расстояния не разглядеть. Зато было видно, что в данном сооружении четыре этажа. Ник определил это по окнам, где стояли высокие витражи. Выше располагались маленькие кругленькие витражи. На каждом из них была выложена своя картина. Можно предположить, что это были изображены люди или же один человек.       Николас повернулся к графу, который всё так же сидел. Его выжидающая поза пугала. Он явно чего-то ждал. Николас в свою очередь продолжал смотреть на графа. Генри Перси не по нраву пришлась такая выходка парня. Он с возмущением озвучил свои мысли. - Как ты смеешь-с, дворовая-с собака, смотреть так-с на меня-с. Ты кем-с себя возомнил-с? Богом-с? Я скажу, что Бог это я. Я и только-с я. Я твой-с граф и твой судья-с. Я верховный правитель твоей-с жизни-с. Я не столь жалок-с как Йорки. И не столь безрассуден-с как граф Кембрии. Я идеальный-с правитель. И ты смеешь-с осквернять мою-с честь таким взглядом-с. Да я тебя-с,- с этими словами граф поднялся с земли и направился к брюнету.- Я тебя-с покараю-с.       Ник начал отступать от разъяренного графа. Страх и пот выступали на его лице, а бесстрашие и властность на лице графа Нортумберленда. Парень оступился и полетел вниз, собирая на своем пути все колючки и камни. Напоследок Ник стукнулся головой о тупой камень, и глухая боль разлилась по его черепу. Брюнет потерял сознание.